Блиц-конкурс ПРОЗЫ "Последние аккорды лета"



Дорогие друзья!

Приглашаем вас на  Блиц-Конкурс ПРОЗАИЧЕСКИХ МИНИАТЮР
"Литературная МОЛНИЯ" ,
посвященный БАРХАТНОЙ ОСЕНИ!


Предлагаем вашему вниманию  номинации:

1. "Последние аккорды лета"

2. "Последний летний вальс"
3. "Прощанье с теплотой природы"
4. "Бархатная осень"
5. "Бабье лето пело и плясало"
6. "Поскорее, девки, в пляс, пока солнце светит в вас!" :-)))
Строчки номинаций можно не повторять дословно.

Правила добавления произведений на блиц-конкурсы:
http://litsait.ru/faq/quest298.html

***

 От одного автора принимаются ТРИ  прозаических произведения, 
соответствующие темам и удовлетворяющие правилам блиц-конкурса.

***

 
Конкурсные работы принимаются сутки -
с 20:00  19 сентября (пятницы) до 20:00  20 сентября (субботы) по МСК 
путем добавления работ на блиц-конкурс:

http://litsait.ru/litkonkurs/addjob/konk14.html
***

С 20:00  20 сентября (суббота)  по МСК начнётся голосование, которое продлится  сутки вплоть до 20:00 21 сентября (воскресенья) по МСК.

Голосуют как участники, так и гости "Молнии".
НО, участник,  не проголосовавший за понравившиеся работы, не сможет стать победителем.

***

Как голосовать?
Для новичков ЛитСайта:

Всё очень просто.

Когда начнется период голосования, 

20 сентября в 20:00 и до 21 сентября 20:00,
появятся кнопки голосования напротив каждой работы.

Также в период голосования Вы сможете снимать свои голоса,
если вдруг передумали или решили голоса отдать другой работе.

Помните, у Вас ограниченное число голосов,
а именно лимит — ...  голосов для данного блица,
поэтому внимательно знакомьтесь со всеми работами,
чтобы выявить наиболее удачные и достойные на Ваш взгляд.

Чтобы Вам не пришлось считать, сколько голосов уже использовали, и сколько у Вас осталось, внизу сайта будет постоянно висеть подсказка,
которая поможет — не забывайте про неё.

Также помните, что Вы должны использовать абсолютно все доступные голоса.
Если хотя бы один голос НЕ будет использован -
Ваши голоса не будут учтены при подведении итогов.

За один понравившийся минирассказ — только один голос.
За свои произведения голосовать нельзя.
Произведения участника блиц-конкурса, не проголосовавшего в установленном порядке ВЫБЫВАЮТ при подведении итогов блиц-конкурса.

ЗАПРЕЩАЕТСЯ  размещать миниатюры на блиц, ранее опубликованные в Интернете или печатных изданиях, а также публиковать где-либо размещенные на конкурсе произведения до объявления итогов данного блиц-конкурса ПРОЗЫ.

Призовые баллы начисляются согласно следующей таблице:
1 место –  10000 + 1000 кармы +  золотая медаль "Литературная Молния"
2 место – 8000 + 800 кармы +  серебряная медаль "Литературная Молния"
3 место –  6000 + 600 кармы + бронзовая медаль "
Литературная Молния"
4 место – 4000 + 400 кармы +  медаль "
Литературная Молния"
5 место –  2000 + 200 кармы +  медаль "Литературная Молния"

 

С нетерпением и волнением ждём ваши прекрасные миниатюры на тему
"ПОСЛЕДНИЕ АККОРДЫ ЛЕТА"!


Желаем всем счастья и любви,
здоровья и блестящих успехов, отличного настроения,
вдохновения и счастливого творчества
!

Пусть удача сопутствует во всех ваших делах и
в жизни будет множество интересных и восхитительных событий!
1
Жаркое лето, бархатная осень
Весна и лето 1932 года. Тяжёлое было время, жаркое.
– Мама, мама! – кричит маленький мальчик. – Булёнка, Булёнка!
Мальчик не выговаривает букву «р».
–Тихо, малыш, тихо, – шепчет мать, прижимая сына к груди.
Мальчик вырывается, но женщина держит его крепко. В её глазах слёзы, но она старается не плакать, сдерживается. Как объяснить ребёнку, что их кормилицу – корову Бурёнку забирают в только что образовавшийся колхоз?
Неподалёку стоит худенькая, светловолосая девочка – Зиночка, как зовут её дома. Девочке нет ещё 8 лет, но она уже помогает родителям по хозяйству. Коровы у них нет, но нужно кур накормить и собаку Полкана, нарвать травы для козы Белки. Белка – любимица Зиночки.
Только что назначенный председатель колхоза – бывший батрак, со своими помощниками ходит по дворам, сгоняя коров, лошадей у «зажиточных» крестьян для пахоты. Через несколько дней они же забирают зерно для посева.
– Всё выскрёбывай, до зёрнышка, – командует председатель своим «полканам», так стали называть братьев Егора и Фёдора.
– Чем детей кормить будем, – рыдают бабы.
– А лебеда на что? Чай в деревне живём, – цедит сквозь зубы председатель. – С голодухи не помрёте! В колхоз вступайте! За отработанные трудодни получите паёк.
Сев, несмотря на жаркие дни, был завершён досрочно. В первых числах сентября Зина увидела картину, которая потрясла её до глубины души и осталась в памяти на долгие годы.
Тянутся длинные подводы, а на них сидят мрачные мужчины, заплаканные женщины с детьми, – её односельчане.
– Папа, а куда их увозят, – спрашивает Зина у отца.
– Они едут в Сибирь, дочка, – Иван Яковлев тяжело вздыхает.
Он достаёт махорку, клочок газеты и скручивает самокрутку, нервно делает затяжку.
– Идём, завтра будет тяжёлый день.
– Почему? Почему тяжёлый день, папа?
– Опять ты со своими почему, – бурчит отец.
Зина была любопытной девочкой. Ивану постоянно приходилось отвечать на самые неожиданные вопросы. И сейчас нужно было объяснить дочери, что председатель приказал вывести детей завтра на поле.
– Жатва закончилась. Ребятишки должны в поле собрать все колоски, чтобы на земле ничего не осталось.
Рано утром Зину разбудила мать, напоила тёплым козьим молоком, разбавленным с водой, дала кусок хлеба с лебедой.
– Давай помогу!
Мать накинула Зине через голову серый мешок. А мешок с девочку ростом!
Детей на поле было много, Зиночка самая маленькая. В июле только восемь лет исполнилось. Худенькая, с большими голубыми глазами, двумя косичками, которые мать спрятала ей под платок, чтобы не мешались.
Пот бежит ручьём, ноги устали, но отдыхать нельзя. В голове Зиночки наставления отца:
– Работай, доча, не останавливайся! Не показывай, что тебе трудно.
Вот мешок наполнился и стал таким тяжёлым, что передвигаться трудно, а ведь ещё нужно дойти до подводы. В поле девочка одна осталась, все уже закончили работу, а она и не заметила.
– Уф, еле дотащила, – переводит дыхание Зина, опускаясь в изнеможении рядом с мешком.
Отцовские руки поднимают мешок на телегу. Иван Яковлев за возницу.
– Садись, доча, подвезу до амбара, – говорит он. – Это ещё не всё.
– Это ещё не всё? – переспрашивает девочка.
– Ты должна не только сосчитать, но перебрать колоски. Сорт к сорту.
Зина откинулась на мешки, набираясь сил. Глаза сами собой закрылись, и она задремала под монотонный ход телеги. Зиночка проснулась от резкого толчка и слов отца:
– Тпру, Серый!
Серый – конь, который раньше принадлежал соседям, их угнали вчера в Сибирь. Теперь отец пас коров, сидя верхом на Сером, а вот пришлось его запрячь в телегу, чтобы помочь ребятишкам вывезти мешки с поля.
Тут Зина услышала грубый окрик:
– Что расселась! Слазь!
– Раскомандовалась, – подумала девочка.
Это зав. склада Настасья Филипповна, жена председателя, грубая, толстая, вечно чем-то недовольная.
– Быстрее! Сначала сосчитай, сколько колосьев набрала, тысяча колосков – один трудодень, – уточнила Настасья Филипповна. – Потом пойдёшь с ребятами перебирать колосья по сортам.
Кружится голова, но Зина считает:
– Раз, два, три… двадцать… тридцать… ой, я до тысячи считать ещё не умею.
Будто читая её мысли, к девочке подходит Серёжка, щуплый мальчик лет одиннадцати.
– Я помогу!
И дети продолжают считать:
– Тридцать один, тридцать два… двести… триста...
От монотонного счёта глаза закрываются, девочка щиплет себя за руку, чтобы взбодриться. Серёжка смеётся, но продолжает счёт. Зина подхватывает:
– Четыреста… шестьсот… восемьсот… тысяча… две тысячи.
– Два трудодня за день. Молодец, – хвалит Сергей Зину. – Я набрал два с половиной.
Зина не удивлена.
– Ты же старше.
Настасья Филипповна тут как тут, отдохнуть детям не даёт.
– Хватит болтать! Начинайте перебирать!
Сергей и Зина только успели дыхание перевести. Что делать? Приходится вновь приступить к работе.
Домой Зина возвращалась с небольшим мешочком сломанных колосьев, которые Настасья Филипповна бросила в брак. Набралась небольшая кучка, она и разрешила детям взять их домой.
– Перемолю в ступе, мука будет, – думает девочка. – Мама смешает с лебедой и испечёт лепёшки. Вкуусные! С Белочкиным молочком.
Зина домой не спешит, рвёт траву, что вдоль дороги, для своей любимицы козы Белочки.
Прошло семь лет. В один из летних дней 1939 года сельчане услышали колокольный звон. Все бросились к церкви. Недовольные старухи окружили батюшку.
– Неужто церковь закроют?
–Ироды!
–Грех-то какой! Бог не простит!
Священник молчит, опустив голову.
– Как объяснить пастве, что пришла бумага о закрытии церкви, – думает батюшка Алексий. – Ироды! Не боятся Божьего суда. Превратят церковь в склад, а колокол отправят на переплавку.
Не знает батюшка, что его с семьёй через несколько дней отправят на поселение в Сибирь. Сможет взять с собой только несколько икон, да большой нательный крест. Остальные иконы старухи потихоньку растащат домой, а все ценности представитель в город увезёт.
Наконец батюшка нашёл верные, как ему казалось, слова:
–Сёстры! Бог терпел и нам велел! Бог всё видит. Придёт время, и восстановим нашу церковь.
День был облачный, хмурый, собирался дождь. Казалось, что природа заодно с верующими. Дети, а вместе с ними Зина забрались под амбар, что напротив церкви и смотрят за происходящим. Старухи плачут, все проклинают.
Вдруг полуторатонный колокол с грохотом падает и на полметра уходит под землю. Ни лошадь с телегой, ни грузовик, не могли его сдвинуть с места. Только через несколько лет колокол вытащили при помощи крана и увезли.
В 1940 году семья Яковлевых переехала в город. Иван Яковлев получил работу на железнодорожном переезде. Жить стало намного легче. Зина подросла, из худенькой девочки превратилась в красивую девушку. В школе ей осталось учиться последний год. Парни стали заглядываться, но Зина ни на кого не обращала внимания. Отец не пускал на вечорки.
– 16 лет – ещё рановато женихаться и на танцульки бегать, – с назиданием выговаривал он дочери.
– Успеешь ещё, – вторила мать.
Не успела! Через год началась война.
Ивана Яковлева, как железнодорожника оставили в тылу. Зина с подружками вышли на работу. Таскали шпалы, а одна шпала весила с центнер. Да ещё вся грязная, в мазуте. Девчонки худенькие, невысокого роста. Женщины кладут им на плечи шпалу, и они тащат её вчетвером, иначе нельзя. Руки трясутся, а работать надо!
Вскоре состав привёз рельсы, и их пришлось разбирать.
В 1943 году отца забрали на фронт. Зина устроилась на работу налоговым агентом. Как-то поздней осенью пришла она с инспектором в дом злостных неплательщиков, чтобы описать имущество. Сарай пустой, скотины нет. Хозяйка одна с двумя малолетними ребятишками. Дети на печке сидят, босые, пятки от холода красные, кутаются в ветхую одежонку.
Чтобы согреться, женщина вытянула из крыши старую солому и затопила печь. Солома сгорела быстро, ни уголька не осталось. У Зины сердце кровью обливается.
– Как с таких долги выбивать, – думает она.
– Что описывать то, – обращается девушка к инспектору. – У них ничего нет!
Придя домой, Зина приняла решение:
– Всё, не могу больше видеть глаза несчастных «должников».
Зина пришла увольняться с работы, а ей предложили должность председателя, бывший, эвакуированный, уехал на родину. Но Зина недолго проработала на этом месте. Недолго думая, она уехала в соседний городок искать счастье. Устроилась приёмщицей на элеваторе, одновременно окончила среднюю школу, поступила на бухгалтерские курсы, как давно мечтала.
9 Мая пришло радостное известие о конце Великой Отечественной войны. Жизнь продолжалась!
Зина успешно сдала экзамены и получила диплом. Ей предложили работу бухгалтером в школу механизаторов. Однажды в коридоре она встретила высокого, красивого парня, на груди которого тихой музыкой позванивали ордена.
– Фронтовик, – подумала Зина.
Владимир Иванов прошёл войну от Волги до Берлина, был ранен, но ранения не помешали учёбе на механика. Он тоже обратил внимание на белокурую неприступную красавицу, вечно спешившую с бумагами в руках. А тут взгляды молодых людей встретились, и вспыхнула любовь.
Владимир после окончания учёбы предложил Зине поехать с ним на на его родину, в небольшую деревушку. Был категоричен:
– Приедем, поженимся! Ты согласна?
Щёки Зины вспыхнули румянцем. Она посмотрела на Владимира и выдохнула:
– Да, я согласна!
В деревне сыграли свадьбу. У них родились 4 мальчика и 2 девочки.Жили дружно. В семье вместе с детьми и родными – 11 человек. Дом большой поставили.
– Только вот сейчас совсем одна, – вздыхает Зинаида Ивановна. – Сын и дочь со своими семьями живут неподалёку, но я справляюсь сама!
Дома и на огороде у неё чистота и порядок.
– Уже и прабабушкой стала, – радуется Зинаида Ивановна.
В душе она осталась той же Зиночкой с двумя косичками. А ведь 8 июля ей исполнилось 90 лет.
Жаркими были денёчки детства и юности. Наступила бархатная осень.
Осень жизни, как и осень года
Надо, не скорбя благодарить!
Надо, не скорбя благодарить!
(автор Anatoliy)
3
"Одинокая женщина желает познакомиться!"
Одинокая женщина желает познакомиться

Как – то раз Олегу – разведённому мужчине тридцати двух лет, попало на глаза объявление в газете – «Одинокая женщина желает познакомиться!».
В жизни ничто не происходит случайно, и если такой крик души прочитал именно этот человек, значит к этому привела определённая цепочка причин и следствий. И Олег прекрасно понимал, что так оно и было!
Он не случайно увидел это объявление, потому что в последнее время, устав от одиночества и желая познакомиться с симпатичной и не глупой женщиной, уже несколько дней читал объявления женщин, желающих познакомиться.
Он позвонил по некоторым номерам телефонов, но короткие разговоры ни к чему не привели. Женщина либо очень далеко жила, либо была гораздо старше, либо имела кучу детей, что явно не устраивало Олега.
Наконец, он договорился встретиться с женщиной тридцати шести лет, которая жила в Московской области, и вполне могла подойти, как подруга для одинокого мужчины.
Они встретились на станции метро и решили погулять по Манежной площади, посидеть где – нибудь в тепле и поговорить – узнать друг друга получше.
Было начало осени – бабье лето, но тепла не было. Накрапывал мелкий дождь и холодный ветер заставлял поднимать воротник осеннего пальто или плаща.
Женщину звали Людмила. Она была невысокого роста, в модном осеннем пальто, с подкрашенными золотом веками и высокой причёской. Волосы были густые, а женщина – очень симпатичной, положительной на вид и умеющей вести разговор. Такие всегда нравились Олегу – имеющие свой внутренний мир, который они долго строили и перестраивали. Такие, как правило, были интересными собеседницами, с которыми можно интересно и познавательно провести время.
На вид Людмиле было, как она и сказала, лет тридцать шесть, но разница в четыре года и то, что она старше его, совсем не смутило мужчину.
«Главное – чтобы человек был хороший !» — подумал он. – А на вид она – очень даже ничего! Интересная и воспитанная!»
Олег и сам всегда следил за собой. Он хорошо, модно одевался, был начитанным и эрудированным человеком, и это помогало ему при общении с мужчинами и женщинами.
Знакомство, брак и последующий развод надолго отбили у него желание ещё раз попробовать построить семейное счастье с другой женщиной, но время, как оказалось, лечит, и его снова потянуло к общению с противоположным полом, и даже к попытке снова создать семью, если всё хорошо сложится – если они понравятся друг другу.
Людей на Манежной площади было достаточно много, как и везде в Москве, и места на скамейках были, но начало бабьего лета этой осенью выдалось довольно дождливым и ветреным, и поэтому Олег и Людмила зашли в многоуровневый подземный магазин, где в одном из уютных помещений смогли заказать себе кофе и присесть за пустующий столик.
Людмила наотрез отказалась от того, чтобы он купил ей кофе, брезгливо отодвинула подальше в сторону оставленную кем – то бутылку с недопитым пивом, и расстегнув пальто, освободила от лёгкого, осеннего шарфика красивую, белую шею.
Олег сравнивал женщину с другими женщинами, которых знал раньше и всё больше ощущал симпатию к встреченной им Людмиле.
Она казалась спокойной, рассудительной и очень положительной, как он её сразу и опредилил.
Из разговора он узнал, что она работает педагогом в музыкальной школе – обучает детей игре на фортепиано, а в свободное время подрабатывает, давая всем желающим уроки игры на музыкальном инструменте.
Смущало Олега только то, что такая интересная женщина была до сих пор одинока, ни разу не связав себя браком ни с одним мужчиной.
Людмила очень грамотно задавала вопросы, интересовалась его прошлой жизнью и очень внимательно наблюдала за тем, как Олег реагировал на различные, вынужденные контакты с людьми.
Например, Олег заметил,, что ей не понравилось, что он отказался дать денег попрошайке – цыганёнку – из тех детишек, которые порой стайкой, как рыбки – пираньи, налетают на улице на иностранца или, просто, хорошо одетого российского человека, а когда разбегаются в разные стороны, в карманах у того оказывается пусто, и человек, порой, остаётся в совершенно бедственном положении – ни денег, ни проездных, ни ключей от квартиры, ни телефона, чтобы кому – нибудь позвонить и попросить помочь…
Всего этого он ей, разумеется, объяснять не стал, но увидел, что глаза её затуманились завесой задумчивости и она на время замолчала, глядя под ноги.
Ещё ему не понравилось, что узнав о его разводе с первой женой, она ему не поверила и попросила показать справку о разводе.
Людмила, вообще, очень откровенно интересовалась всем и не стеснялась задавать любые вопросы. Она и о себе рассказывала охотно, очень положительно, как – будто показывая, что не стоит умалчивать о своих достоинствах, если они есть. А они у неё, разумеется, есть!
Всё это как – то не стыковалось в голове у Олега, когда он думал о том, что женщина, сидящая с ним рядом – такая симпатичная и положительная, ни разу не была в браке, но до сих пор находится «в поиске», надеясь встретить «своего мужчину».

З а их столик шумно села женщина в осеннем пальто из кожезаменителя, которая взяла стоящую на столе, недопитую кем – то бутылку пива, и, как ни в чём не бывало, начала пить из горлышка, глядя по сторонам ничего не видящими глазами.
Олег увидел, как у Людмилы от удивления округлились глаза, как она резко отвернувшись от пьяницы, встала со стула, и последовал за ней к выходу из помещения кафе, где они сидели…

Дождик на улице Москвы закончился, но присесть нигде нельзя было по той причине, что скамейки были мокрыми.
Они побродили ещё некоторое время у стен Кремля, и Людмила много расспрашивала его о том, что ему нравится и не нравится, не переставая очень положительно рассказывать о себе, о своей лучшей подруге – маме, которая её всегда и во всём поддерживает, делясь мудрыми советами и жизненным опытом.
Из этих постоянных рассказов о нежной, заботливой подруге – маме, Олег постепенно сделал вывод и понял, почему Людмила до сих пор не замужем.
Искренне желая счастья дочери и имея доступ к её самым сокровенным мыслям, мама отговорила её от всех возможных кандидатов на роль мужа и главного хранителя и защитника её сокровища.
А может быть и потому, что просто боялась остаться одна после свадьбы дочери!

Олег ещё несколько раз встречался с Людмилой.
Он показал её справку о разводе, показал её свой паспорт и даже пытался пригласить её в гости и познакомить со своими родителями, на что она сделала изумлённые, круглые глаза и сказала, что это очень ответственный поступок и ей прежде надо посоветоваться со своей мамой, и спросить её совета!
Наконец, однажды, Олег не выдержал и спросил её:
— А надо ли, вообще, так часто советоваться с мамой? Может быть, пора уже самой принимать решения, что делать и как жить дальше?
Людмила посмотрела на него круглыми, изумлёнными глазами, после чего надолго замолчала, глядя себе под ноги.
Погода в тот день была очень хорошая, солнечная, и на лицах людей, идущих навстречу, была искренняя радость, а Олег испытывал только опустушённость в душе и сожаление о том, что он попусту потерял так много времени с женщиной, которая всецело отдала свою жизнь, своё будущее в руки своей, возможно, очень хорошей и любящей, но, оказавшей ей такую медвежью услугу, маме!
Ещё он почувствовал очень отчётливо, что между ними всё кончено!
В этот вечер Олег проводил Людмилу на вокзал, и помог войти в электропоезд, следующий в областной городок, где она жила.
Возвращаясь домой, он много думал о том, как часто люди желая хорошее своему близкому человеку, обрекают его на одиночество и такие вот встречи в разных местах, с разными мужчинами или женщинами, вместо того, чтобы наслаждаться таким вот, как сегодня, чудесным бабьим летом в кругу своей семьи – включая бабушек и дедушек…

20 сентября – 2014 г
4
Последний летний вальс
Время бежит очень быстро, но я никак не могу забыть, этот последний вальс который познакомил нас. В нашем пионерском лагере было всего четыре отряда. Но этот отдых не забыть никогда. Собралась такая дружная команда в нашем во втором отряде. Мы, это несколько девочек были всегда вместе, как «неразлей вода». Часто смотрели на мальчиков из первого отряда и нам так хотелось быть в этом отряде, но по возрасту не получалось.
Как то с девочками, решили попроказничать, втихомолку, через дырку в заборе, вылезли на свободу. Красота, перед нашими глазами поле кустов черной рябины. Мы бегали и ели черную рябину с таким удовольствием, наши руки и лица были черные. Мы прекрасно понимали, что этого делать нельзя, на нам так хотелось поесть этой прекрасной рябины. Поле было большое, рядом дорога и наш лагерь, а дырка в заборе только в одном месте. Что- бы подойти к этой дырке, надо было идти обратно через поле, но нас заметил сторож. Мы бегали по этому полю от сторожа и успевали поесть черной рябины. Когда добежали до нашей дырки в заборе, мы успокоились. Ура мы уже в лагере. Сторож нас не догнал, но пожаловался начальнику пионерского лагеря. Пол часа мы отмывали свои лица и руки от черной рябины, но конечно отмыть до конца нам не удалось. Если на нас посмотреть внимательно, то сразу можно было понять где мы были, и что мы ели, а вечером последний праздничный концерт и танцы. Концерт всем понравился, столько песен мы не пели никогда. На ужин мы с девочками быстро собрались, прибежали в столовую, а там уже накрыт праздничный стол для двух старших отрядов. Директор поздравил нас с тем, что на будущий год, уже мы будем старшими в лагере и наверно не будем лазить по полям за рябиной. Начались танцы, объявили первый танец «летний вальс», ко мне подошел самый красивый мальчик из первого отряда и громко сказал: " приглашаю рябиновую королеву", мы все засмущались, головы вниз опустили.
Я с ним танцевала весь вечер, он ласково на меня смотрел и говорил: «ты как рябинушка прекрасна». Когда мы с ним танцуем вальс, он на меня смотрит улыбаясь и всегда говорит: " ты моя рябиновая королева".
5
Рыжик
Ух, ты! — вырвалось у неё от восхищения.Вот это, да! За одну ночь, так всё изменилось! Почему я не художник? Сейчас бы взять мольберт в руки и кисть. Раз — и мотыльками полетели по холсту разноцветные листья.Раз — и по небу плывут серебристые кружева паутин.Еще мазок — и полыхают листья кленов.Жаль, не дал мне Бог такого таланта!
Еще вчера шел холодный и нудный дождь, а сегодня с утра выглянуло солнышко, осветив всё яркими и приветливыми лучами.Воздух стал янтарно-прозрачным и природа моментально преобразилась, радуясь по-летнему теплой погоде.Улица, словно была залита золотым цветом.Одним словом — бабье лето.
— Грех в такую благодать сидеть дома! — промелькнуло в голове. Наскоро, проглотив кофе, она выпорхнула их дома и направилась в парк, что был неподалеку.

Деревья приветливо закивали ей кронами.Налетевший ветерок поднял с земли листву и закружил её в воздухе.Она набрала полную охапку теплых золотых листьев и подкинула вверх.Листва стала плавно оседать на дорожки и она, подфутболив её ногой, рассмеялась во весь голос.
— Ой, и откуда это у нас такой щенячий восторг? — услышала она рядом знакомый голос.
— Приветики! Захватываю последнее тепло уходящего лета.
— А я тоже не усидела в четырех стенах, хотя работы дома, хоть пруд пруди! — произнесла соседка. Я ненадолго, надо еще по магазинам пройтись.Ты со мной или тут останешься?
— Пойдем, я тебя провожу и заодно, куплю батон, чтобы покормить голубей.

Выйдя из магазина, она увидела сидящего на остановке маленького рыжего щенка.Не раздумывая, схватила его под мышку и направилась «догуливать» в парк.
Усевшись на первой же скамейке, достала батон и начала кидать, налетевшим, невесть откуда голубям.Щенок, разгоняясь, пытался схватить, хотя бы одну из птиц, но те моментально взлетали и он, с заливистым лаем, бросался их догонять.
— Какой забавный пес! — донеслось до её слуха.Шпиц?
— Шпиц — машинально ответила она.«Откуда мне знать: шпиц он или еще кто?» — вторил ей внутренний голос.
— А, хозяин есть у Рыжика?
— У какого Рыжика? — переспросила она задумчиво.
— Собачку, как зовут? — уточняюще произнес мужчина.
— Ага… Рыжиком! — согласилась она.
— Так, нужен Рыжику хозяин? Или как? — допытывался молодой человек.
— Есть кандидатура? — улыбнулась она
— Я не подхожу? — поинтересовался голос.
Она подняла глаза и ахнула.Перед ней стоял красавец, которого так и хотелось назвать «Мистер Осень».Вьющиеся волосы, цвета солнца, трепал ветерок, а улыбка, казалось, всё озаряла вокруг!
— Отчего же не подходите? Очень даже подходите! Еще, как подходите!
— Уф! А я уже весь переволновался! Вы, видимо, и не обратили внимания, что я иду за вами от самого магазина.Домой идем или еще подышим воздухом?
— Пожалуй, домой! На сегодня лимит положительных впечатлений исчерпан.

Взяв щенка на руки, они счастливые пошли к дому.
6
Осенний лист
Осень красивое время года, красочное. Осенние краски всегда радуют душу. Мне очень нравиться гулять по парку осенью, особенно когда падают листья. Листья кружатся и падают. Все усыпано листьями разных цветов. На одной дереве одновременно листья зеленые, желтые, бордовые, когда светит солнце они переливаются. Сама природа радуется этому время года и дает возможность нам порадоваться, осенними красками. Как- то перебирая книги в книжном шкафу у отца, я обнаружила желтый сухой лист клена. Это мой папа сохранил собранные мною осенью листья. Мне было так приятно, я сразу вспомнила свое беззаботное детство. Это надо так любить своих детей, что бы сохранить, то, что собирал твой ребенок в парке. Этот лист клена, я храню до сих пор, в память о родителях, о детстве и конечно об осени.
7
Бархатная осень
Как то ребенок меня спросил, «почему падают листья, а дереву не жалко свои листочки?» Дома я сыну почитала книжку о том, как сосуды у дерева закупориваются и водичка не поступает к листьям, и они опадают. Мы листочки собирает и храним в гербарии. Дети забавные, им все интересно. Они бегают по падающим листья, собирают их в охапку и осыпают друг друга. Красиво в парке осенью.
Однажды гуляя в парке, я увидела маленького котика лежащего на желтых листьях, он был такой одинокий. Даже не раздумывая взяла его на руки, он так жалобно запищал и прижался ко мне. Котенка, я уже не могла оставить в парке. Дома он быстро освоился, сразу выбрал себе удобное место, поел и уснул. Сыночек пришел из школы, увидел спящего котика у своего кресла, обрадовался. Мы долго выбирали ему имя, одно не подходит, другое не нравится. Котика нашли в парке в бархатную осень, как бархатный листочек. Имя нам подсказала сама осень, назвали котика Барсик (бархатный листочек).
(автор Anatoliy)
8
Короткое возвращение в лето
Двигатели самолёта «Ту – 154» глухо и протяжно заревели, вибрация корпуса начала усиливаться с каждой секундой, что можно было ощутит по нарастающему сотрясанию всего, что находилось внутри самолёта, включая нас – пассажиров этого рейса, машина сдвинувшись с места, начала быстро набирать скорость, потом, наконец, оторвалась от взлётной полосы и, постепенно набирая высоту, начала свой двухчасовой полёт через страну, следуя рейсом «Москва — Краснодар».
Тогда я впервые летел в самолёте в составе сборной юношеской команды страны по воднолыжному спорту, но страха не было! Мощная птица вселяла в душу непоколебимую уверенность в том, что всё будет хорошо, и мы благополучно долетим и сядем там, где и положено было приземлиться!

В начале каждой осени, когда вода в наших водоёмах становилась холодной, руководство Российской Федерации воднолыжного спорта, большим поклонником которого являлся в своё время первый космонавт Земли Юрий Гагарин, отправляло своих спортсменов в тёплый город Краснодар, где на Кубанском водохранилище есть место с постоянно тёплой водой!
Вода оставалась тёплой и в осенние дни по той причине, что рядом с нашей базой находилась Т. Э. С, откуда в это водохранилище сливали через большие трубы горячую воду.
Я не знаю, какие химические вещества содержала в себе эта вода, но волосы после купания в ней становились очень жёсткими и непослушными!
Вообще – то, база, глее мы тренировались, была базой спортсменов, которые носились по поверхности воды на лёгких гоночных лодках с очень мощными двигателями, но мы – воднолыжники, там хорошо прижились и дружили с спортсменами – гонщиками, которые в это время года уже сушили свои лодки на берегу!
Лично я был в славном городе Краснодаре три или четыре раза, и все эти разы жил в разных местах…
Первый раз — в гостинице «Кубань», рядом с городским рынком, на котором в это время года был самый настоящий Рай!
Чего только там не было! Перечислять не буду по той причине, что там было всё, и даже больше!
Это был оазис с плодами, которые только что сорвали с ветки, подняли с грядки или срезали с виноградной лозы и принесли продавать!...
Причём цены там были просто смешные по сравнению с теми, какие были у нас — в Москве или ближайшем Подмосковье!
Все мы там – в этом южном крае, запасались витаминами на год вперёд, и, практически, никто никогда не болел!
Второе место, где мы жили, когда прилетали или приезжали в Краснодар — это мотель «Южный».
Это была гостиница высшего класса, в которой селились иностранцы, состоятельные люди и мы – люди, посланные Федерацией воднолыжного спорта страны.
Лично нам – пацанам, если честно, было всё – равно где жить, лишь бы никто не ограничивал нашу свободу!
Наверное, наши тренеры прекрасно это понимали, потому что селили нас в один номер по пять человек, а сэкономленные на нас деньги пропивали вечером в ресторане мотеля с любовницами и друзьями!
Третье место, где нас иногда селили – общежитие Адыгейской автономной республики, где в ближайшем к общаге магазине мы покупали необыкновенно вкусный щербет и другие сладости!
Под карнизом крыши этого общежития жили таинственные летучие мыши, которые каждый вечер чёрными силуэтами проносились мимо наших окон, придавая, в первое время, напряжения всем тем, кто там жил!
Вскоре, однако, мы к ним привыкли и престали замечать…
Каждое утро мы приводили себя в порядок, а потом микроавтобус доставлял нас в столовую, где на специальные талоны, выданные нам старшими, мы плотненько завтракали и отправлялись на спортивную базу — на тренировку!
Так же обстояло дело и с обедом!
А вот ужина у нас не было…
Тренеры, должно быть, и здесь экономили на нас, но, мы не голодали – у нас был щербет и другие сладости! А что ещё надо пацанам? Мы пили чай и чувствовали себя счастливейшими из смертных!...

Тренировки начинались, примерно, в десять часов утра, и за день мы успевали прокатиться на лыжах по три – четыре раза каждый… Это было вполне нормально!
Рядом с местом, где мы тренировались, находилась нора, к которой был приставлен трап, какие подъезжают к самолёту в аэропорту. Только этот был без машины – лежал на земле!
В свободное время мы уходили за территорию базы, поднимались по трапу на Змеиную гору, и охотились на гадюк! Их там было – огромное количество!
Змеи в солнечные дни (то есть – всегда, практически!) выползали погреться — понежиться на солнышке, где мы их и находили…
Прижав их голову к земле палкой, мы брали их за хвост и, иногда, встряхивали, если змея начинала поднимать туловище и голову вверх!
В это время у них уже было накоплено много яда, о чём можно было судить по выпуклым железам на поверхности головы – по бокам!
Похвастав своим трофеем перед другими ловцами змей и определив победителя, мы змей отпускали…

Так проходили дни, и, наконец, наступал день нашего отбытия домой!
Мы возвращались либо на поезде дальнего следования, либо так же, как и прибыли сюда – на самолёте!
Возвращаться на самолёте было, разумеется, престижнее! Это было хорошо ещё и тем, что у аэропорта можно было купить недорого огромный букет тюльпанов, который мы обязательно покупали, чтобы, прилетев, подарить своим мамам!...
Сейчас я понимаю, что это было лучшее время в нашей жизни, которое мы тогда воспринимали, как что – то вполне обыкновенное!
Воспоминания об этом времени всегда позволяют мне вернуться в тот чудесный край и ещё раз вдохнуть (пусть даже мысленно)чудесный воздух той тёплой осени и своего детства!

20 сентября – 2014 г
(автор Anatoliy)
9
Любовь - как предчувствие Осени
Егор смотрел видеофильм, удобно развалившись в кресле и закинув ноги на мягкий, вертящийся стул на колёсиках.
Фильм назывался «Осень в Нью — Йорке».
Сейчас Егор выбрал его не для того, чтобы ещё раз увидеть игру любимых актёров, а потому, что хотел увидеть настоящую – в самом разгаре, осень. Не какое – то начало этого чудесного сезона, не то, где дети в первый раз идут в школу, а, именно, самый разгар – с ветром, высоко вздымающим жёлтые листья, с огненно — рыжими деревьями и людьми в плащах, прячущимися под зонтиками от дождя!
С недавнего времени Егор осознал, что он напрочь разлюбил лето (ранее — свой любимый период времени), и всей душой полюбил осень (ранее – самый ненавистный ему сезон!)
Причину этой перемены он осознал, немного подумав…
И заключалась она в том, что Егор стал всем нутром ненавидеть аномальную жару и связанные с ней пожары.
Как только летом жара переваливала за тридцать градусов, начинали гореть торфяники, окружающие город со всех сторон, и запах гари начисто лишал его хорошего настроения!
Выглядывая утром в окно, он видел туманную дымку, которая вовсе не являлась тем туманом, который описывают в своих произведениях писатели и поэты, а была облаком ядовитого дыма, несущим в себе удушливый запах гари от сгоревшего торфа, деревьев, травы и деревянных строений.
Обладающему отличным воображением Егору также чувствовался отвратительный запах сгоревших мяса и шерсти животных, собак, кошек и даже людей…
Видя утром за окном дымовую завесу, Егор отчётливо ощущал, как его наладившееся было, благодаря ночному сну, настроение угасает с каждой минутой всё больше и больше…
Июнь Егор ещё мог вытерпеть, а вот следующие два месяца были для него настоящей пыткой, и он нетерпеливо ожидал прихода осени, которая своей прохладой, дождями и красотой наконец – то должна была принести покой его измученной душе!
Мама Егора – женщина уже довольно солидного возраста, слушала в соседней комнате радио, вязала внукам шерстяные носки, а также, время от времени, делала строгие замечания Машке – молодой кошечке, которая внимательно наблюдала за лежащим у Марии Сергеевны на коленях клубком шерстяных ниток, и в любой момент готова была включиться в игру, если, вдруг, «колобок» спрыгнет на пол и позовёт тем самым её поиграть с ним!...
До конца лета оставалась ещё неделя, а положенный Егору отпуск заканчивался десятого сентября.
Сожалея о том, что отпуск не пришёлся на середину октября или, пусть даже, на середину сентября, когда можно было бы погулять на свежем воздухе и насладиться осенними пейзажами, Егор проводил время за чтением книг и просмотром фильмов, не желая даже выходить на улицу – в август!
А август, если честно, вопреки его плохому настроению, звал на улицу, чтобы освежить и укрепить небольшим дождичком каждого засидевшегося дома нытика и пессимиста!
«Поскорее бы прошла эта неделя и наступила Осень! – мечтательно подумал Егор.
Одно только осознание того, что уже осень, а не лето принесло бы в его душу восхитительное состояние умиротворения, которого ему так не хватало…
В прихожей раздался звонок.
«Странное дело! – мелькнуло в голове. – Кто бы это мог быть?»
— Я открою, мам! – крикнул он в соседнюю комнату и прильнув к глазку на входной двери, посмотрел….
Он увидел лицо красивой молодой женщины в чёрной широкополой шляпе, которая, улыбаясь, смотрела прямо на него – в дверной глазок, и. сбросив цепочку с входной двери, щёлкнул замком…
На пороге стояла женщина среднего роста, примерно его возраста, то есть лет двадцати пяти – двадцати шести, очень красивая, в ярко — красном плаще и белых туфельках на невысоком каблучке. На шее у неё был повязан лёгкий, пёстрый шифоновый платочек, а в руках она держала свёрнутый, длинный зонтик с деревянной ручкой.
Молодая женщина улыбнулась, поправила свободной рукой локон белокурых волос, падающих на глаза из – под шляпки, и приятным грудным голосом спросила:
— Улица Железнодорожная, дом семь, квартира двадцать пять?
Да!.. – ошарашено ответил Егор, сражённый наповал внешним видом незнакомки. – А Вы к кому?
— Я бы хотела видеть Строеву Марию Сергеевну! – всё так же приветливо произнесла женщина. – Она дома?
Не дожидаясь ответа и не спрашивая разрешения – «можно войти или нет?», девушка шагнув через порог, прошла в квартиру, мимо отошедшего в сторону, словно загипнотизированного молодого человека, и повернулась к нему, остановившись в прихожей....
Егор закрыл дверь, и, повернувшись к незнакомке, посмотрел в её большие, удивительно синие глаза.
— Извините, конечно, что я спрашиваю, — проговорил он с нотой раздражения в голосе, — но, может быть, Вы всё – таки объясните мне, что происходит?
Женщина сняла шляпу, тряхнула головой, разметав и поправив светлые волосы, отчего стала похожа на актрису из его любимого фильма, и поизнесла с улыбкой:
А Вы не догадываетесь? Cовсем?
Нет!.. – ещё больше сконфузился Егор, совсем растерявшись от лёгкости её поведения и общения, и, чтобы хоть как – то разрядить обстановку, преувеличенно — душевно предложил:
А, может быть, чайку выпьете?
Она сразу же, с лёгкостью приняла его предложение.
— Чайку? Гениально! А варенье смородиновое у вас в доме есть? Или малиновое?...
В дверях гостиной комнаты появилась мама с клубком ниток и вязальными спицами в руках, и кошкой у ног.
Марие Сергеевне неделю назад исполнилось шестьдесят пять лет, но выглядела она гораздо моложе своих лет, была большой умницей и бабушкой двоих внуков – Мишки и Сашки, которые были детьми её старшего сына, живущего с семьёй в отдельной квартире — в Москве.
Мария Сергеевна внимательно посмотрела на гостью, и Егору показалось, что между двумя женщинами пробежала какая – то искра личной симпатии, которая тут же разрядила напряжённость в возникшей было неопределённой ситуации.
Мария Сергеевна улыбнулась гостье, протянула девушке руку и сказала:
— Здравствуйте, моя хорошая! Почему Вы не раздеваетесь? Егор! Ну что же ты? Помоги же даме снять плащ!.. Сейчас мы угостим Вас чаем с малиновым вареньем! Или смородины хотите?
Егор помог гостье раздеться, повесил плащ на крючок и удивлённо проследил взглядом за Машкой, которая всей своей кошачьей сущностью с наслаждением тёрлась о ноги незнакомки, которая, в свою очередь, изящно присев, ерошила её шёрстку на макушке…
Не так – то просто было вызвать Машку на откровенность, тем более на такой близкий контакт, а тут – на тебе: сама пришла, и ведёт себя так, словно они сто лет знакомы!
Женщины и кошка ушли на кухню, а Егор ещё раз взглянул на лёгкий, красный плащ гостьи, на её шляпку, аккуратно положенную наверх – на металлическую решётку над плащом, и на стоящий у двери высокий красный зонт.
«Наверное, она из Ж.Э.Ка! — наконец, решил он. – Мама лично занимается хозяйством и платежами – вот и познакомились там!.. Или – в сберкассе! Или, она – продавец в магазине!.. Или…Тьфу ты, чёрт!.. Что – то я совсем с катушек съехал, увидав такую красавицу у себя дома. Надо бы почаще с женщинами общаться – засиделся я дома совсем!...»

Егор вымыл в ванной руки и прошёл на кухню, где сразу встретился взглядом с полными весёлых чёртиков глазами незнакомки.
— Ну, что же ты – не помнишь? – сказала мама. Нам же звонили из общества ветеранов. Обещали прислать помощницу на выходные – помочь по хозяйству, по музеям поводить, по интересным местам… Вот Сенечка и пришла мне помогать!.. Давай – ка, доставай чашки – всё уже готово на столе!...

Наконец – то, мне стало понятно, что происходит, и я почему – то даже почувствовал лёгкое разочарование оттого, что Сенечка («какое странное у неё всё – таки имя — Сенечка!») пришла по такому обыденному делу, как помощь ветеранам, а не случайно, вдруг, попала к нам домой, перепутав адрес, например…
Сенечка оказалась девушкой очень грамотной, окончившей два института, и которая по зову души и сердца оказывала помощь ветеранам войны и малолетним узникам фашистских концлагерей.
В четырёхлетнем возрасте вся семья мамы была угнана в Германию и почти до конца войны они были узниками в немецком концлагере.
Мы быстро нашли с Сеней -Есенией общий язык, коснувшись некоторых тем и выявив общие пристрастия и интересы.
Напившись чаю, мама с Сеней перебрались в гостиную комнату, и мама стала показывать девушке фотографии, а Егор сидел в кресле напротив них и с удовольствием разглядывал девушку, которая чувствовала его взгляд и время от времени вскидывала на него свои синие, как озёра, весёлые глаза»…
« — Нырнуть в них, и никогда больше не всплывать на поверхность!…, — думал Егор, разглядывая красивые ноги девушки и холмики грудей под тонкой дымчатого цвета водолазкой.
Когда все фотографии были пересмотрены, Сеня предложила посетить наш городской краеведческий музей, находящийся в центре города. Мы с радостью согласились.
Если говорить лично о Егоре, он теперь был готов отправиться с Сеней не только в краеведческий музей, но и на северный полюс, если бы такое предложение было вынесено на рассмотрение!...

Настроение Егора диаметрально противоположно изменилось, и он, подхватив жизнерадостное настроение девушки, и сам стал интересным, умным и очень красивым в своей одухотворённости!
Егор по дороге к музею вспоминал и рассказывал интересные истории, касающиеся родного города и своей прошлой жизни, и сам удивлялся тому, как он пару часов назад мог находиться дома, смотреть видеофильм про осень и грустить о том, что лето тянется, как жевательная резинка!
В музее он тоже показал себя очень начитанным и эрудированным молодым человеком.
Он переходил из комнаты в комнату, и объяснял и рассказывал, демонстрируя документы и репродукции в застеклённых витринах и на стенах музея, которые видел всего один раз в жизни — двенадцать лет назад, когда приходил сюда школьником вместе со своим классом и классным руководителем.
После того, как они вернулись домой и поужинали все вместе, Егор предложил Сене прогуляться к водному театру, находящемуся километрах в полтора от дома – у районного военкомата.
По дороге Сеня рассказывала про учёбу в институтах и о том, чем она сейчас занимается. А занималась она изучением природных явлений, так или иначе влияющих на климат определённых областей страны.
Разгорячённая рассказом, девушка раскраснелась, белокурые волосы растрепались от постоянных движений головой, и от этого она стала ещё красивее – проще и естественней в своей искренности!
Поздно вечером они расстались, договорившись встретиться на следующий день.

Егор и Осень (как он стал называть буквально на следующий день) продолжали встречаться каждый день до наступления осени. А первого сентября Сеня позвонила и сказала, что не сможет прийти сегодня на свидание, потому что завтра она с группой учёных улетает в город Иркутск, чтобы присутствовать на учёном совете, в связи с происходящими там наводнениями.
Егор провожал её в аэропорт и наблюдал, как огромный самолёт уносит его Осень в далёкий край…

« Улетела моя птица! – с грустью думал он, возвращаясь через городской парк домой, и поднимая воротник плаща, чтобы укрыться от холодного пронизывающего ветра, пытающегося пробраться поближе к тёплому телу.
Нависшие над головой свинцовые тучи сеяли мелкий, противный дождь, отчего лицо и волосы Егора стали совсем мокрыми.
«Вот и дождался осени, — думал Егор, разглядывая рано начавшие желтеть в этом году листья. Сильный ветер рвал их с деревьев так, как будто было не начало сентября, а, как минимум – конец!...
Они летели во все стороны, подчиняясь жёстким порывам ветра и укрывали уже начавшую жухнуть невысокую траву и мокрую, асфальтовую дорожку, по которой шли люди.
Мокрые листья падали им на головы, на плечи, липли к одежде, и невозможно было избежать этого, проходя под густыми кронами деревьев городского парка.
Сеня сказала, что вернётся через неделю, и Егор не находил себе места всё это время.
Он уходил из дома в парк и бродил по красиво выложенным мозаикой каменным аллеям, любуясь плотно посаженными деревьями, соприкасающиеся кроны которых были похожа на живой навес из веток и листьев, находящийся местами почти над самой головой.
Когда шёл дождь, можно было оставаться совсем сухим под плотной шапкой местами уже сильно пожелтевшей пожелтевших кудрей деревьев. И наоборот, когда дождь заканчивался, прохожий рисковал попасть под хороший душ сверху, если налетевший порыв ветра, вдруг, сильно сотрясал ветки деревьев над его головой, сбрасывая вниз большое количество воды с веток и листьев…
Всю неделю не просыхало, потому что свинцовое небо с тяжёлыми, тёмными тучами на нём выдавало время от времени очередную порцию холодного дождя, оживляя движение идущих по улице людей…
Егор же в таких случаях раскрывал над головой большой, красный зонт Осени, который она перед отъездом в Иркутск забыла у него дома, и, улыбаясь, возвращался домой… Раскрытый зонт напоминал Егору то время, когда они, попав под дождь, раскрвывали этот большой зонт, и, радуясь случившемуся приключению, возвращались в тепло его квартиры…

Наконец, настал день возвращении Есении. Взволнованный этим объстоятельcтвом и почти не спавший от возбуждения ночью Егор, ждал её в нужный час в аэропорту.
Но самолет не прилетел! По громкой связи объявили, что рейс задерживается из – за плохих метеоуслови.
Егор дождался и встретил опоздавший самолёт, но Осени среди пассажиров не оказалось…
Ещё рейсов из Иркутска сегодня не ожидалось, делать в аэропорту было больше нечего и Егор поехал домой

Молодой человек сидел на кухне, пил чай и смотрел прямо перед собой на яркий кленовый лист, который ветер непонятным образом забросил на высоту четвёртого этажа и прилепил к оконному стеклу.
Лист был красивый – коричнево – жёлто – красный; какой — то весь растопыренный в разные стороны и смешной!...
«Вот тебе и осень! – грустно думал Егор. – Дождался! Осень есть, а Осени нет! Наверное, вскружил ей голову какой – нибудь красавец, учёный – метеоролог, и забыла про меня женщина — Осень! Поцелуй только вот прислала на прощание в виде яркого кленового листа!.. Такие — вот дела! Конечно! Разве я ей пара? Она вон какая – и красавица, и умница… Ей такой же умник более интересен – из её круга!»
Кошка Машка неспеша зашла на кухню, запрыгнула на табуретку и села, глядя на Егора.
— Только ты одна меня любишь и никогда не покинешь, Машутка! – улыбнулся Егор и почесал её за ушком…
Машка довольно заурчала, перелезла к Егору на колени и свернулась клубочком, положив мордочку на лапы.
Егор протянул руку и нажал на кнопку лежащего на столе пульта.
Ещё до того, как экран телевизора засветился, он услышал чёткий голос диктора, передающего известие о том, что сегодня днём потерпел аварию пассажирский самолёт компании «Аэрофлот», следовавший рейсом «Иркутск – Москва».
В сообщении говорилось о том, что через пять минут после взлёта экипаж доложил авиадиспетчерам о возгорании левого двигателя и неполадках в системе управления самолётом.
Экипажу удалось вернуться на аэродром, но при посадке пилоты не смогли удержать машину на посадочной полосе, в результате чего, самолёт выехал в поле, повредил шасси и завалился на левый бок. Имеются пострадавшие, которые были доставлены в городскую больницу, где им была оказана медицинская помощь…
Егор сидел, тупо уставившись в экран, где уже начинался разрекламированный центральным каналом сериал.
«Так вот почему она не прилетела!… Она в больнице!»
Мужчина смотрел прямо перед собой – на прилипший к окну яркий кленовый лист, который теперь уже не казался таким смешным, а, напротив, напоминал кровавую, рваную рану, отчего на душе стало ещё хуже, хоть и казалось, что хуже быть уже не может!…
«Бог ты мой!» — подумал Егор и закрыл глаза ладонью. – Почему такое должно было с ней случиться?»
Машка, почувствовав перемену в настроении молодого человека, спрыгнула на пол и убежала из кухни.
Неожиданно в прихожей раздался звонок.
Не ожидая ничего хорошего от позднего визитёра, кто бы он ни был, Егор тяжело поднялся со стула и пошёл в прихожую…
— Я открою, мам! – крикнул Егор маме и сняв на двери цепочку, не спрашивая, распахнул дверь…
На пороге стояла мокрая Осень, ослепительно улыбаясь и сияя омутами синих глаз.
— Вот ведь как бывает! — проговорила она, встряхивая мокрыми волосами.
— Сначала рейс отменили, а потом взяли, да и добавили!..
— И как они там только графики свои полётные составляют? – весело добавила она, входя в квартиру, и взвизгивая оттого, как Егор сжал её в своих объятиях.
— Наконец – то ты пришла, моя Осень! – устало проговорил он, прижимаясь лицом к её мокрым волосам и целуя в белую, нежную шею, в щёки и в губы…

Сентябрь – 2014 г
11
Осеннее утро
За окном раннее, осеннее утро. Солнышко изо всех сил старается пробить свои лучики сквозь туманную пелену туч, чтобы подарить людям радость тепла, которое они должны беречь в своих душах до весны.

Игра солнышка и тучек меня захватила, кто кого победит?

Ну и пусть победят тучи, ну и пусть целый день будет моросить мелкий и не очень тёплый дождь, я знаю, что тепло маленьких солнечных лучиков будет согревать меня целый день.

Жить и радоваться, жить и любить, жить и творить добро, жить и отдавать тепло своей души, вот это всё подарили мне сегодня смелые маленькие солнечные лучи.

Я спешу на работу. Я бегу с радостью в душе. Я сегодня очень счастлива. Мне солнышко подарило своё тепло, и я спешу его отдать ВАМ люди.
12
Осень
Осень — пора свадеб. Ещё в старину после сбора урожая устраивали этот праздник!
Так и для меня, один из осенних дней,
стал самым ярким, счастливым и радостным.
Гостей было много, погода замечательная.
Жених и невеста позировали фотографу.
Свадьба. Яркая! Весёлая! Прошло несколько лет.
Но этот осенний, бархатный день самый запоминающийся.
Осень прекрасная пора. Её красота чарует, её удивительные
дни впечатляют. А бабье лето? Вот уж где есть
разгуляться солнцу и погреть нас перед зимой.
У каждого из нас своя осень! Щедрая на урожай,
сварливая в дождик, лучистая в яркий денёк.
Недаром осень считают вдохновительницей.
Сколько рождается произведений в этот, казалось бы,
не слишком длинный период? Много! И пусть осень
запомнится нам. Пусть её красоты останутся в памяти!
Осень, здравствуй! Осень будь с нами!
13
Осень за которой видна весна
Пришла осень. Пришла то ли хозяйкой полноправной, то ли странницей нездешней, но пришла таки. Утро ее одарит морозами, туманами, день же — солнцем, теплом. Так и видно в тепле этом лето, оставшееся как бы погостить у осени, пообщаться с ней.

Радуется душа, наблюдая всю временную палитру: таинство это, обволакивающее душу; сознание, радующее сердце.

Но день своей короткостью, ускоренным течением слегка царапает, ранит как бы, подвигая наше расслабившееся за долгие теплые летние дни сознание к некой мобилизации, оценке прожитого года.

Не зря наши предки до петровских времен встречали новый год первого сентября.А почему так? Все потому, что естественный круг года несет на своем осеннем подносе дары, синтез всего двенадцатимесячного труда.
Осень все отдаст и то, что зима снегами обеспечила, и то, что весна водами напитала, и то, что лето взрастило. Осень — это экзамен и награда одновременно.

Близко это нам, такое мироустройство. Ведь, в основном, русское сердце — это крестьянское сердце, все мы родом из наших милых маленьких деревень, память об этой Родине живет где-то глубоко в сердце. Даже люди, плененные всепоглощающей урбанизацией и незнающие о деревне ничего, все-таки тянутся к земле-матушке, приезжают хоть на лето пожить в этой врачующей обстановке.

Приводит она в чувство нас грешных. Первыми морозами заставит развести огонь в очаге, согреть дом свой, создать неповторимую атмосферу какого-то особого уюта, присущего только этому времени года. И, конечно же, приготовить нас к суровой зиме...

Все это, ежели посмотреть с философской точки зрения, находишь очень символичным, отрезвляющим, призывающим оценить всю жизнь, перевернуть еще одну страницу дневника, который мы пишем с самого рождения своими помыслами, словами, делами.

Еще осень дарит особое ночное небо. Это небо, не такое как летом. Осень дарит ночной холод, приближая нас к холоду космическому, и Небо прижимается к Земле, обволакивая ее, как бы говоря:
-Ты, Земля, и Вы, Люди, вы все часть Меня, маленькая клеточка, молекула Мироздания. Помните обо Мне, готовьтесь к предстоящему путешествию и встречи с Вечностью...

Осень — символ зрелости природы: физической и духовной; истончающей наши чувства; оголяющей, словно дерево во время листопада, душу, показывая все ее изъяны. Но одно очень радует, что сквозь голые ветви видно небо, ближе оно становится помимо воли.

Так и наши годы слетают в общую копилку Мироздания, раскрывая пульсирующую, страстную и такую живую душу… И пусть Оно, Мироздание, вращает свой жернов, перемалывая грубое в более тонкое, в более пригодное для того, чтобы напитать свой сосуд, которого не коснется уже ни скорбь, ни печаль.

Осень подводит к некоему невидимому рубежу, за которым видна Вечная Весна.
Комментарии (2)
Добавить комментарий
Элла Хафизович # 20 сентября 2014 в 14:28 +5
Желаю всем участникам удачи в этом прекрасном конкурсе!!!!!!!!
""
Таня Кузмина # 20 сентября 2014 в 19:16 +4
Прекрасного осеннего настроения! Удачи!!!

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев