Мистика и Эзотерика

Наместник бога. часть 1.

Добавлено: 2 августа 2022; Автор произведения:vasilii shein 90 просмотров
article298127.jpg

Василий Шеин

Предисловие.

«…я парю в невесомости посреди гигантского вечно сумеречного пространства. Чувствую его неизмеримость. Знаю, что я — это мысль, освобожденная от тела. Вокруг меня тени фантомов. Они разные: яркие и угасающие, стремительные и медлительно вальяжные. Некоторые кажутся мне печальными. Они подплывают ко мне, в них что-то мягко переливается, волнуется, и кажется, что они сейчас горестно вздохнут и пожалуются на свое, важное для них. Они ищут сочувствия, но не находят его от меня: я не понимаю их немого языка. И они, осознав это, уплывают, как прозрачные медузы в толще светло-серого океана. Хотя есть те, которые светятся жарко, но с темнотой внутри. Я почему-то уверен: это призраки. И они нехорошие. Несут в себе зло всегда и для всех.

Что это за мир? Где я? Кто я? С кем? Вопросы, вопросы, вопросы. И нет ответов. Значит, это еще не конечная остановка. Нужно лететь дальше, туда, где все станет понятным. И я лечу. Время растворилось в пространстве, но не исчезло. Я измеряю его своей мыслью."


часть первая

     Хаад Рин! Остров в центре мира. Там ленивый океан и лазоревые волны. Они вылизывают светлый песок пляжа. Сегодня я понял: если я не отправлюсь к ним ближайшим авиарейсом, то днями загнусь от работы и текилы. Первая вгрызается в мое нутро, как яблоневая плодожорка в кислые плоды ранеток, хрум-хрум и нет шансов на личную жизнь. Интересно, водились эти ненасытные твари в садах Эдема? Наверное, нет, не водились. Вряд ли ехидный Змей стал бы обольщать наивную Еву червивым яблоком. Даже самая порочная женщина, пусть она даже трижды по три раза сотворена из кривого плоского ребра, не поддастся на такой дешевый развод.

С текилой хуже! Чтобы хоть как то привести себя в чувство после изматывающей пятидневки, я превысил норму приема кактусового антистресса порций этак на десять в пятничные и субботние вечера. Любой пьющий офисный планктон вам подтвердит: литр текилы на один нос – это верный путь к алкоголизму. Если ты не околеешь к понедельнику сам.

Оставалось одно средство: бросить все к чертовой матушке и качественно отдохнуть. Без текилы, без людей, сам на сам с собой и еще с чем-то. Наверное, с тишиной и закатами солнца.

Хаад Рин! Застывшая глянцевая тишина, впрессованная в платину пляжного полумесяца маленького острова на фото сайта турагенства. Несколько лет он был моей навязчивой мечтой, заманчивой, экзотической и, как казалось мне, недоступной. Дело в том, что я не богат, хотя зарабатываю совсем неплохо. У меня есть все нужное для удовлетворения необходимых потребностей и даже немного больше. Но у меня уже давно нет главного: времени. Того самого, которое, как утверждают мудрецы, незримо и невосполнимо. И в добавку ко всему, имеет свойство исчезать неведомо где и уносить с собой твои силы и энергию, потраченных не на себя, а на работу, оставляя взамен видимость благополучия, заботливо прикрытого навязчивой апатией и неудовлетворенностью жизнью.

И я, устав в конец, фанатично, до изнеможения мечтал остановиться. Хоть на краткий миг, в пределах двух — трехнедельного отдыха в какой-нибудь забытой людьми глухомани, но с непременным условием: свет, тепло и море. Рома! Тебе нужна свобода, (это я о себе), хоть крохотный глоточек из океана времени, который будет принадлежать только мне, и никому другому.

…Это была она. Глухомань Хаад Рин, созданная богом специально для меня. Пустынный пляж с белым песком и таким же белым солнцем, с мягким теплом звездных ночей и ласковым плеском волн умиротворенного ощущением безграничности океана, засыпающего в объятиях ультрамариновых закатов где-то далеко-далеко там, где смыкается с небом то, чего нельзя достичь: горизонт неба и воды, уходящий в обманчивую бесконечность.

Мечта ценна тем, что она иногда исполняется, и я, взяв отпуск, собрал вещички и рванул на другой край света, где почувствовал себя первооткрывателем неведомой планеты. В реальности Хаад Рин оказался другим миром, тем самым о котором я мечтал вечерами, запивая мечту горькой как деревенский самогон текилой, в давно надоевшем мне баре.

Странно. Я думал, что в этом благословенном раю напрочь откажусь от старых привычек, но не тут-то было. В маленьком, крытом острой как лезвия копий аборигенов травой, бунгало, был заполненный едой холодильник. Но в нем не было текилы. Увы! Я понял, что в этом холодильнике поселилась пустота. Человек слаб, и я не являюсь исключением. Я восполнил этот пробел и уже на вторые сутки жизни на пляже наслаждался вдвойне. Все было как в рекламном проспекте: почти полное безлюдье. Белый песок ждал меня на берегу, а белое солнце вечерами убегало в ультрамарин заката. И океан — теплый, грандиозный и ласковый. Наверное, он выпрашивал у меня кактусовое пойло. И вечером, уступая его настойчивости, после приличной дозы алкоголя, как дремучий язычник, я милостиво дарил ему несколько капель счастья. И тогда он умиротворенно лизал мои босые ноги, прикидываясь удивительно добродушным. Но я ему не верил. Хотя, по крайней мере, я заключал временное перемирие с этим благостным подхалимом, способным взорваться в любой миг безжалостной всесокрушающей мощью. Я имел горький опыт общения с притворой, пережив, к счастью на расстоянии, цунами восемнадцатого года на Яве. И очень надеялся, что старина Океан вытерпит мое присутствие внутри себя и не нарушит нашего перемирия всего лишь на ничтожно малый срок: на две недели, что я проведу в его власти на белом полумесяце песков Хаад Рина.

Остров в это время года был практически безлюден. Полтора десятка пустых бунгало прятались среди унизанных лианами стволов тропического леса прямо напротив такого же безлюдного пляжа. И меня это особенно устраивало. Правда, к своей досаде, на пятый вечер я заметил в одной из хижин свет и движение за закрытыми тростниковыми занавесями окнами. А утром меня ожидал сюрприз: на пляж вышла странная пара.

Сложно представить что-то веселее и нелепей. В плетеном кресле, почти у самых волн полулежал седовласый господин в светло-серой пиджачной паре и коричневых туфлях. А рядом стоял удивительно толстый человек, похожий на затянутую в жаркий костюм детскую игрушку — волчок, с черным зонтиком, который он держал над креслом. Толстяку было очень жарко, но он терпеливо исполнял свои странные обязанности. Казалось, чего бы проще? Всех дел то перенести кресло на десяток шагов под один из полотняных навесов и наслаждайся прохладой, не измываясь над слугой. Но эту странную пару, вероятно, все устраивало. Это было заметно по невозмутимому выражению лица сидевшего в кресле господина.

— Ну и ладно! У каждого свои таракашки в голове! – слегка ругнулся я, недовольный нарушением уединения и демонстративно потопал по песочку подальше от них.

Но благодушное настроение постепенно уходило. Все чаще я стал поглядывать на своих соседей. Пожилой господин неподвижно сидел в кресле и, казалось, дремал. Толстяк переминался на ногах, пару раз с интересом посмотрел в мою сторону, но, несмотря на адскую жару, не уходил. Продолжал держать зонтик, вытирая большим платком обильный пот, струившийся по широкому лицу и багровой шее. Ненормальный! Его вот-вот прихлопнет апоплексическим ударом, а он даже не снимает с головы допотопную шляпу котелок с узкими, подогнутыми к верху полями.

Скоро мне надоело наблюдать за джентльменами. Пусть парятся в костюмах на ясном солнышке. Я ушел к своей хижине. Взял бутылку с прохладным соком манго, чуток текилы и улегся в тени деревьев на подвязанном к стволам гамаке.

«…из зарослей выскочила невысокая коренастая женщина. Плотная, с широким лицом и горящими глазами, она пронеслась мимо меня, словно разъяренная фурия. Из одежды на ней было только украшение из ниток с белыми раковинками, которыми был усеян песок Хаан Рида. Ожерелье билось об острые, как у молодой козы, груди с черными сосками. Аналогичное одеяние обвивало почти незаметную талию, но вряд ли, оно было способно укрыть что либо от жадного взгляда постороннего, каким в этот момент был я.

Шоколадная дама неслась по песку прямиком к бунгало странной пары в пиджаках, размахивая зажатым в руке надкусанным фруктом, очень похожим на яблоко. Откуда она его взяла? На острове растет все, что угодно, но только не яблоки.

Увидев смуглянку, с деревьев перепугано взметнулась стайка пестрых попугайчиков, мирно болтавших меж собой минуту назад. Из джунглей выскочила странная облезлая овца и, вытаращив круглые глаза, ускакала назад в кусты. М-да! Похоже, что она и попугаи были знакомы с дамой не понаслышке.

Голая дева подбежала к бунгало, ухватилась за тонкие столбики навеса и яростно затрясла хлипкую хижину. Яблоко она не бросила. Закусила его крепкими зубами. Дышала громко и прерывисто. Попугаи заполошно галдели мех ветвей, оживленно комментируя происходящие события.

Из хижины вышел невозмутимый толстяк, но уже без зонтика. Подошел к голой даме, учтиво приподнял шляпу котелок и заговорил. Аборигенка фыркала как лошадь, сверлила глазами толстяка. Бодала головой воздух, отбрасывая назад челку прямых и жестких, черных, как смола, волос. В прическе торчало яркое перо какой-то экзотической птицы. Но не перебивала джентльмена, слушала.

А он отобрал у нее обгрызенное яблоко и зашвырнул его в джунгли. Вынул из кармана другое: крепкое, красное с глянцевым отливом. Дохнул на него, потер об рукав и передал даме. Та нехотя взяла подарок и поплелась в лес, изредка бросая на смотревшего ей в след толстяка недовольные взгляды. Чем-то она была огорчена. Но чем?».


…Я проснулся поздним вечером в плохом настроении, изнуренный духотой и жаждой. И еще этот странный сон. Вспоминал приснившуюся чушь, почесывал на боку ямки пролежней от узлов гамака. Допил остатки сока, хотя хотелось простой холодной воды. Но идти за ней в хижину было лень. Остаток сумерек провел в наблюдении за светящимися насекомыми, которые перламутровым роем кружили у окон хижины соседей — единственного светлого пятна среди мрачных ночных джунглей.

…Они вышли на веранду бунгало уже в полной темноте. Уселись на тростниковых креслах за столиком напротив друг друга. Что-то пили, отмахивались от назойливых жучков, слетевшихся на тусклый свет лампочки. О чем-то переговаривались, но я не мог слышать темы их разговора. Цикады, сверчки и еще кто-то звенели, рычали, урчали, сплетаясь в какофонию звуков, заглушавших мощные вздохи старика океана. Хотя мне послышались оборванные расстоянием звуки родной речи. Похоже, соотечественники, набившие мне оскомину дома, решили достать меня и в этом далеком краю. Воистину, мы, русские, ошалевшие от свободы, заполонили весь мир.

А я ушел на пляж и просидел там половину ночи.

;… Днем я понял: мой покой ушел и больше не вернется. Его украли эти два чудака и уволокли к себе под зонтик, который снова терпеливо держал над креслом изнывающий от жары толстяк. ......


© Copyright: vasilii shein, 2 августа 2022

Регистрационный номер № 000298127

Поделиться с друзьями:

Предыдущее произведение в разделе:
Наместник бога. часть 2
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: 0 Голосов: 0
Комментарии (0)
Добавить комментарий

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий