Повести

Султан Египта. Кемаль

Добавлено: 28 сентября 2019; Автор произведения:Борис Голубов 295 просмотров


                                           Глава 1
                                            Борец
 
       Я  Кемаль.  Борец  школы  Музафара.  Моя  жизнь  -  сплошные  схватки
на  пропитанном   потом  и  пылью  ковре. 
       Рожденный  в  рабстве  учится  радоваться   солнцу,  воздуху  и  воде,
как   огромным  благам  жизни.   Пища – дрянь.   Но  надо  насыщаться,
чтобы  иметь   силы.    Работать.   С  утра  до  вечера.   Чтобы  жить.
      Жить,  чтобы  работать.   Плеть  в  руках  надсмотрщика  постоянно
напоминает  об  этом.   Однажды  она  коснулась  меня  без  причины.
Я  остановился.   Перехватил  повторный  удар.  Потянул  к  себе.
Увидел  злое  и  одновременно  испуганное  лицо.  Руку  сжатую  в кулак.
Ее  удалось  сломать.   Шею  не  успел.  Навалились.
      Били  долго.  Живуч  оказался.    Отвезли  на  рынок.   Приглядел
меня  Музафар.   Стал  борцом.   Зрелищем  для  толпы.   Меня  знал
весь  Багдад. 
     Когда-то  гладиаторы  на  радость  публике  убивали  друг  друга.
Сейчас  этого  не  нужно.   Одолеть.  Заставить  признать  поражение,
просить  пощады.  Сдавить  так,  чтобы  невозможно  стало  дышать.
Но  не  убить.  Повергнуть.
    Я  хорошо  учился.  Стал  побеждать.  Приносить  хозяину  славу
и  деньги.   Пища  стала  лучше.  Пришло  уважение   среди  таких,  как  я.
    Мало  кто  знает,  сколь  сложна  победа  в  борцовском  поединке.
Сила  сама  по  себе  мало  значит.   Ловкость  и  сообразительность.
Но  и  этого  бывает  мало.   Важно  понять  ход  мыслей  противника.
Тот, кто  первый  это  сумеет,  -  победит.
   Сегодня  важная  схватка  для  Музафара.  Большие  деньги  на  кону.
Противник  силен  и  упрям.   Но  не  очень  ловок.  Инициатива за  мной.
Сопротивляется  отчаянно.   Прижал его  к  ковру.  Пора  душить.
   Внезапно  схватку  прерывают.   Странно.   Победа  еще  не  достигнута.
   Хозяин  соперника  просит  прочесть  над  ним  молитву.   Музафар 
соглашается.  Он  уверен  во мне.    
     Отводят  в небольшую  палатку.  Выходит  через  минуту.
    Откуда  у  него  столько   сил?    Был  измотан,  а  сейчас  свеж.  Атакует.
Подлавливаю  на  прием,  прижимаю  к  ковру.  Какое  сопротивление.
приходится    напрячься,  чтобы  додавить.   Кажется,  слабеет.   Еще  немного
и  все. 
      Снова  прерывают  схватку.   Хозяин  соперника  в  последний  раз
просит  укрепить  моральный  дух  борца.   Что  за  молитва  такая?
Почему  Музафар  ее не  знает?    Чувствую  усталость.
     Выходит.   Какой  напор.  Быстрота  движений.   Он  почти  сухой.
Тот,  да  не  тот.   Другой.  Похожий.  И  до  этого  был  другой.  Сговорились.
     Подловил  меня.  Навалился.  Ничего,  перетерплю.   Выйти  бы  в  стойку.
 Силы  тают.   Воздуха  не  хватает.
    Эх,  хозяин,  сгубил  ты  меня  за  большие  деньги.  Последняя  мысль.
Меркнет  в  глазах.
 
                                              Глава 2
                                           Возвращение
 
        Тьма  оборачивается  светом.   Не  жарким  и  палящим,  как  обычно,  а
нежным  и  мягким.   Материнским.   Совсем  не  помню  детства,  но  была
же  мать?   Иначе,  откуда  я  взялся?   И  нежность  с  лаской   были.  Давным
давно.  Остались  далеко  далеко.    А   теперь  со  мной.  Здесь.   Посреди
безбрежного  океана,  о  котором  лишь  слышал.    Лежу  на  податливой
воде  и  качают  меня  шаловливые  волны.   Непривычно  синее  небо.
Обычно  оно  бесцветно,   в  потоках  жара,  идущего  от  земли.  Но  где
земля?   Да  и  зачем?    Ни  голода,  ни  усталости.   Сплошное  наслаждение.
Не  было  этого  в  жизни.   Теперь  будет  всегда.     Пока  живы  остатки
шальных  мыслей.   С  их  угасанием  исчезнет  все.   Насладиться  напоследок.
Погрузиться  в  теплую  воду.  Подставить  лицо  доброму  солнцу.   Есть
еще  время.
     Окунулся,  но  не  вынырнул.   Страшная  сила  потащила  вниз.  Дико
сдавило  грудь  и  резкой  болью  ожгло  легкие.   Ожог  побежал  по  всему
телу  и  мгновение  спустя,  оно  горело  яростным  пламенем,   извиваясь
в  конвульсиях  и  судорогах.  
    Вернулся.  Оставалось  открыть  глаза.
 
                                             Глава 3
                                              Ильяз
 
     Склонившийся  надо  мной  был  молод,   но  частые  морщины  на  лице
выдавали   большие  страдания  в  жизни. 
      -  Ты  кто? -  спросил,  ощутив  на  лбу  влажную  ткань.
      -  Ильяз,  -  ответил  тот,  улыбаясь  и  кивая.  -  Нищий  бродяга,
умирающий  от голода.   А  ты  непобедимый  Кемаль,  я  знаю.
     -  Теперь победимый,  -  с  трудом  удалось  возразить.  -  Где мы?
    -   У  хозяина,  -  тараторил  Ильяз. -  Нас  тут  десять.  Разные.  Кормит
хорошо.     Держит  под  охраной.   Тебя  целую  неделю  целитель  лечил.
Такого  только  очень  богатый  нанять  может.
      Я  осмысливал.  Что  может  связывать  меня  и  нищего.  И  иных.
    -  Расскажи  о  себе,  -  попросил,  чтобы  понять.
   -  Несчастный я  человек,  -  с  охотой  откровенничал Ильяз.  -  Имел 
дом,  землю,  семью,  живность  всякую.   Потом  засуха,  мор.  Все
поумирали.  Один  остался.   Пошел  бродяжничать.   Жил  на  подаяние.
Спал,  где  придется.   Иной  раз,  замерзнешь,  как  собака,  так  и  хочется
на  все  плюнуть,  да  прекратить  мучения.  Но  стоит  солнышку  пригреть,
снова  жизнь  дарит  радость.
    -  Живучий  ты,  -  усмехнулся  я. -  И  я  живучий.  Те  тоже  живучие.
Вот  почему  мы  здесь. 
   -  Меня  хозяин  на  дороге,  умирающего  с  голода,  нашел.  Выходил, -
добавил  Ильяз.  -  Кому  я  нужен?
   — Ты  не  нужен,  я  стал  не  нужен,  те  тоже  не  нужны,  скорее  всего. –
рассуждал,  обдумывая  сказанное. – Что  про  других  скажешь.
   -  Один – разбойник,  -  рассказывал  невольный  приятель.  -  Другого
из  поселка  выгнали  за  постоянный  мордобой.  Третьего,  за  доверчивость,
родственники  до  нитки  обобрали.  Четвертый, вообще,  не  от мира  сего.
о  высоких  материях,  да  смысле  жизни  рассуждает.  Пятый – бывший  воин.
Шестой  -  на  азарте  жизнь  проиграл.   Седьмой – разорившийся  оружейник.
Восьмой – из  других  земель.
    Становилось  все  интереснее.  Ожидание  новой  жизни  приятно  возбуждало.
Тем  более,  что  смерть я  уже  видел.
 
                                                 Глава 4
                                                  Десять
 
        Нас  было  десять.  Лишившихся  привычного  места в  мире.  Мы  что-то
умели,   чему-то  верили.  Удачи это  не  принесло.  Предстояло  нечто  новое,
неизведанное.   Вряд  ли  могло  быть  хуже.
      Для  меня  с  Ильязом  точно.  Для  других?
      Керим.   Рано  осознал  человеческую  несправедливость,  решил  жить
грабежом  и  разбоем.   Пострадав  от  зла,  на  службу  злу  и  поступил.
Представляю,  как  весело  и  отчаянно  жилось.  С  яростной  обреченностью.
Одним  днем.  Сколько  крови  на  руках. 
       Тот,  кто  сейчас  владел  нами,  казался  легкой  добычей.  Керим  не
понял,  как  погибли  подельники.  Слишком  быстро  произошло.  Не
знает,  почему  сам  остался  в  живых.  В  голосе  страх  и  уважение  к
новому  хозяину.
       Шараф.  Все  вокруг  виноваты  в  его  бедах.  Весь  мир  пошел  войной.
Не  было  дня, чтобы  не  чесал  кулаки  о  чужие  ребра  и  челюсти.
Той  драки  не  должен  был  пережить,  забивали  насмерть.  Настолько
всех  достал   своими  претензиями.   Появление  хозяина  спасло  жизнь.
Недоверчив.  Зло  озирается.  Раны  заросли,  дурь  осталась.
       Эльдар.   Вот  чудо.  Всему  верит.  Что  бы  не  случилось.  Любую
пакость  окружающих  может  оправдать.  Судит  за  все  только  себя  и
полагается  на  судьбу.  Удивительно,  что  жив  до  сих  пор.  Не  сожрали.
Видно,  судьба  хранит  таких,  себе  на  потеху.
       Юнус.  Считает  себя  песчинкой  в  огромном  мире.  Мир  заботит.
Постижение  законов  развития  составляет  смысл  жизни.  Свою  жизнь,
вообще,  не  ценит.  Не  верит,  что  может  что-то  изменить.   До  чего
легко  примет  смерть,  даже  завидно.
       Акбар.  Воин,  отравившийся  смертью.   Привыкший  убивать.
Сердце  застыло,  остался  холодный  рассудок.   Жизнь  потеряла  смысл.
Течет,  как  река.  От  войны  до  войны.  Сейчас  тихо  и  грустно.
       Салих.  Вот  у  кого  жизнь, -  сплошное  веселье.  Азарт,  будоражащий
кровь.  Все  проиграл,  включая  родных  и  близких.  Но  бодр  и  лихорадочно
весел.  Каждый  из  нас  один  раз  живет.   Некоторые  хотят  брать,  все
до  чего  дотянутся.   Чаще  всего,  остаются  ни  с  чем.  Но  им  всегда
весело.  В  сплошном  предвкушении.
      Мурад.  Честный  работяга.  Оружейник.  Да  только  слишком  спокойное
нынче  время.     Не  нужен  оказался  товар.  Продать  пришлось  дело.
Трудно  мастеру,  если  не  нужен  его  труд.
       Онфим.  С  севера.  Издалека.  Не  сиделось  дома?   Или  другая  причина.
Странствует.  Много  видел.  Обносился  весь.  Хорошо  об  иной  жизни
послушать.   Только,  не для  этого  он  к  Хозяину  попал.
      Нас  десять.  Мы  нужны.  А  далее,  будь,  что  будет.     
 
                                                 Глава 5
                                                   Саид  
 
   Мы  ждали  хозяина,  но  его  появление  застало  врасплох.  Бесшумный.
Высокий,  двигавшийся  поразительно  естественно.  Возникало  ощущение,
что  воздух  расступается  перед  ним.  При  желании  может  расступиться
твердь,  и  любая  преграда  бесполезна  на  пути.  Лицо  молодое,  лишь  намек
на  бороду.  Но  есть  морщины,  удивительно  гармонирующие  с  глубокой
чернотой  глаз.  Выражение  легкой  грусти,  ощущение  сочувствия,
сменившее  бодрящей  радостью  с  первого  слова.
    -  Всем  наилучшего,  -  начал  он.  -  Каждый  из  вас  обладает
немалыми  достоинствами.  Поэтому  вы  здесь.  Терпение,  обстоятельность,
трудолюбие,  рассудительность,  лихость,  вера  в  судьбу,  готовность  к  риску,
дотошность,  упорство,  стремление  мыслить.  До  сих  пор  они  не
приносили  удовлетворения  в  жизни.   По  разным  причинам.  Я  хочу  и  могу
дать  возможность  реализоваться  каждому  и  направить  усилия  на
благое  дело. 
    Обычные,  ни  к  чему  не  обязывающие  слова,  не  на  шутку  приковали
внимание  и  растравили  интерес. 
      -  Я  Саид  Аль  Акрам,  начальник  охраны  визиря  султана  Великого
Египта,  -  он  прервался,  давая  возможность  осмыслить.
     О  Египте  было  известно,  как  о  далекой  богатой  стране  с  древней
историей.   На  уровне  сказки  и  легенды.  Само  появление  человека
оттуда  и  по  наши  души  казалось  чудом.
     -  Нет  благороднее  дела  защиты  человеческой  жизни,  -  продолжал
Саид  Аль  Акрам.  -  Тем  более,  достойнейшего  и  умнейшего.   Фактического
правителя  огромного  государства.   Он  честно  исполняет  свой  долг,  верно
служит  стране  и  султану.  Стремится  преумножить  богатство    Египта,  но
сильно  мешает  воровать  и  грабить  государственную  казну  мерзавцам,
достигшим  хитростью  и  подкупом  расположения  султана.   Не  раз  его
пытались  убить.   Хочется  верить,   моя  скромная  заслуга  есть  в  том,
что  он  по-прежнему  делает  свое  нелегкое  дело.   Каждый  охранник
под  моим  началом   предан  визирю  всем   сердцем   и  готов   отдать
за  него  жизнь. 
       Вот  поворот.  Идея  благородная.  Раньше  я  защищал  только  себя.
Никогда  не  думал  о  том,  чтобы  защитить  другого.   И  едва  не  погиб.
Дело  хорошее.  Только  смогу  ли?  Смогу.  Если  он  верит,  то  наверняка.
       -  Мы  хорошо  знаем  дело, но  иногда  приходится  погибать,  -
горько  вздохнул,  -  Последний  месяц  принес  потери.  Вот  почему  вы
здесь.   Я  предлагаю  поступить  на  службу  Ахмату  Аль  Мансуру,
визирю  султана  Великого  Египта  и   служить  под  моим  началом.
      Предложение  удивило  меня.  Разве  мы  и  так  ему  не  принадлежим?
Догадка  уязвила.  Все,  кроме  меня,  были  свободными  людьми,  Даже
нищий  Ильяз.   Я  же,  выкупленный  у  Музафара,  принадлежал  как  раб.
     Он  мгновенно  уловил  недоумение в  моих  глазах.
     -  Ты  свободен,  Кемаль,  -  произнес,  невольно   улыбнувшись.
Та  простота,  с  которой  досталось  великое  благо,  свобода,  связали  с   ним
навсегда.  Я  знал,  что  пойду  за  Саидом,  куда  угодно.
     -  Охранник  служит  по  договору  вольного  найма,  -  уточнял  он, -
Жалование,  оружие  за  счет  визиря.  Обучать  буду  лично.  Выплата  на
первое  время,  сразу  по  заключении  договора.  Срок  действия – пять  лет.
Сомнения  отбросьте.   У  меня  было  время  выбрать.
    Поразило,  с  какой  быстротой  все  согласились.   Значит,  не  один  я 
чувствовал    приступ   верности.
   Начальник  сразу  повел  нас  на  базар,  где  каждый  купил  дорожную 
одежду.  Недорогую,  но  удобную  и  практичную.  
   Оружие  и  снаряжение  дожидалось  каждого  из  нас.  Кони  тоже  были
приобретены  заранее.  Дорога  ждала.
 
                                                Глава 6
                                                Дорога
 
         Можно  было  отправляться,  но  Саид  решил  три  дня  обождать.
Нудно  было  познакомить  нас  с  саблей,  обучить  элементарным  приемам
защиты  и  нападения. 
         -  Оружие – продолжение  руки,  -  учил  Саид, -  Особенно  сабля.
Недаром  она  женского  рода.  Вложи  в  ладонь,  дай ей  тепло,  почувствуй
жар  в  ответ.  Станьте  единым  целым.
        Он  показывал  движения  медленно  и  плавно,  заставляя  повторять
за  собой.   Это  превращалось  в  танец  души  и  гармонии.   Эльдар,
Ильяз  и  Юнус,  похоже,  впали  в  нирвану,  закрыв  от  наслаждения  глаза.
При  этом  движения  их  были  точны  и  выверены.   Мне  самому  занятия
доставили  приятные  ощущения.   По  борцовской  привычке,  тело  было
умным, автоматически  чувствуя  опасность.  Но  сейчас  преобладали
покой  и  неуязвимость.    Три  дня   сплошного  чувства  к  собственной
сабле.   Пришлось  стряхнуть  головой,  опасаясь  аномалии.
         -   Не  нравится мне  это,  -  тихо  сказал  Керим,  подойдя  перед 
отправкой.  -  Слишком  гладко.
         Зачем  сказал?   Знает,  что  мне  неприятен.    А  кому  приятен
разбойник?     Бывают  ли  бывшие  разбойники?   Губить  и  унижать  других
становится  чертой  характера.
          -  Я  видел  твои  поединки  на  ковре,  -   продолжает,  -  Уважаю.
         Как  бы  ответить,  чтобы  не  обидеть.
          -  Как  начнем  убивать  нечисть,  гладкость  закончится,  -   подбираю
слова, -  Кем  бы, кто  не  был  раньше,  теперь  мы  вместе  и   делаем  одно.
         Вижу,  слегка  успокоился.   Руки  ему  не  подал,  да  он  и  не  рассчитывал.
Просто  отошел  без  обид.
         Предстоял  долгий  путь.   Чтобы  не  тратить  понапрасну  время,
начальник  подрядил  нашу  команду  в  охрану  крупного  каравана  до
Египта.   За  хорошие  деньги.
         На  нас  нападали  четыре  раза.   Медленный  богатый караван  казался
соблазнительной  добычей.   Атаковавшие  разбойники,  на  редкость,  плохо
владели  оружием.   Потерь  не  было.   Даже  не  ранили  никого.
       Защищались  легко,  а  вот  опыта  разящих  ударов  недоставало. 
Здесь  были  хороши  Керим,  Шараф  и  Акбар.  Разбойник,  драчун  и  воин.
Они  попали  в  знакомую  стихию.  Сабли  слегка  притупились  о  кости  врагов.
Но  что  творил  Саид.   Похоже,  он  один мог  охранять  караван.   Из
нападавших  никто  не  ушел  живым.    
       Дорога  была  похвала  начальника  за  хорошо усвоенный  урок.
Кериму,  Шарафу  и  Акбару  сказал  не  обольщаться.  Слишком  слаб
был  противник.  Обычные  грабители.  Против  профессионального 
убийцы  будет  куда  сложнее.  Весело  шли.
       По  прибытии  в  Египет,  купцы  были  благодарны и  щедро  вознаградили.
Саид  из  даров  выбрал  небольшой  перстень.
      -  На  память,  -  произнес  с  усмешкой.
     Все  остальное  разделил  между  каждым  из  нас,  вызвав  прилив  восторга
и  уважения. 
      -  Хороша  служба, -  радовался  Салих,  пересчитывая деньги.
Усмешка  начальника  стала  горькой.   Тяготит  иногда  знание.
 
                                                Глава 7
                                                Учение 
             
         Каир.  Не  мы  первыми  восхищаемся  его  величиной  и  могуществом.
Нескончаемый  поток  людей  движется  по  своим  делам.  От  многоцветия
рябит  в глазах.  Багдад  попроще.  Многочисленный  говор  смешивается с
криком  зазывал,  ором,  блеянием  и  мычанием  домашнего  скота. Перед
всадниками  почтительно  расступаются,  чтобы  затем  сомкнуться  и
продолжить  привычное  течение  жизни.
         В  доме  визиря  нам  отведены  три  просторные  комнаты.  Две  жилых,
третья  для  занятий.  Начальник  обещает,  что  после  обучения  станет
просторнее.
        В первый  день  Саид  показывал  город,  его  тайные  прелести,  злачные
места,  где  можно  хорошо  повеселиться.   В  курильне  «Черная  гора»  он
заказал  всем  сытный  обед.  Хозяин     был  столь  услужлив,  что  наводило
на  мысль  о  связи  начальника  с  этим местом.
       Случилось  так,  что  я  сидел  на  ковре  рядом  с  ним.  Тень  сомнения
отразилась  на  взгляде,  и  он  мгновенно  почувствовал  это.
      -  Верно,  -  тихо  произнес  мне.  -   Я  часто  бываю  здесь.  Другим  не 
советую.    Лишь  при  крайней  нужде.  Прошлый  хозяин  дружил  со  мной.
Из-за  этого  погиб.   Не  дружил,  погиб  бы  еще  быстрее.   Тут   происходят
контакты  посредников  с  наемными  убийцами.  Поэтому  я  заранее  знаю,
кто,  где  и  когда  поднимет  руку  на  визиря.   Остальное  несложно.
        Почему  он  откровенен  со  мной?   Я  лишь  в  начале  пути. 
Неизвестно,  что  будет.   Может  ли  он  знать  заранее?  Лицо  непроницаемо.
        -  Салих,  -  внезапно  обращается  он.  -  Не  мнись.  В  соседней  комнате 
идет  игра.  Поищи  удачу.  Только  не проиграйся  вдрызг.  Жалование
через  месяц.
         С  выражением  немыслимой  благодарности  тот  прерывает  еду,  и
суетливо  исчезает   в   дверном  проеме.
         -  Не  спешите,  -  обращается к  нам  Саид.  -  Насладитесь  этим  днем.
Завтра  начнется  иное.  Две  недели  непрерывного  обучения.  Жизнь
впроголодь  и  короткий  сон.  Затем  испытание.  Будете  хорошо  учиться –
выдержите.  Кто  не  сможет – покинет  дом  визиря.
         Аппетит  от  этих  слов  не  то,  чтобы пропал,  но  серьезно  уменьшился.
        -   Каждый  из  вас  способен  стать  хорошим  защитником  жизни, -
успокоил  начальник    охраны. – Иначе  здесь  бы  не  был. 
       Полетели  дни  учения.  Саид  Аль  Акрам  хорошо  знал  науку
смертельной  схватки.   Прививал  ее  неторопливо,  но настойчиво.  Знание
его  было  невероятно  глубоким.  Порой  на  лицах  Керима  и  Акбара,
сгубивших  немало  жизней,  читалось  недоумение  и  растерянность.
       -  Некоторые  считают,  что  обладают  определенным  знанием, -
говорил  Саид. —   Заблуждение.  Эту  науку  знают  единицы.  Иначе
люди,  по природе  склонные  к  агрессии,  истребили бы  друг  друга, и
человечество  могло прекратиться.  Все,  что  знали  раньше,  отправьте
далеко-далеко,  в  глубину  подсознания.  Мне  нужны  свежие,  свободные,
пустые  головы.  Как  сосуды  для  наполнения  необходимым  знанием.
В  этом  будет  заключена  ваша  жизнь.
       Вначале  тело  уставало,  но  постепенно  становилось  послушным  не 
только  мысли,  но  смутному  чувству.  Важно,  чтобы    чувство  было
верным.   Сабля  и  кинжал,  казалось,  приросли  к  рукам.  Даже  в
кратком  сне  они  разили  невидимого  противника.
       Один  раз  подошел  Салих  и  попросил денег  взаймы.
       -  Я  проигрался,  -  пояснял  он  -  Не  могу  поймать  удачу.  Помоги  мне.
       -  Мое  ты  тоже  проиграешь,  -  возразил  я.  -  Лучше  остановись,
пока  не  поздно.  Жди  жалования  и  готовься  к  испытанию.  Разве  не
удача,  то  что  ты  оказался  здесь?  Так  не  ной  и  трудись.
       -  Только  поучать  не надо,  -  разозлился  Салих.  -  Другу  помочь  не
можешь…
      -  В  чем  дело? -  из  ниоткуда  возник  Саид. -  Впрочем,  не  отвечайте.
Проигрался,  -  обратился    к  Салиху.
      -  Да,  — понурив  голову,  сознался  тот. -  Все  проиграл.
      -  Вот  тебе  счастливая  монета,  -  протянул  начальник  динар.  - 
Немедленно  иди  и  отыграйся.  Прямо  сейчас.
     Через  час  Салих  вернулся  с  округлившимися  до  предела глазами.
     -  Все  отыграл,  -  с  трудом  от  волнения  говорил  он.  —  Никогда  так
не  везло.   Не  исчерпал  ли  удачу?  -  поделился  сомнением  со  мной.
     -  Если  исчерпал,  так  надейся    только  на  себя, — предложил  я.  –
И  перестань  играть  с  судьбой.
    Он  благодарно кивнул,  но  похоже,  остался  при  своем  мнении.
    В  ночь  перед  испытанием  меня  разбудил  Керим.
     -  Здесь  что-то  не  так,  -  шептал он.  -  Не  могу  объяснить.  Просто
чутье.    Саид  силен,  как  демон.  Он  играет  с  нами.  Я,  Акбар,  Шараф
и  Салих  провалим  испытание  и  уйдем.  Ты  с нами,  борец.
    -  Я  обязан  Саиду  жизнью,  здоровьем  и  свободой.  Меня  никто
не  держит,  -  ответил  я.  -  В  жизни  каждый  кому-то  служит.     Прежде
всего,  себе  самому.  Важно  дело,  которому  служишь.   В  том,  что
предлагает  начальник,  сомнений  нет.  Вы  спешите  с выводами.  Но  если
решили,  разубеждать  не  стану.  Я  остаюсь.
      -  Хороший  ты  человек,  -  вздохнул  Керим. -  Таким  и  запомню.
      Он  вернулся  к  себе,   Заснуть  уже  не удалось.   Посеял  все-таки
сомнение,  будь  неладен.
 
                                                Глава 8
                                             Испытание
  
        Комната  для  тренировок.  Пол  засыпан  песком.  У  входа  охранник
и  двое  слуг.  Мы,  вдесятером  сидим  на  ковре  вдоль  стены.  Светло,
горят  факелы.  В  центре  Саил  Аль  Акрам.
       -  Настало  испытание,  -  торжественно  произносит  он.  -   Вы  многому
научились,  но  лишь  лучшие   смогут   выполнить  долг  охранника.  Перед  тем,
как  сберечь  чужую,   защитите,  сперва,  свою.
       Комната,  словно  наполнилась  трепетом  в  ожидании  неминуемого.
       -  Смертельный  бой,  -  подтвердил  начальник  наихудшие  опасения. –
Пятеро  с  почетом  будут  приняты  на  службу.  Проигравшие  покинут   
этот дом  навсегда,  и  мир,  давший  шанс,  который  они упустили.  Сабля.
Керим  против  Эльдара,  -  назвал  он  первую  пару.
       Саид  сделал  три  шага  назад,  и  в  центре  комнаты  остались
бывшие  разбойник  и  доверчивый  растяпа.  Я  глядел  на  них  и  не 
представлял  с  кем  и  как  буду  сражаться.  За  небольшое  совместно
проведенное  время  между  нами  сложились  если  не  дружеские,  то
приятельские  отношения.  Случаи  неприязни,  как  у  меня  с  Салихом,
были   редки  и  быстро  исчерпывали  себя.   Немыслимо  было  думать
поднять  руку,  не  то,  что  убить.
     Звон  сабель  прервал  мысли.   Керим  атаковал,  удивляясь,  как
противник  сопротивляется.  Насколько  выучился  Эльдар.   Ловко 
уворачивался   и  лишь  при  необходимости   касался  чужой  сабли.
Он  защищался,  стремясь  выяснить  на  что  способен  атакующий. 
Керим  злился,  видя,  что  бой  затягивается.   Злость  не  только  отнимала
силы,  но  застилала глаза.  Мгновение.   Сабля  взвилась  в  воздух  и
упала  у  ног  Эльдара.    Он  сделал  шаг  назад,  словно  предлагал
сопернику  взять  ее.   Керим  уже  нагнулся,  но  сверкнул  клинок,  и
на  песке  оказалась  его  голова.   Безжизненно  обвалилось  осиротевшее  тело.
       Я  судорожно взглотнул.   Внутри  словно  умерло  что-то.
      -  Эльдар,  ты  принят,  -   торжественно  сообщил  Саид  и   указал
место  на  ковре,   В  отдалении  от  оставшихся.
      Слуги  сноровисто  отнесли  тело  и  голову.  Я  взглянул  на  Эльдара.
Он  был  бледен.  Тело  сотрясала  дрожь.    Как  схлынул  угар  боя,  надавило
сознание  случившегося.
      -   Шараф  против  Юнуса,  -   между  тем,  объявил  Саид.
       Внезапно  до  меня  дошло,  чем  закончатся  схватки.  Керим,  Шараф,
Салих  и  Акбар  решили  провалить  испытание  и  уйти.   Их  желание
исполняется.  До  чего  опасно  желать.   Кто  уйдет  пятым?  Что  уготовано
мне?   Крик  Шарафа  отвлек    от  назойливых  вопросов.
       Захлестнула  ярость   науку.  Так  лиха  атаковал,  что  быстро  пропустил
удар.   В  живот.  Кишки  наружу.   Все  в  крови.   Сколько  крови  в  человеке.
Судорожно  дернулся  и  застыл.
        Юнус  сел  рядом  с  Эльдаром.  Они  отводили  глаза,  каждый  справлялся
с  собой  сам.   Порой,  это  самое  трудное.
       Салих  был  никакой  против  Онфима.   Слишком  верил  в  удачу. 
Бой  вел  судорожно,  быстро  устал.  Онфим,  словно  на занятии,  спокойно
отбивал  удары,  выискивая  слабые  места  у  противника.    Несколько  раз
он  касался  сталью  беззащитных  мест,  но  что-то  останавливало  его  от 
решающего  удара  или  укола.  Соперник  к  тому  времени  так  вспотел,
что  стал  жалок.   Онфим  упер  саблю  в  левую  половину  его  груди и
слегка  надавил.    Салих  мгновенно  рухнул  на  песок.  На  его  вечно
подвижном  лице  застыло  чувство  неведомого  покоя  и  странной 
благодарности.   Так  потом  говорил  Онфим,  задолго  после  испытания.
        Бой  Акбара  с  Мурадом  вышел  долгий.  Воин  против  оружейника.
Все  решило  прошлое  знание.   Места  для  нового  у  Акбара  было  меньше.
Он  погиб  не  сразу.  Одно  ранение,  другое.  После  третьего  он  упал  на
колени  и  не  встал.
       -  Ты  достойный  воин, -  сказал  он  Мураду.  -   я  горжусь,  что  был
рядом  с  тобой,  -  отбросил  саблю  и  подставил  голову.
       Удар  вышел на  славу.  Возможно,  он  даже  не  почувствовал стали.
Просто  голова  отвалилась  от  тела.
       Настал  мой  черед.  И  Ильяза.   Худшее,  что  могло  быть.
Несчастнейший  человек.  Он  ухаживал  за  мной.  Был  первым,  кто  открыл
мир  новой  жизни,  знакомил  с  другими,  сведенными  судьбой  и  волей
Саида  Аль  Акрама.   В  стычке  с  разбойниками   я  отвел  удар  от  его
спины.  Вижу,  он помнил  об этом.
       Мы  стояли  друг  против  друга,  с  обнаженной  саблей,  не  решаясь 
начать.     Он  виновато  пожал  плечами  и  нерешительно  нанес  первый  удар.
Я  легко  отбил.  От  второго  уклонился. Следующий  был  сложнее,  соперник
стал  заводиться.
       Против  нас  работал  закон  природы.  Инстинкт  выживания.  Никто  не 
хочет  умирать.   Это  заставляет  быть  злыми  и жестокими.  
     Я  отбивал  и  уворачивался  от  ударов,  становившихся  все  более опасными.
Ильяз  входил  в  раж,  теряя  разум.   Он  забылся.  Бой  поглотил  его.
А  меня  нет.   Выученное  тело   сражалось  инстинктом  и  навыками, 
достигнутыми  на  занятиях.   Голова  же  была  свободна.
      У  него  вспотела  рука,  державшая саблю,  и  вмиг  его  оружие
упало  к  моим  ногам.   Видел,  как  он  приходит  в  себя.  Измученный  и 
несчастный.  Смертельно  уставший.
      -  Прости,  -  тихо  произнес  он  и  встал  на  колени. -  Ты  лучший.
Это  было  прекрасное  время,  и  я  не  о  чем  не  жалею.  Сделай,  что  должен. –
и  склонил  голову.
      Я  понял,  что  должен  сделать.  Ясно,  как  никогда. 
      Подошел  к  начальнику  и  протянул  ему  обе  сабли.
      -  Казни  меня,  -  произнес,  встав  на  колени.  -  Сделать,  как  ты  хочешь,
я  не  могу.  
     Стало  так  тихо,  что  стал  слышен  трепет  пламени  факелов.
     Острая  сталь  легла  на  правое  плечо.
      -  Встань,  благородный  Кемаль,  -  я  слышал  в  голосе  уважение  и
восхищение.  -   Ты  достоин  большего,  чем  охрана.
      -   Ильяз,  на  коленях  не  служат,  -  отвлекся  Саид.  -  Ты  принят.
Вас  ждут  перстни  охранников,  почетное  и  благородное  дело. –
обратился  он  к  победителям.   -   Трудное,  опасное,  но  нужное  Великому
Египту.
     Он  передал  пополнение  в  распоряжение  охранника,  а  меня  повел  за  
собой.   Пройдя  по  длинному  коридору,  мы  вошли в просторную  комнату, 
где  я  ощутил  запах  власти.  Дело  не  в богатстве,  порядке,  свитках 
папирусов  на  полках  и  столе  с  пером  и  чернилами.  В  мудрых  и  глубоких
глазах  крепкого  человека  с  седеющей  бородой.
     -  Это  тот,  кто  тебе  нужен,  мудрейший,  -  произнес  с  гордостью  и
уважением  Саид  Аль  Акрам.
 
 
 
                                            Глава 9
                                           Верность
 
       Ахмат  Аль  Мансур,  визирь султана  Великого  Египта.  Мудрейший
из  мудрых.  Более  тридцати лет  он  управлял  хозяйством  огромного
государства.  Четвертый  султан  спокойно  правил, опираясь  на  верное
плечо  первого  помощника.  Все  помыслы  визиря  были   посвящены
заботе  о  подданных  страны.  Создавалась  и  совершенствовалась  система
хозяйства,  способная  приносить  постоянный  доход в  казну.  Доход
направлялся  на развитие  ремесел,  промыслов,  укрепление  защиты
государства.  Чужое  богатство  притягивает  интересы  хищных  соседей.
        Приходилось  отражать  набеги  с  запада,  а  на  востоке  периодически
воевать    с  ближайшим  соседом  –  Сирией. 
        -  Хорошо   иметь  с  ними  прочный  мир, Жить  вместе  на
взаимовыгодной  основе.   -   говорил  Ахмат  Аль  Мансур, -  Это  решит
почти  все  внешние  проблемы,  обеспечит  спокойное  развитие  страны.
        Планов  по развитию  было  множество.  Одни  он  разрабатывал,
другие  реализовывал,  третьи  пытался реализовать,  к  четвертым
подбирал  исполнителей.  Казалось,  большинство   людей  в  его  поле
зрения,  вольно  или  невольно,   исполняли   задуманное  им.
        К  сожалению,  богатство  привлекает  не  только  врагов  со стороны,
но  тех,  кто  хочет  поживиться  за  счет  обладания властью.
       Ближний  круг  султана,  неподвластный  руке  визиря,  погряз
в  казнокрадстве  и  роскоши.  Султан  был  слаб,  но  хитер.  Власть  поделил
на  направления,  которые  не  пересекались.  Главные  сборщик  налогов,
казначей,  начальник  войска,  мюриб – повелитель воды  потеряв  остатки
стыда и  совести  тянули  руки  к  доходу,  добываемому  усилиями  визиря.
      Их  верность  султан  купил  правом  воровать  и  обогащаться  за  счет
государства.   Они  старались  всячески  беречь  его,  потому  что  при 
любом  другом  неминуемо  потеряли  бы  головы.    
      Я  знал  это,  посвященный  во  все  государственные  дела,  облеченный
доверием  Ахмат  Аль  Мансура.    Был  я  при  нем  секретарем,
помощником,  учеником.
      -  Наступают  значительные  времена, -  говорил  он, -  Появилась
возможность  очистить    государство  от  кровососов.  Десять  лет назад
я  нашел  силу,  способную  помочь  мне  это  сделать.  Мы  начали  поиск
честных  и  талантливых  людей,  которые  могли  научиться  управлять
страной.  Есть  два  списка.  Достойных  и   тех,  кто  исчезнет,   получив
должную  меру  за  вред,  нанесенный  государству.  Им  было  предложено
уйти  по-хорошему.   В  ответ  меня  пытались  убить  и  вырезать  семью.
Враги  сделали  выбор.  Все  решится  в  ближайшие  пол  года.  Предстоит 
многое  сделать,  но  я  чувствую  усталость.  Поэтому  Саид  Аль  Акрам
нашел  тебя.  Человека,  которому  я  могу  передать  знания,  секреты
управления  людьми  и  организации  хозяйства  большой страны.
       Я  бал  настолько  удивлен,  как  почувствовал,  что  каменею  от
ответственности.   Он  понял  мое  состояние  и  рассмеялся.
      -  Это  не  так  трудно,  поверь  мне,  -  произнес  в  удивительной
теплотой,  -  но  поучиться  придется.  Быстро  и  старательно, -  просквозила
напускная  строгость.
      Он  был  хорошим  учителем,  знания  и  действия  усваивались  легко.
Позже,  Саид  Аль  Акрам  вспомнит,  что  не  видел  купца  лучше,  чем
визирь.  Многими  достоинствами  обладал  Ахмат  Аль  Мансур. 
Порой  казалось,  большая  власть тяготит  его.  Лишает  сил  и  времени
для    проявления  иного  таланта,  внимания  родным  и  близким.
      -  Главное  в  жизни -  поиск,  -  однажды  сказал  визирь.  -  Я  нашел
Саида  Аль  Акрама.  Саид  Аль  Акрам  нашел  тебя.  Когда-нибудь
тебе  предстоит  найти.  Но  это  придется  постичь  самому.  Когда  мы
наведем  порядок,  и  настанет  иная  жизнь,  я  удалюсь  от  дел.  Буду
писать  трактат  о  власти  и  слегка  наблюдать  за  вами,  иногда,  помогая
советом,  если  придется.    Хочется  увидеть,  как  ринется  вверх
государство,  лишенное  внутренних  оков.  Пожить  еще  лет  двадцать. –
он  шутливо  подмигнул,  я  не  мог  сдержать   улыбки. 
       Повезло  нашей  стране  с  Ахматом  Аль Мансуром.   Я  впервые подумал
о  Египте,  как  своей  стране. 
      Ну,  вот.  Тяжело стало,  как  этот  разговор  вспомнил.  Всегда  так.
 
                                                Глава 10
                                                  Власть  
        
          Бывают  дни,  несущие  необратимые  последствия.  В  такой  день
визиря  посетил  начальник  войска.   Был  он  бледен  и  взволнован.
От  верных  людей  пришла  весть  о начале  очередного похода  орды –
властелина  степи.   Шли  они  на  юг.  Конечная  цель – Каир.  Огромная
масса  вооруженных  до зубов  всадников,  набивших  руку  на  убийстве,
разбое  и  грабеже.  Приманили их  наши  богатства.
         Ахмат  Аль Мансур  сочувственно  выслушал  и  посоветовал  немедленно
собрать  войско  и  начать  подготовку  к  войне.  Начальник  войска  и  сам
это  знал,  но  как  никто  другой  понимал,  что  против  орды  не  устоять.
        -  Так  плохо?  -  участливо  спросил  визирь.
        -  Хуже  некуда,  — безнадежно  махнул  рукой  воитель. -  Большую  армию
собрать  можно,  но  подготовить  не  получится.  А  у тех опыт  и  выучка.
Не  воевали  мы  давно,  -  и  осекся,  встретив  гневный   взгляд.
         Оба  знали,  что  войско  небоеспособно.  И  причина  была  известна.
Начальник  занимался  чем  угодно,  только  не  укреплением  обороны  страны.
Теперь  за  это  грозила  расплата.
         -  Прошу,  великий  визирь,  -   таких  слов  от  этой  компании  слышать
не  приходилось,  -  Возьми  на  себя  защиту  Египта.   Ты  один  можешь
создавать,  -  вот  это было  правдой.
        -  Предложите  это  султану,  -  согласился  Ахмат  Аль  Мансур.  -  Пусть
это  будет  его  указанием.
       Вместе  они  отправились  во  дворец  на  совет.  Султан  дал  визирю
власть,  не  уступающую  своей.  Даже  ближний  круг  вынужден  был  ему
подчиняться. 
      Вечером  Ахмат  Аль  Мансур  посвятил  меня  и  Саида  Аль  Акрама
в  свои  замыслы.    Нужно  создать  новое  профессиональное  войско.
Мобильное  и  компактное.  Способное  в быстрому  обучению.   Оснащенное
оружием,  экипировкой  и  техникой.  Списки  воинов  и  ремесленников  были.
Оставалось  собрать  и  организовать.   На  армию  людей  не  хватило,  но
вышел   сильный  корпус.  Командовал  им  Саид  Аль  Акрам,  он  же
организовал  обучение.  Ремесленники  делали  метательные  орудия, 
заграждения,  сборные  конструкции.  Оружейники  готовили  оружие 
и  защитную  амуницию.
      Быстро  летело время.  Обученный  и вооруженный  корпус  стал  грозной
силой,  способной  защитить  страну.
     Тем  временем,  ржавшая,  бренчавшая  и  крикливая  масса  из  степи 
текла  на  юг.  Горели  и  разорялись  города  и  поселки.  Настала  очередь 
Дамаска.  За  месяц,  до  подступа  орды,  визирь  тайно  послал  меня  к  
правителю  Сирии.  Нужно  было  убедить  сирийцев  сражаться  до  последнего.
Я  к  тому  времени  много  знал  и  кое-что  умел.   
     Дамаск  казался  большим  базаром.  Веселым  и  задорным.  Жаль,  но
он  был  обречен.  Правитель  долго  вникал  в  мои  полномочия,  как
представителя  визиря  султана  Египта.  Отношения  между нашими  странами 
тогда  были  далеки  от  дружеских.
    -  Что  ты  предлагаешь?  -  спросил  он.
    -  Сражаться  до  конца, -  ответил  я.  -  Тогда  у  нас  будет  больше 
возможностей  освободить  Дамаск,  после  разгрома  войска  орды. 
    -   А  если  сдадимся?  Или  откупимся?
    -   Может,  не  станут  жечь,  -  предположил  я.  -  Но  ограбят  до  нитки,
Уведут  в  полон  кучу  народа.  Оставят   своего  правителя  на  долгие  годы.
Укрепятся  так,  что  Египет  не  сможет  помочь  восстановить  государство.
   -  С  чего  такая  забота,  -  удивился  правитель.
  -  С  того,  что  визирь  в  будущем,  видит  наши  страды  близкими друзьями. –
говорил я.  -   Ведущими  взаимовыгодную  торговлю и  совместную
защиту  от  любого  врага.  А  сейчас  вы  можете  измотать  орду,  лишить
ударной  силы  и  приблизить  ее  разгром и свое освобождение.
   -  Честно  говоришь, — удовлетворенно  кивнул  правитель.  -  Хочется  верить. 
За  обещание  немедленной  помощи,  сразу  прогнал  бы.  Горькая  нас  ждет
судьба.  Спасибо  тебе  за  надежду. 
     Они  сражались,  но  не устояли.  Дамаск  горел.  Но  Египет заранее принял
беженцев  под  свою  защиту.  Сирийцам  удалось  вывезти  ценности,  и  мы
сохранили  их  до  освобождения  от  орды.  
    Пока  гибли  защитники  Дамаска,  корпус  старательно  готовил  поле  битвы.
Ставил  укрепления  и ловушки.   Отрабатывал  маневры  наступления  и  отхода.
   В  памятный  день  состоялось  великое сражение.  Орда  была  жестоко 
наказана   за  самоуверенность,  ее  войско  было  разгромлено.  Визирь
защитил  Египет.  Саид  Аль  Акрам  одержал  великую  победу,     которая  дала 
толчок  событиям  изменившим  всю  последующую  жизнь.    
       Не  хватает,  сейчас,  Ахмата  Аль  Мансура,  великого  визиря,  мудрого
 учителя  власти.
 
 
                                           Эпилог
 
     Создание  корпуса,  при всей  необходимости,  породило  у  меня  чувство
опасности.   Я  не  мог  понять  его  источник,  пока  не  вернулся  из  Сирии.
В  тот  же  день  состоялся  разговор  с  учителем.  
    Визирь был  бодр и весел,  получив  силу,  способную  сокрушить  любую
преграду  своим  планам.  Становился   беспечен, откровенно  насмехаясь
над  бессилием  ближнего  круга  султана.   Я  поделился  сомнениями  о
грозящей  опасности.
    -  Что  они теперь  могут?  -  удивился  Ахмат  Аль Мансур,  -  Дрожать
от  страха  перед  возмездием?
    -  Могут  только  одно  -  напугать  твоей  силой  султана,  -  приводил  я
доводы.  -  Страх  толкает на  безрассудные  поступки.  Испуганный
властелин  способен  поднять  руку  на  ближайшего  сподвижника,  видя  в
нем  соперника  во власти.
    -  Молодец,  -  похвалил  учитель,  -  Хорошим  будешь  визирем.
Рассуждаешь  здраво.  Когда  он  это  попытается  сделать?
    Я  понял,  Ахмат  Аль  Мансур  все  знает,  предполагает,  но расчет  его
гораздо  глубже  и  тоньше  моего.  
     Моя  жизнь  постоянно  под  угрозой,  привык,  говорил он  раньше.
За  себя  он,  точно,  не  боялся.  Скорее,  за  жен,  детей,   людей,  честно  ему
служивших.
      -   После  победы  над  ордой,  -  уверенно  решил  я.  -  Возможно,  как
узнает,  сразу.  Не  дожидаясь  следующего  дня.
      -  Мы  с  тобой  стали  одинаково  мыслить, -  вздохнул  визирь,  -
Но  я  принял  решение,  и  оно  должно  быть  исполнено,  в  любом  случае.
      Вечером  он  посвятил в  свой  план  меня  и  Саида  Аль  Акрама.
Лишь  огромное  доверие  к  чужому  опыту  во  власти  помешало  усомниться.
Столь  велик  был риск.  Саид,  напротив,  излучал  энергию  и  оптимизм.
Действие  было  его  стихией.  Решения  принимал  быстро,  почти  не
размышляя.    Но  какими  точными  и  верными  были  они.
      -  Вы  будете  дополнять  друг  друга,  -  говорил  Ахмат Аль  Мансур  о
 будущем,  словно,  состоявшемся.   Славные  времена  ждут  Египет.  Я  буду
писать  трактат  о  власти,   иногда     давать    советы,  которые   вы  можете
не  слушать. 
      Мы  поверили,  что  он  всегда  будет  рядом.   Старый  мудрец 
запорошил  глаза.  Знал,  что  этого  не  будет.  Предвидел.  Снял   с  Саида
и  меня  груз  опасения  за  свою  жизнь,  чтобы   осуществилась  мечта  о
сильном  и  разумном  государстве.     
      Саид  повел  корпус  навстречу  войску  орды,  поручив  мне  заботу
об  учителе  и  его  семье.  Едва  Каира  достигла  радостная  весть  о  победе,
как  Ахмат  Аль  Мансур  был  вызван  во  дворец.
     Сразу  по  убытии,  ко  мне  подошла  первая  жена  визиря,  Исания.
   -  Вчера  мой   муж  был  нежен,  как  никогда,  -  говорила  она.  -  Неужели,
беда  так  близко?  -  вот  женское  чутье.
     Не  помню,  что  ответил.  Пытался  успокоить,  но  заволновался  сам.
     На  встрече  с  султаном  Ахмат  Аль  Мансур  предложил  полностью 
сменить  ближний  круг,  с назначением  на  должности  честных,  верных
и  знающих  дело.  Он  давал  султану  шанс  выжить.  Но  тот  решил
заранее.  Предложил  разделить  трапезу.   Восхищался  визирем  и  Саидом
Аль  Акрамом.    Заверял  что  сделает  все  для  процветания  страны.
     Учителю  стало  плохо  по  дороге  домой.  Еле   добрался  с  помощью
 охранника.  Сильное  отравление.  Прибывший  по  вызову  врач  был
бессилен.  Визирь  успел  сказать   мне  несколько  слов  и  потерял  сознание.
До  утра  не  дожил.  Но  я  знал,  что  делать.  Без  опасения  и  сомнения.
Саид  Аль  Акрам  был  с великими  почестями  принят  султаном,  но  уже
знал  о  последних словах  визиря.
     Содеянное  злодейство  связало  ближний  круг  страхом.  Саид  направил
их  страх  на  султана,  и  властелин  погиб  от  рук  тех,  кому  больше  всего
доверял.
    Страх  заставил  отдать  власть  Саиду Аль  Акраму  и  безропотно  принять
позор,  а  затем,  смерть.  Смена  людей во  власти,  давно  подготовленная
учителем,  сопровождалась  расследованиями  преступлений  против 
государства,  лишением  имущества  и  казнями.  Почти  все  наместники  и
правители  провинций  ушли  в  пыль  через  плаху.  Расчет  с  прошлым
был  окончен.  
    Предстояла  иная  жизнь,  где  все  было  в  наших  руках. 
   Саид  Аль Акрам  оказался  хорошим  султаном.   Горжусь  службой
под  его  началом.  С  каждым  годом  страна  становится  сильнее,  богаче.
Благосостояние  людей  растет.  Проблемы  голода  и  засухи  решены.
Дружба  с  Сирией     далеко отодвинула угрозу  войны. 
    Развиваются  ремесла  и  наука.  Дерзкие  в  смелости  путешественники
расширяют  знание  об  окружающем  мире.   Орда  пока  притихла  и  гости
не  просится.
    Султан  и  я  завели,  наконец,  семьи.   Рождаются  дети.   Хочется  верить,
что   их   судьба  будет  тесно   связана  с  процветанием  Великого  Египта,
стремлением  к  лучшему.  
    В  это  верил  великий  учитель  Ахмат Аль  Мансур.
    Этому  служит  султан  Египта  Саид  Аль  Акрам.
   Этому  всеми  силами  стремлюсь  помочь  и  я  -  визирь  султана,  Кемаль
Аль  Рашид.
 


© Copyright: Борис Голубов, 28 сентября 2019

Регистрационный номер № 000278835

Поделиться с друзьями:

Предыдущее произведение в разделе:
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: 0 Голосов: 0
Комментарии (0)
Добавить комментарий

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий