Рассказы

Ну, здравствуй, Новый Год...

Добавлено: 27 декабря 2018; Автор произведения:Андрей Григорович 463 просмотра


Новый год. Пожалуй, это единственный праздник, не имеющий политической окраски, остающийся неизменным на протяжении множества лет, вопреки «текущим моментам», и  не менявшим дату своего проведения и названия. Правда, были какие-то накладки с переводом стрелок на зиму и лето, но стойкому к переменам народу, это лишь дало повод отметить не только Новый  и «старый» Новый год, но и выпить лишнюю рюмочку по старому и новому времени.

Новый год праздник для всех, от мала до велика. Дети и взрослые в этот день одинаково верят в чудо. Первые искренне и открыто, вторые подспудно, с долей иронии, так, на всякий случай: «А вдруг?». В этот день не отмечают ни побед, ни свершений, просто справляют смену одного  года другим.

В одной выпавшей из поля зрения государства и акул бизнеса конторе, где по старинке делают вид, что работают, а власть предержащие – что платят, тоже готовились к празднику, уже заряженные предновогодней суетой.

Небольшой коллектив, в основной своей массе, состоял из людей предпенсионного возраста, с незначительными вкраплениями молодёжи.

— Кто на этот раз будет Дедом Морозом? – задала риторический вопрос старший бухгалтер Екатерина Владимировна, неформальный лидер учреждения.

Сотрудники, как один, повернули головы в сторону экономиста Сенцова.

— Силантий, разумеется, — ответил за весь коллектив начальник отдела рекламы, представлявший руководство и подчинённых в одном степенном, с  холёными усами и стильных очках лице.

— А Снегурочкой? – удовлетворённо кивнула, и задала следующий вопрос Екатерина Владимировна.

Женская составляющая коллектива замерла, как не выучившие домашнее задание школьницы, после вопроса учителя: «Кто пойдёт к доске?».

— Я не могу, у меня внучка заболела, — первой не выдержала младший бухгалтер Самохвалова.

— Софья Андреевна! Вы уж простите, но при всей вашей неотразимости, вы на роль Снегурочки не годитесь, — снял очки, и протёр их белоснежным платком, начальник отдела рекламы.

— Это почему же? — насторожилась Софья Андреевна.

— Всего лишь по одной, но весомой причине.


— ?

— Вы, извините, в костюм Снегурочки не влезете.

— Софья Андреевна хотела было оскорбиться, но передумала.

— Молодёжь надо подключать, Вон, наш молодой специалист, Алиночка, чем не снегурочка? – плотоядно облизнулся старейшина учреждения, с необременительными и расплывчатыми обязанностями.

— Я не согласна. Во-первых, я иду на вечеринку, а во-вторых, мне даже подарка новогоднего не дали, — обиженно скривила персингованное личико Алина.

— Ну, милочка, — оценивающе посмотрела на неё Екатерина Владимировна, — детей у вас, насколько я осведомлена, пока нет, а сами вы уже вышли из этого возраста. А вот проработав здесь без году неделю, противопоставлять себя коллективу, это не профэтично.

— Ну, хорошо, но только до одиннадцати часов, — поёжилась молодой специалист под тяжёлым взглядом главного бухгалтера.

— С Дедом Морозом и Снегурочкой всё ясно, — прихлопнула по столу пухлой ладошкой Екатерина Владимировна, — завтра короткий день, приводим в порядок рабочие места, поздравляем друг друга с наступающим Новым Годом, и по домам. Да. Свои подарки приносите подписанными, чтобы дед Мороз, как в прошлый раз не перепутал, а то наш Сашенька очень расстроился, получив в подарок куклу, она строго посмотрела на Сенцова. Не забудьте по тысяче рублей на водителя для деда Мороза и Снегурочки.

— Почему тысячу? В прошлом году по пятьсот собирали, — робко возмутилась Софья Андреевна.

— Вам, Софья Андреевна, как бухгалтеру, стыдно не знать о таком понятии, как инфляция, — одарила свою подчинённую взглядом Снежной Королевы Екатерина Владимировна.
 
Вечером следующего дня, Силантий Сенцов готовился к ставшей для него обязанностью роли Деда Мороза, находясь в искусственно приподнятом настроении. На работе он больше остальных налегал на «поздравления», за что неформальный лидер «поставила ему на вид».

Силантий, как убеждённый холостяк, из женщин терпел в своём доме только йоркширского терьера Анфиску, которая трепетно любила своего хозяина просто так, не за «чины и оклады», за что он отвечал ей тем же. Вот это его семейное положение и сыграло с ним злую шутку, на веки вечные привязав его к бороде из ваты.

Сенцов напялил на себя спецодежду, махнул из заранее приготовленной фляжки коньяка, исключительно для «тонусу», сунул фляжку в карман, подхватил увесистый мешок с подарками, вышел из квартиры, провожаемый недовольным тявканьем Анфиски, и спустился вниз, к ожидающей его у подъезда машине.

С водителем Силантий был знаком давно, с тех пор, как стал штатным дедом Морозом. Тот был соседом Екатерины Владимировны. При помощи каких рычагов она подписала его на  это обременительное для праздничного дня занятие, и сколько именно перепадает тому лично из собранных денег, Сенцов, чтобы окончательно не разочароваться в представительницах противоположного пола, так ни разу и не поинтересовался.

Коллеги по работе, по счастью, проживали компактно, в одном районе, так что, их посещение не было сопряжено с длительными перегонами и простаиванием в пробках.
 
Поговорив с водилой «за жизнь», они забрали персингованную Снегурочку, и поехали по адресам. Порядок объезда сослуживцев был тоже разработан вездесущей Екатериной Владимировной. Список начинался с самых незначительных работников учреждения. Сенцов грустно усмехнулся: "Если бы я не был Дедом Морозом, и у меня были дети, список непременно начинался бы с моей фамилии. И это было бы меньшим наказанием за прошлогоднюю ошибку с куклой. Ну, перепутал, отдал внучку заср… у не тот подарок, со всяким может случиться. Премии-то квартальной зачем лишать?".

Екатерина Владимировна была последней в списке, поставив начальника конторы своей властной рукой, перед собой, определив тем самым его истинное положение в иерархии учреждения.

Они ехали по нарядно украшенным, по-европейски бесснежным улицам города, настроение было отличное, и поначалу всё шло хорошо.

Сослуживцы, радуясь едва ли не больше своих внуков живым представителям славянского эпоса, после того, как были исполнены подобающие случаю декламации, песни и пляски, и вручены подарки, волокли Деда Мороза и Снегурочку подальше от любопытных детских глаз на кухню. Там они выпивали с ними за «подступающий», а потом шумно провожали сказочную парочку до дверей лифта.
 
— Силантий Никол-лаевич, — жалобно икнула Алина, — я пить больше не буду, а то я до вечеринки не доеду.

— Терпи, дочка, «Работа у нас такая, забота наша простая», — пьяным тенорком пропел Сенцов, — три адреса осталось.

Следующим по списку проходил начальник рекламного отдела, друг и соратник Екатерины Владимировны.

Силантий, будучи уже в «плепорции», внутренне подобрался: «Этот типус, если чего не так, непременно Пиночету в юбке наябедничает».

Притвориться трезвым не получилось. Уже в прихожей, блеснув на них стёклами очков, мастер рекламы недовольно заметил:
 
— О! Уже набрались. Что же ты за напарницей-то не уследил, лошадиная фамилия! – покачал он головой, и строго добавил, — аккуратно у меня тут.

— Кое-как отработав программу, и не удостоившись приглашения «на фуршет», они отбыли к начальнику.

Сенцов компенсировал недополученное угощение приличным глотком из фляги, и предложил Алине запить горечь пренебрежительного к ним отношения, но находящаяся в лёгкой прострации Снегурочка категорически отказалась, то и дело поглядывая на часы.

— Тяжёлая у тебя работа, Силантий, тебе молоко за вредность нужно давать, — сочувствующе посмотрел на Сенцова водитель.

— Спасибо, друг,- всхлипнул Силантий, — кроме тебя, слова ни от кого доброго не услышишь.

Машина подкатила к дому начальника. Сенцов с трудом растолкал уснувшую на заднем сидении Алину. Та, не сразу поняла где она, и в качестве кого здесь находится. Взглянув на часы, она по-бабьи ойкнула, и выскочила из машины, на ходу сбрасывая с себя рукавицы, шубку и шапочку с прикреплённой к ней искусственной косой.

— Куда ты, Алина? – испуганно заломил руки Силантий.

— «Пусти, отец! Когда, зимой холодной, Вернешься ты в свою лесную глушь, В сумеречки тебя утешу…», — икая процитировала Алина, и неверной рысью поскакала в сторону шумящего где-то неподалёку шоссе, на ходу декламируя: «Прощай, отец! Прощай и мама! Лес, И ты прощай!».

Сенцов стоял, подобно убитому горем Мизгирю, поражённый не столько исчезновением Снегурочки, сколько её знакомством с творчеством Александра Николаевича Островского.

Растерянно потоптавшись на месте, Савелий махнул рукой, собрал Снегуркины шмотки, в сердцах забросив их в салон автомобиля, подхватил заметно отощавший мешок, и пошёл к подъезду.

Интеллигентный начальник «не заметил» состояния Силантия и отсутствие Снегурочки. Не менее интеллигентная внучка рассказала стишок про ёлочку, и вежливо поблагодарила за подарок, опасливо рассматривая вооружённого до зубов трансформера.
 
Силантий выпил с начальником рюмку армянского коньяка под лимончик, и пожелав всех благ в грядущем году, стараясь не шататься, покинул квартиру.

«Первый тайм, мы уже отыграли…», — взял неверную ноту Сенцов, — нет, к Катерине «великой» без Снегурочки никак нельзя. Тут и на Ярилину гору не надо бежать, в озеро бросаться. Екатерина Владимировна не побрезгует его собственными руками, ради каприза своего избалованного внучка, с тринадцатого этажа вышвырнуть. Нужно что-то срочно предпринять… Нужно выпить», — после глотка живительной влаги в его голове созрела гениальная идея.

— Сергеич! Выручай от погибели! Давай на Тверскую, — взмолился Сенцов, садясь в машину.

— Не уж-то так приспичило? – подозрительно покосился на Силантия водитель.

— Что? А… Да нет, не то… 

Пробки на дорогах уже рассосались, и они быстро доехали до места.

Водитель остановился возле жиденькой группки девиц.

Сенцов вышел из машины, и застенал, приближаясь к представительницам древнейшей профессии:

— Девоньки! Милые! Не дайте сгинуть безвозвратно. Заест меня поедом старуха. Выручайте.

— Пусть тебя, дед, Снегурка выручает, — заржали девицы.

— Дуры! Она ж ему внучка, — вступилась за Силантия одна из девушек, в супер мини юбке, ботфортах и колготках в сеточку, с серьёзным декольте под шарфиком. — Тебе чего надо-то, дед?

— Побудьте полчаса моей Снегурочкой! – взмолился Сенцов.

— За ролевой с наценкой, ты в курсе? – деловито уточнила деваха.

— Да мне другое…

— Этим не занимаюсь, — отрезала путана.

— Да ты выслушай!

— Ну.

Сенцов сбивчиво рассказал девчонке о своей проблеме.

— Ладно, поехали, только выпивку сейчас купи. Замёрзла я.

Они допили коньяк из фляжки,  по дороге купили ещё.

Без двадцати двенадцать Силантий позвонил в домофон подъезда главного бухгалтера.

— Что ж так поздно-то, Силантий Николаевич, скоро Куранты бить начнут, — недовольно забурчала Екатерина Владимировна, открывая дверь.

В прихожей силы оставили Сенцова. Он ухватился за вешалку с одеждой, и рухнул вместе с ней на пол. Пока Екатерина Владимировна недовольно квохтала над ним, изрядно хлебнувшая в машине девица, просочилась в гостиную, к сидящими за столом гостям.

— С наступающим, товарищи! – она порыскала взглядом по пышно сервированному столу, налила в бокал из ближайшей бутылки и выпила до дна, запрокинув голову, и отклонившись назад, от чего юбка, под распахнутой шубкой Снегурочки, стала ещё короче.

В комнате повисла плотная, словно под водой, тишина, сквозь толщу которой прорывалось новогоднее обращение президента.

Мальчик в чёрных брючках и белой рубашке, с галстуком бабочка, заинтересованно разглядывал Снегурочку, которая ему явно понравилась. Она совсем не походила на скучных тётенек с бабушкиной работы.
 
— Кого инде… индивидуально поздравлять будем? — обвела мутным взглядом гостей девица, — Вау! Военный! – её профессионально томный взор остановился на лётчике гражданской авиации.

Мужчина покраснел до корней волос.

В этот момент в комнату, разгневанной фурией, ворвалась Екатерина Владимировна:

— Простите! Это какое-то недоразумение, — она поволокла упирающуюся девицу из комнаты.

Силантий, мужественно решивший исполнить свой долг до конца, прокрался мимо хозяйки, изгоняющей вступившую в бой за свои права Снегурочку, в комнату, встал напротив гостей, и отвесил земной поклон, едва удержавшись на ногах, чтобы не врезаться в стол:

— Исполать вам, гости дорогие! А где тостуемый? В смысле поздравляемый...

Заметив мальчика, испуганно жавшегося к молодой женщине в вечернем платье, Сенцов сделал шаг в его сторону:

— А вот тебе Сашенька, и подарочек от Деда Мороза!
 
Он пошарил в мешке, и торжественно вручил мальчику большую прозрачную коробку с рыжеволосой куклой, в розовом платье, с большим синим бантом ниже спины.

***
 

 Силантию снилось, что он лежит на тропическом пляже. Ему очень жарко, солнце печёт нещадно. Он поворачивается на бок, и открывает глаза. Перед ним мелькают три пары женских стройных голых ног в домашних тапочках. Почему в тапочках? – удивился он, и проснулся.

Ноги с пробуждением не исчезли. Сенцов закряхтел, и приподнялся, прислонившись спиной к пышущей жаром батарее.

— Проспался, дедуля? – спросила его смутно знакомая девушка.

-Где я, — заозирался по сторонам Силантий.

— В Лапландии, блин! А мы, пингвины. Ну, вот зачем ты его притащила? Храпел всю ночь, как боров, — посетовала одна из девиц.

К Сенцову стали понемногу возвращаться воспоминания о событиях вчерашнего вечера…
 
«Исполать вам. Ну, здравствуй, ж… Новый Год!».
 


 


© Copyright: Андрей Григорович, 27 декабря 2018

Регистрационный номер № 000271431

Поделиться с друзьями:

Предыдущее произведение в разделе:
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: 0 Голосов: 0
Комментарии (0)
Добавить комментарий

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий