Рассказы

Советчики

Добавлено: 6 июля 2020; Автор произведения:Борис Голубов 110 просмотров


Был  в  истории  нашей     страны  период,  когда  люди  почувствовали
себя  людьми,  а  не  расходным  материалом  в  руках  власти.  Небольшой.
Одиннадцать  лет.
           Один  пожизненный правитель  ушел  в  небытие,  а  другой  еще
не  достиг  вершины.
            В  это  время   сценарист  и  режиссер  Алексей  Петрович  Шушин,
как  о  писателе,   о  нем  узнают  позже,  представлял  художественному  совету
только  что  снятый  фильм  «Хороший  человек».   История  простая,  лиричная
и  светлая.  Молодой  парень,  Петька  Звонков,   работая шофером,   водит 
грузовик  по  дорогам  Забайкалья.    Встречается  с  разными  людьми    и
начинает  жить  их  заботами.   Всеми  силами  старается  помочь окружающим,
поддержать,  дать  совет,  вернуть  веру  в  лучшее.   Делает  это  совершенно
 бескорыстно,   даже,  не  обижается  на   встречное   раздражение,  вместо  
благодарности.  Совершать  добро,   смысл  его  жизни.  
          Художественный  совет  проверял   готовые  фильмы,  перед  выходом
на  экран,  в  прокат,   на  предмет  качества  работы,  соблюдения  принципов
политики  и  морали  государства.   В  него  входили   деятели  кино, 
представители  партийных,  силовых  органов,  особенно  специальных  служб,
а  также   человек  из  народа,   квалифицированный  рабочий,   уважаемый
на  своем  предприятии,  а  то  и  в  стране.  На  этот  раз  им  оказался  слесарь
высшего  разряда  на  известном  заводе,  Герой  Труда.         
         Этих  людей  давил  груз  ответственности.  Если  они   принимали  фильм,
а   потом,  он  не  нравился  власти,  то  наступали  серьезные  последствия.
Лишение  званий,  должностей,  билетов.  Испорченное  настроение,  карьера,
судьба. 
         Просмотр  шел  с  интересом,  не  шептались.     Наконец,  миновали 
финальные  титры,  в  зале  зажегся  свет.   Началось  обсуждение.   В целом,
фильм  понравился.  Деятели  кино,   слегка,  придирались  к  мелочам.
Однако,  Алексею  Петровичу  удалось  их  убедить   в  правильности  своего
взгляда  на  раскрытие  избранной  темы.    Представители  партийных
и  силовых  органов   отхода  от  генеральной  линии  и  пропаганды
враждебных  идей  не  выявили.
       Режиссер  уже   облегченно  вздохнул,   как попросил  слова  Герой  Труда.
       -  Кино,  конечно,  хорошее,  доброе,  -  начал  он.  -   Но  почему  про 
шофера?   Мне,  как  слесарю,  обидно.  Всю  жизнь  на  одном  заводе.
Трудился,  что  есть  сил,  -   словно,  невзначай,  коснулся  золотой  звезды
на  груди.  -   Коллектив  за  собой  вел.   Добра  людям,  всяко  разно,  побольше
этого  сделал.   Да  чем он  хорош?  Одиночка.   Ездит  туда — сюда.  Встревает, 
когда  не  просят.   На  грубость  нарывается.    Все  урок  не  впрок.    Может,
добрый,  но  глупый  какой-то.   Кому  его  история  интересна?  Лично  мне,
так  нет.
       Умолк.   Наступила  гнетущая  тишина.
       -  Есть,  что  возразить  народу?  -   насмешливо  спросил  режиссера
председатель  совета,   заместитель  ректора  института  кино,  когда-то
известный,  но  давно  не  снимавший.
       -   Есть,  -  поднялся   и  расправил  плечи  Алексей  Петрович.  -   Да.
Одиночка.  Ему  трудно.   Бывает  больно  от  человеческой  черствости.  Но
он  виду  не  показывает,   перемалывает  в  себе.   Сохраняет  свет  добра
и  людям  дарит.   Против  толпы  пойдет,  если   правду  за собой  чувствовать  
будет.   На  таких  вся  наша  жизнь  держится.   А  мы  не  замечаем.   Принимаем,
как должное.   Не  ценим.    Об  этом  фильм.
      Сел.   Чувствовалось,  что  напряжение  немного  ослабло.
       -  Так  это  скрытый  герой,  -   удивленно  произнес  представитель
партии,  второй  секретарь  ближайшего  к  киностудии  райкома.  -     
Виноват,  сразу  не  понял.   А  народ  понял?  -   обратился  к  Герою
Труда.
        -   Извините,  -  потупился  тот, -  И  я не  понял.    А  то,  разве  стал  бы
чего  против  говорить,  если  герой.
        -   Вот,  -  поднял  палец  вверх  представитель  партии,  -  Не  понял  Вас 
народ,  -    обратился  к  режиссеру.
        -   Подождите,  -  вскочил  Шушин,  -   Фильм  смотрели.  Всем  понравился.
У  одного  возникли  сомнения.   Их  разрешили.  А  понимание  придет.
Сразу  или  постепенно.   Кто  поймет -  хорошо.  Задумается – еще  лучше.
Заглянет  в  себя – замечательно.   Совесть  будоражить  надо,  а  то  многие
забудут,  что она  есть.
          Иссяк  и  тяжело  опустился  на  стул.   Хотел  убедить,  но   в  лицах
членов  совета  застыло недоумение.     
          -  Про  совесть  у  многих  Вы  не  говорили,  а  мы  не  слышали,  -
медленно  и  тягуче  произнес  представитель  силовых  органов.  -   Мне
фильм  понравился.   Но  с  непониманием  народа   надо  что-то делать.
Если  герой  скрытый,  надо  раскрыть,  -  предложил  он.
          -   Вот  именно,  -  поддержал   второй  секретарь  райкома.  -  Пусть
совершит  подвиг.   Тогда  все  поймут.
          -  Может,  ему  еще  погибнуть  при  этом?  -  с  горечью  спросил  Алексей
 Петрович.  -   Стать  вечным  примером  для  подражания,  -  закончил  с 
нескрываемой  злостью.
         -  Ни  в  коем  случае,  -  замахал  руками   секретарь,  -   Хватит  с  нас
погибших  героев.  
         -   И  на  том  спасибо,  -  внезапно  подступила  отупляющая  усталость,
готовность  на  все,  лишь  бы  фильм  вышел  и  труд   команды 
организаторов  и  артистов  не  пропал  даром.
        На том  и  решили.   Режиссеру  доработать  сцену  с  подвигом  главного
героя.  Доработал.
        Так  возникла  знаменитая  сцена  с  горящим  бензовозом.   Никто,
потом,  не  спрашивал,  как  Петька   чужую  машину  без  ключей  завел.
        Небрежной  вышла  сцена.   Словно,  показывала     свою  ненужность.
Зачем   хорошему   человеку  что-то  доказывать?   Да  еще  подвигом?
       Следующая  сцена,  в  больнице,   была  оправданием  режиссера
перед  зрителем.    Петька  не  может  объяснить  своего   героического
поступка.   Для  него  время   от   крика   о  возгорании  машины  до 
пробуждения  в  больнице     сжалось  в  одно  мгновение.   Действия
были  совершенно   бездумны.   На  уровне  инстинкта.   Без  какого-
либо   осознания.  
      Будто,  этой  сценой,  режиссер  говорил  членам  совета:  «Вот  вам  подвиг».
    Как  корил  себя,  после,  Алексей  Петрович,   за  эту  доработку.
Лишней,  инородной  смотрелась  концовка.  Когда  знающие  толк  в
кино  на это  намекали,  отвечал:  «Не  спрашивайте».
      Одиннадцать  лет  чувствовали  себя  людьми,  а  не  расходным 
материалом  в  руках  власти. 
 
 
 


© Copyright: Борис Голубов, 6 июля 2020

Регистрационный номер № 000285968

Поделиться с друзьями:

Предыдущее произведение в разделе:
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: 0 Голосов: 0
Комментарии (0)
Добавить комментарий

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий