Романы

Жаневви 1. Вилен - начать бы все сначала. Глава 6.

Добавлено: 13 октября 2015; Автор произведения:Vilenna Gai 777 просмотров
article167244.jpg

                    Виен потянулась, в руке зашуршало. Еще сонными глазами, с тяжелыми веками и не менее тяжелым затылком, развернула листок. Улыбнулась, прижала к губам записочку и, перевернувшись на спину, прочитала еще раз.
— 9:28, значит, скоро вернется. — у изголовья стояла начатая бутылка воды, скрипя зубами от увеличивающейся боли, достала ее, не выливая в стакан, сделала глоток, прямо с горлышка. Горечь и теплота передернули: — Какая гадость! – поставила на пол, и…
Гном сидел совсем рядом, между ног стоял знакомый ей горшок, в котором еще днями обитал ее любимый кактус.
— Значит это ты, паршивец, мой кактус решил убить!
— Цыыы! – оскалил он свои зубы-гвоздики. Собрал с полу свое добро, пересыпал в горшок и потребовал: – Дай денежку!
— Я тебе сейчас подушкой дам, попрошайка! А ну, выметывайся из моей спальни. Прилипало! Впервые вижу гнома – бомжа. Чего по домам шатаешься?
 Он поднялся, сначала вытаращив зад, затем выпрямился. Лицо серело, взгляд злобный. Виен заметила, что он изменился. Стал чище, что ли, да и ростом  тоже, как бы подрос. Сюртучок ярче и сапожки оранжевые, чего она вообще не помнила, да и шапочка… Да, на нем сегодня была шапочка! Собрав пальцы в огромный кулак, коротышка направился к ней. Виен только успела взять подушку, как его ушки-треугольники, варениками торчащие на виду, навострились и зашевелились.  Молнией ретировался и исчез за спинкой кровати.
– Что, испугался? Смотри, поймаю, будешь мои желания исполнять!  — Легла, выдохнула, собралась испугаться того, что уже произошло, как услышала шаги мужа и его слова:
— С кем беседуешь?
— С подушкой! Читала ей твое послание. А я тебя еще не ждала.
— Как жаль! Я надеялся, что наоборот.
— Дорогой, я же вследствие послания.
— Управился быстрей.
Виен скривилась и потерла затылок:
— Голова! – Пояснила ему сама, не дожидаясь вопроса.
— Как не странно, у меня тоже утром была небольшая тяжесть. Но душ вылечил.
— Запомню. – потянулась к стакану. – О нет! Жан, а что у нас с водой? Вкус – бррр!
— Горчит, да?
— Ага! Принесешь? Я минуточку еще понежусь.
— Хоть две! – поставил пакет на ее тумбочку, подмигнул и пошел выполнять просьбу. Сразу открыл бутылку, попробовал, плеснув себе в чистый стакан. – Вот это другое дело! – одобрил он вкус воды. Наполнил на половину и понес жене, вместе с бутылкой.  – Чай, кофе? Могу подать прямо в постель!
— Сок!
— Тогда поднимайся! – Схватил пакет, с ароматными плюшками, пошел в гостиную, а на тумбочке остался маленький букетик фиалок. Боль в голове не давала Виен ими насладится в полной мере. Правда она обрадовалась, очень сильно обрадовалась. Долила в стакан воды, поставила в него цветочки.
— Кафа! Может это у тебя реакция на таблеточку? Зря я ее тебе дал.
— Я не пила.
— Как не пила?
— Просто.  У меня было превосходное настроение, спать и без нее хотелось, так зачем?
Жан задумался, но списал на ночное происшествие с мышью, вполне могла упасть.   
         Проведя приятное утро, позавтракав в удовольствие, они спустились в бухту. Еще издали заметили Леру с Линой. Девчушка сидела у самой кромки и веселилась, играя с волнами. Лера сделала им шаг на встречу:
— Доброе утро! Решили выбраться из своей норки?
— Да вот, как-то спонтанно получилось.  А вы как? Не перегреется малышка? Пора бы вам в сад перебираться. – заметил Жан.
— Собираемся. Папочка появится и мы сразу пойдем, правда Линочка?
Девчушка залепетала в ответ на слова матери, а Виен бросив свои вещи на лежак, заметила в сумке Леры книгу:
— Сказки?
— Пока сказки. – и Лера демонстративно высунула  новенькую книгу, под кричащим названием «Гном и Дом». Виен передернуло, но она спокойно спросила:
— Интересная?
— Виен! – Лера посмотрела на нее снисходительно. – Ты же уже спрашивала. И даже листала.
— Я?!
— Ты! В первый день нашего приезда. Когда с Линой гуляла.
— Странно, не помню.
— Это не мудрено! – Лера помахала книгой и убрала в сумку.
— И все же, странно. Обычно я не забываю, даже такие мелочи.
— Ну как же, ты же еще смеялась: «пяточки на удачу»! – Сверля ее глазами, говорила Лера, уголки губ саркастически дрогнули.
— Идем, дорогая, идем! – Жан постарался быстро увести жену, тон девушки зацепил его самолюбие, но ставить на вид, значит акцентировать внимание жены. – Это все не важно. – Что смутило его в словах и поведении Леры, он пока и сам не понял. Выйдя из воды, они уже не застали их, а вот на сарафанчике Виен блестели пять копеек. 
– Странно ведет себя Лера. – ни с того ни с сего начал Жан, по прошествии довольно долгого времени. Они продвигались по аллее собственного сада, отбросив все неприятные моменты прошлого, наслаждались погодой, уединением и даже примирением. – Тебе не кажется?
— Не думала над этим.
— Она и раньше с Игоря веревки вила…. Нет, вот зачем она так яро акцентировала наше внимание на книге?
— Спроси у нее и давай переменим тему.  А я эту книгу, в глаза не видела! Если бы я ее пролистала, то книга  не была бы только купленной, а там и странички еще склеены!
— Да я верю, верю. Сам заметил, когда она ею махала.  – Они дошли к любимому местечку Виен, так щедро подаренном Виен свекровью, присели у фонтана. – А не пообедать ли нам сегодня с тобою вдвоем, здесь?
— Пообедать! – Ви положила голову на его плечо, обняла двумя руками. – Прекрасный день! Я очень скучаю по детям, отрицать не стану, как и переубеждать тебя в том, что я привыкла к их отдалению. Но и признаться хочу — мне с тобой, вдвоем, очень хорошо. Давай будем обедать здесь!
— Тогда я уйду, минут на сорок, поскучаешь?
— Не дождешься!
— И почему это?
— Да у меня тут друзей…, во! – смеясь, провела рукой над головой.
Жан поднял ее лицо за подбородок:
— Дождешься?
— И не сомневайся! Я вышла из того возраста, когда сбегала от тебя.
— Что подать, пока меня не будет?
— Воды, желательно – холодной!
Жан сразу же принес бутылку, на половину заледенелую,  сверху с крупными каплями испарины:
— С лимоном! Кафа, я скоро.
— Да иди уже, иди!
Еще теплился поцелуй на губах, а Жан уже скрылся в доме, на ходу сбросил рубашку и принялся обследовать комнату, начав с окна.
Ничего не сломано, все аккуратно раскручено.  «Зачем?» — снова и снова задавался он одним вопросом. В углу, за портьерой, нашел четыре шурупа, выкрученные отверткой, которая тут же лежала. На первый взгляд выглядело так, словно подготовили мыть окна и решетку заодно.
— Интересно – этим хотели нечто сказать, или в спешке забыли? А может Виен спугнула? Стать за штору…  — выровнялся, расправил ткань. – С этим понятно, она прошла, даже не повернув головы к окну, удалилась в ванной. Шум воды…. Вот и кактус нечаянно опрокинули. Виен бы даже не распознала звук падения, в душевую звуки доходят приглушенно.  Черепки забрали, а остальное унести трудно, землю надо во что-то собрать, кактус же колется. Если только…. Нет. Да нет! Зачем ее подводить к паранойе. Хотя, если соединить сегодняшнюю выходку Леры, то …. Делают из нее шизофреничку…. По крайне мере, похоже на это.  Но кто, а главное зачем?! Сходится, ой как сходится! Вещи разбросали, затем окно, книга….  Где же сетка? – Остатки земли все еще были на полу, он вздохнул расторопности горничной и достал мобильный. – Михаил! Скажи мне, кто снял сетку у нас в спальне и где она?
«Москитку в спальне?»
— Михей! Мозги включи. Ты здесь старший или как? Капли принял?
«Времени не было. И не ори!»
Жан в бешенстве швырнул телефон на кровать, зашел сменить свежую рубашку, а сетка стояла в шкафу.
— Ну, все, меня это достало! Теперь и ослу понятно, что все сделано нарочно. – Вспомнил, про недопитую женой бутылку, та все еще стояла  у кровати, взял и спрятал до удобного случая, просто самому интересно стало, отчего вода горькая. Таблетки нигде не было. Не застегиваясь, понесся вниз и разложил Михаила по полочкам все свои открытия.
Лерка, выходя из своей комнаты, услышала повышенные тона. Вникнув в смысл беседы, сразу вернулась к себе и, придерживая ручку, чтобы щелчок эхом не прогремел по пустым коридорам, закрыла дверь. А Жан, даже не догадываясь, что их кто-то подслушивает, продолжал:
— Что ты себе позволяешь?! Кого ты из себя возомнил?! У тебя есть обязанности, будь добр их выполнять! Или катись от сюда….
— Один не боишься остаться? Совсем одному-то, как будет, не думал?
— Зато никто нож в спину не вонзит!...
****
             Виен сидела, прикрыв глаза, отдаваясь ультрафиолету, прорывающемуся сквозь кроны деревьев. Раздув щеки, на листочке кувшинки, сидел лягушонок, довольно упитанный и «пел», ему вторили цикады. Пролетевшая мимо стрекоза добавила свое соло  и не спешила удаляться, нависая над вспыхнувшими яркими красками цветами. По саду, в поддержку сочности, разноголосили птицы и нежно, как виртуоз, дирижировал листвою ветер.  Хрустнула ветка справа, Вилена не пошевелилась, даже когда услышала как некто пробирается сквозь кусты.
— Ты дашь мне денежку, дылда?! – зашипели совсем рядом, и она открыла глаза, резко подняв голову. В тени кустов прятался чей-то силуэт, Виен  разозлилась:
— Достал! Как же ты меня достал! Сейчас разберемся, кто ты есть на самом деле. – поднялась, решительно направилась к нему, а тот продолжал скулить:
— Дай денежку, дай!
Сделав еще пару шагов, она увидела, как некто бросился бежать в дальний угол сада, заброшенный и девственный.  Пробежав до открытого места, остановилась, присматриваясь по сторонам, никого не увидев, пошла назад, присела, запыхавшись:
— Надо заняться собой.-  взяла бутылочку, лишь на секунду удивилась, что та без пробки, выпила, сморщила нос,  увидела пробку на скамье. – Да что мне все кажется горьким! И когда я успела открыть? – закрыла бутылку, подержала в руках, когда пальцы замерзли, поставила на скамью. – А пусть он провалится! Не буду больше реагировать на его нытье. По ноет, по ноет и надоест… Лучики солнышка все меньше и меньше пробивались сквозь ее ресницы и вдруг все закончились.
****
— Жан, Жааан! – кричала Валерия с улицы. – Давай быстрее, Виен! Виен!
Он выбежал из бокового входа в дом и увидел Леру, обнимающую жену, та гладила ее, говоря достаточно громко:  — Виен! Моя душечка! Я рядом. Я с тобой, с тобой! И никуда больше не денусь. Теперь я буду, о тебе заботится. Не переживай, с кем не бывает!
— Что с ней? – Жан почти оттолкнув девушку, подхватывая жену.
— Сама не знаю. Случайно заметила. Я вообще сюда не хожу, а тут…. Краем глаза заметила – платье Виен мелькнуло в гуще кустарника, я повернулась, а она расправила руки, как птица и в воду лицом. Тебе крикнула и, ели вытащила.
Виен была полностью мокрая, все еще с закрытыми глазами. Лера не суше. Виен била дрожь,  она ни на что не реагировала, даже на его шлепки по ее щекам.
– Жан! Зачем она хотела… — начала Лера.
— Заткнись! – неожиданно крикнул Жан на девушку. – Иди к ребенку и не распускай того, что не знаешь! Хотела…. А ты не подумала, что она могла споткнуться, или поскользнуться? Да просто потерять сознание! Иди, иди. Виен, Виен! – он уже сильней бил жену по щекам, Лера стояла сзади, изображая обиду, но не уходила. – Что стоишь, воду подай!
Девушка бросилась к скамье, взяла бутылку, дрожащими руками принялась открывать крышку и едва пальцы Жана коснулись стекла, как бутылка выпала.
– Недотепа!
— Я причем?! Держать надо. Вот и помогай после этого!
— Прости! – Жан присел на бортик фонтана и прижал Виен к себе, пытаясь достать телефонную трубку.
— Вот вода, за спиной! – злилась Лера: — Только она и без того мокрая.
— Я хотел напоить, губы совсем синие.
— Может, наглоталась, я же не спасатель.
Жан глянул на девушку, кивнул и опустив Виен на свои колени, нажал на спину. Голова ее дернулась, полилась вода и женщина закашлялась. Жан поднял бутылку, налил себе на ладонь остаток воды и скривился – вкус был отвратительный.
— В дом ее надо. – заметила Лера и отвернулась, смотря в сторону.
— Теперь можно и в дом. – бережно, как самое дорогое, прижимая к себе Виен, Жан попытался взять бутылку.
— И зачем она тебе?
— Надо. – уже более спокойно ответил Жан и пошел в дом. Лера шла за ним.
— Давай помогу.
— Валерия, спасибо, я справлюсь. – Она сразу же развернулась, всем видом демонстрируя недовольство. – Лера! Спасибо, золото, тебе большое. Сможешь с Виен посидеть через час, совсем немного, у меня есть неотложные дела.
— Смогу!
Ему показалось, что девушка даже обрадовалась. Отгоняя не лестные в адрес Леры выводы, до поры до времени, он занялся женой.
— Жан! – прохрипела Виен, закашлялась и опять, сухим языком, с пересохшим горлом, позвала, по силуэту поняв, что муж рядом. – Что со мной?
— Кафа! Уже все хорошо. Просто перегрелась.
— Странно, ничего не помню.
— И не надо. Оправишься – вспомнишь.
— Такая горечь. Скажи, мне показалось или ты гонялся за кем-то ночью? – Он удивленно поднял брови, провели все утро вместе, а она задала вопрос только сейчас. – Я забыла, такое утро…. А сейчас всплыло.
— Птичка влетела.
— Ночью?
— Нет, это было на рассвете.
— Не понимаю, как смогла, а сетка?
Жан облегченно вздохнул, если бы она не вспомнила про сетку, доля сомнения бы вернулась к нему, а так…
— Сетку сняли вымыть, мне не понравилась ее запыленность.  – Виен, щуря глаза, посмотрела на окно. – Уже вернул, без нее никак нельзя.
— А мне не звонили?
— Не слышал.
— Подай телефон, а то я девочкам не звонила со вчерашнего утра, начнут бить тревогу.
– Жан глянул в то место, где жена все время бросала мобильный, затем обследовал прикроватную тумбочку, но не нашел.
— А где он?
— Может в сумочке?
Только и там его не оказалось.  Жан набрал ее номер, звонка не последовало.
– Посеяла…, что со мной в последнее время творится?
— Куплю новый, велика проблема! И вообще, давно пора было сменить. Ты только не расстраивайся, он может быть в машине. Лучше скажи как себя чувствуешь?
— Сносно. – она поднялась над подушкой, прислушалась к себе и присела. – Хорошо! Даже голова прошла, сухость небольшая и только.
— Одно плохо – обед в саду отпал.
— Ничего не отпал, я же сказала – все хорошо!
— Понял, сделаю! Полодырничай чуток, мне надо сделать пару важных звонков и, думаю к пяти, выберемся на природу.
— Хорошо болеть! – принимая его поцелуй, хитро улыбалась Виен.
— Кафа!
— Жан! – таким же тоном отозвалась она. – Ты же рядом, заботишься, волнуешься, угождаешь. А то все одна да одна.
— Я всегда рядом — был, есть и буду. – В дверь уже стучали, и прежде чем вошла Лера, в проеме показались ее роскошные волосы, сухой соломы, носик и хитрые глаза:
— Ага! Я так не играю! Спешу тут поухаживать, а она…. Как ты тут, моя душечка?
— Суперски! Нежусь во внимании, как ты в детские годы в роскоши.
— Я чай принесла, зеленый! Заварила сама, как Вел учила.
Жан прищурил глаза и первым взялся за поднос:
— А чего чашка одна?
— Так я с Игорем пила.
— И что? Надо поддержать  компанию. – Он достал вторую чашку, налил в обе из чайника и, глотнув, подал Виен. – Это ее, любимая. Пейте, я скоро. – Дождавшись первого глотка девушки, закрыл за собой дверь. И только зайдя в свой кабинет, набрал Владу – тишина. Перезвонил Евгению – та же история. – Наверное, оперируют.  Агния! Что же я, старый осел. Внучка, привет!
«Привет дед!»
— Забыла нас совсем, не звонишь.
«Дед, ты чего? Я буквально минуту назад от Ба получила сообщение.»
— СМСку, минуту назад? – Его голос прозвучал так, что сердце девушки екнуло.  – Милая, что просто так прислала?
«Да нет, мне стало не по себе, я звонила, она долго не отвечала, а сейчас пришло послание, что все ОК!»
— Ты и успокоилась.
«Мало ли.  Я уже как-то позвонила…»
— Агния, прости за тот раз, мы просто поссорились.
«Дед, колись, что у вас?»
— Сначала скажи, где муж?
«В клинике. Минут через десять будет на связи.»
— Пусть наберет, очень надо. Экстренно!
«Значит у вас сложности.»
— А ты что видишь?
«Да чушь всякую. Правда, крови нет, вот же и этот раз не поубиваете друг – друга!»
— Агния, приезжай, пожалуйста! – его слова прозвучали как крик души, как зов о помощи.
«Приеду, уговорил. Очень скоро. И береги мне старушку.»
— И я вас очень люблю, мои девочки! Целую! Пусть Жека сразу позвонит.
«Дед, а ты что там, белены объелся? Мы только прочувствовали вкус свободы, независимости! А он…. Эх ты, деда! Все, целую. Скоро буду.» 
Разговор с внучкой его успокоил, уж кто-кто, а они с Ев бы увидели, не дай Бог что, прочувствовали бы! 
— Но тогда что это было? – Жан посмотрел на часы. – Десять минут! Нет у меня доверия даже к Лерке. Есть во всей ее заботе искусственное, наигранное чувство.  Бутылочку в сейф, прибережем для случая.
****
              Лерка сидела напротив Виен и гладила ее по ноге:
— Спи, родная, спи! Я побуду рядом. Умаялась…. Считай, год взаперти, как гномик из сказки. Той самой книжки, что ты видела. – глаза Виен и правда, слипались, голос убаюкивал, даже упоминание о гноме не вывело из равновесия. – Теперь все наладится. Я здесь, с тобой. С домом управлюсь, всех построю, будут работать как пчелки. Ты не смотри, что я худенькая, никому спуску не дам. И хозяйством займусь, научилась. А ты отдыхай, отдыхай, душечка. Что же это делается? Все бросили нашу мамочку, никто не приезжает. Но не стоит печалиться, нагуляются – явятся. А я, зато, буду как раньше, старшая, лучшая и заботливая.
Виен посапывала. Лера встала, собрала чашки, вынесла в гостиную и чуть не побила их, вздрогнув, увидев Жана в двери.
— Напугал! – проговорила Лера, слегка заикаясь. – Вырос ниоткуда.
— Виен?
— Уснула. Выпила чай и уснула.
— Ты варила?
— Я!
  Жан уставился на нее, всего на миг и налил остаток чая в одну из чашек, протянул девушке:
— Пей!
— Зачем?
— Не нравится мне ее сон, что-то быстро она отключилась.
— Да, пожалуйста! Я уже с Игорем пила, чашку с Виен, что стоит третью выпить! Ваш же сбор, травяной, без всяких добавок!
— О чем говорили?
— Да не о чем, можешь не бояться, я ей ничего не сказала.
— Ничего? Это ты на что намекаешь?
— На то, что она в бассейн грохнулась.
— Уезжаете когда?
— Да пока не собирались, лето же. Мешаем?
— Нет, не мешаете, просто уточнил.
— Лина здесь счастлива…
— Я же сказал, просто уточнил. Живите, дом же и ваш, тоже. А Игоря опять держать будешь  у юбки?
— Жан, нет! Он не мальчик и изменился давно. Работы везде хватает, так? Или он тоже не ко двору пришелся?
— Прекрати мне свои надуманные обиды и проблемы тут устраивать. Не до твоих каприз, сейчас. А спросил, потом, что его месяцами нет на работе. Учти, я замену найду! Пойдете как все, искать свое место под солнцем.
— Ой, ли?
— На что это ты опять намекаешь?!
— На пустоту в доме! Где все, а?
— В отпуске, девочка, в отпуске! Всем хочется полениться, не одной тебе. А нам с Виен много не надо, поняла? Если ты о прислуге. Скоро дети вернутся, так что, губу не раскатывай.
Глаза Леры блеснули ненавистью:
— Знаешь что, Жан, если мы мешаем, так и скажи, прямо и сейчас. Мы ведь люди не гордые и уехать можем. Дети вернутся! Мы с Игорем уже отщепенцы? Выросли, значит, вытолкать можно?
— Нам никто не мешает! Это ты вогнала себя в какие-то рамки, нарисовала обиды. Лера! Ты всегда была наша дочь, наша! Общая! Так и будь ею. – он тряс девушку за плечи и не замечал этого. Виен пошевелилась, и он сразу же замолчал, прислушиваясь к жене, но рук, с плеч девушки, так и не забрал.
— Я пойду. – Сбросив спесь и гонор, Лера обратилась к Жану шепотом. – А Игорю сам делай замечание и давай фронт работы, чтобы не пенять меня.
Жан не ответил, провел и закрыл за ней дверь. 
Сна Виен хватало ненадолго. Это был вообще странный сон, она внезапно в него впадала и так же быстро выходила:
— Ну, ты даешь! Так и сидишь возле меня?
— Нет, дорогая, временами.  – Мысли Жана все время возвращались к одному и тому же: «кто? Зачем? Что ждать дальше?» Он уже прекрасно понял, что Виен накачивают снотворным, но для чего?  Он постепенно добавлял и добавлял подозреваемых в свой список. Так туда попал и Михаил, после последнего разговора. Еще точно не зная, что зацепило в поведении друга, но были его действия во многом подозрительны. Лера — вообще случай особый. В Игоре был уверен, Игорь это единственный из приемных детей, кто никогда, ни в одной мелочи, не подвел и не посеял сомнения.  Однако, после женитьбы на Валерии, парень стал меняться, не в худшую сторону, нет, он стал мягче, стал зависим от настроения жены, вот Жан и решил присмотреться. Повар – вполне реально. Как, впрочем, и горничная. Девушка новенькая, ленивая и достаточно любопытная. Лень ее была видна и не вооруженным глазом, а любопытство, так тут и сто пядей во лбу не надо – ее уши всегда повернуты к дверям.»
Так в раздумьях Жан помог жене переодеться и спустится в сад.
— Ты где витаешь?
— Прости, радость моя, задумался. – сели на скамью, у самой воды. – И вообще, хочу извиниться перед тобой.
— В чем?
— Ты  была права, нельзя разъединять семью. Нам нужно жить вместе. Просто необходимо!
— Глупости! Жан, можно, конечно же, можно, жить, где хочется и сколько. Только то, как ты это сделал….  Ты их выгнал, понимаешь? Жан, миленький, мне больно не потому, что их нет год. Им это понравится, вот увидишь. Еще затаскивать будем к себе.
— Я уже вижу.
— Ты звонил! – догадалась она. – Звонил…  Что, получил пилюлю в ответ? Они наши дети. И хоть гордость порок – в нашей семье это укоренившийся первоисточник собственного ЭГО.  А оно, всегда, будет непоколебимо. 
— Я должен был все исправить.
-  Наговорил кучу всякого.
— Нет. Перебросились короткими репликами.
— Мной, надеюсь, не спекулировал.
Жан покачал головой, говоря:
— Разве нашими детками можно вертеть?
— Жан, я тебя очень прошу, на будущее. Поговори со мной, если что-то «эдакое» задумал, мы вместе решим, как сделать для всех безболезненно.
— Обещаю! Значит, у нас настал мир?
— Дурачок ты, сказочный. – прижалась. Его прохладное и упругое тело вселяло надежность. Рука Жана ласково гуляла по ее спине, прогоняя последние сомнения.
— И болеть не будешь?
— А я хочу? Сама в шоке. Столько лет прожила без намека на слабость, а тут навалилось. Я грешным делом подумала все, конец волшебству. А потом пришла другая мысль в голову, что меня нарочно усыпляют.
— Неужели  меня подозревала?
— Не дошла пока, но подумаю. Нет, Жан, не на тебя. Да уж, творится со мною нечто…. Так, все, не порть мне вечер! Обещал блаженства, преподноси!
****
                 Утром следующего дня, проводив Жана на важную встречу, Виен взяла свой блокнот, забралась в башенку, открыла чистый лист, в части под названием «Мысли вслух» и разделив его на три колонки, написала:
Я:                                Лера:                                                    Михаил:
Раздвоение.               Зависть.                                                Зависть.

Задумалась, походила немного и продолжила, но уже развернуто:
«Я – раздвоение. Обида на Жанна, скука и одиночество. Видения вполне могли быть – мой мозг переполнен и я иногда путаю, что от людей слышала, а что «подслушала» со стороны, уловив нотку подозрения. Что-то и само ворвалось, так сказать, нежданно. Книгу не видела, но могла о ней знать. Конечно, могла, если Лера, покупая, мысленно повторила название сто раз, да еще поставила на вид, ребенку, что читать буду я. Но главное у меня большая фантазия, отсюда и все мои сны. Единственное, что смущает – они, мои сны, нам всегда помогали. Я хваталась за свои видения, анализировала их, припоминая детали. Тут же происходит все, как наяву! Сны, сны, сны…  От сбоя никто не застрахован. Да нет, уж больно сложно все получается…
Теперь вопросы. Где горшок от кактуса? Где мелочь? Допустим – и то и другое могла забрать горничная, но зачем молчать? Сказала бы, что горшок разбился, что нужно новый купить, видела же, что кактус посажен во временное пристанище. Не заметила? А вот это вряд ли, она девушка внимательная, я это знаю, если берет мои безделушки, всегда кладет на место. Другое дело, что они не совсем в том порядке или той стороной, но это мелочи. Вот же, горшок она не могла не заметить. Почему не спрашивает? Надо подумать. Да, горничная требует особого внимания. Ленивая девка и хамоватая!
Но и мозги мои могли заиграться! Проверю, не знаю пока как, но проверю!»

Снова сделала несколько шагов по комнатке, поглядывая в окно, словно выпуская мысли о себе. Села на кушеточку, открыла следующую страничку, принялась записывать:
«ЛЕРА. Здесь проще – месть. Да и зависть. Не хочет быть на втором плане, сработали гены, да и сама вполне может желать большего, чем у нее есть. Она больше всех подпадает под мое подозрение. Первое – все началось с их приезда. Второе – я не видела книги, а она доказывала обратное. Третье – зачем мне тыкать в нос пяточками? Вот же, знала, что я их собирала! Мои видения могли быть на почве ее мыслей. Могли, еще как могли! Если предварительно меня угостить «чаем». А мы всегда с ней пили чай, перед моими заскоками! Как же много против нее, но смущает одно – что она ждет от моей изоляции? Неужели думает, что дети никогда больше не появятся? Чушь! А вчерашние слова – буду как раньше, хозяйкой, единственная и так далее. Я дремала, вот же опять после чая, но прекрасно помню все, что она говорила: «Душечка!..» Ах, как же все на ней сходится! Я мешаю – конечно, я же слышу мысли, вот же — это помеха в замыслах. А если Игорь, или Михаил, рассказал ей кто мы на самом деле?! Если узнала, что дочь ее – это и есть хозяйка всего рода? Она была девочкой, когда у нее видения появились. Ей тогда открылись секреты Рода. Была девочкой…. Всегда под ногами, всегда рядом, мы от нее ничего не скрывали, она даже проявляла не малую долю в определенных решения. Лера, Лера, Лера…  Может мы что-то пропустили? Может Евгения в те трудные для Леры дни, не смогла как следует профильтровать ее память? Может пропустила нечто, посчитав не угрожающим для семьи? Ах, могла! Не опытна Ев в промывании мозгов, не концентрировали мы ее дар на подобные действия. – Виен вздохнула несколько раз, покусала губу, не отводя взгляда от листа, и продолжила: — Возможно, дар у Леры все еще с ней и она получает информацию из вне? А что если дух Карла, приглушенно, но имеет на нее влияние? Он-то знает, что «мои уши» надо убрать в первую очередь!  Девочка может и не знать об этом, действовать под его влиянием, подчиняться внушению, а когда приходит в себя, естественно, ничего не помнит!.. Тогда двойное да. Да, да! Линка меня не любит. Вот же, тут, либо Лера сама готовит свободу и доступ, либо Лина уже начала проявлять свое влияние на окружающих. Либо Карл! Вот, уже проясняется картинка – убрать меня, Жана тем самым вывести из строя. Пока дети явятся -  Михаил рядом. Странно, почему всплывает Михаил, а не Игорь? Все-таки ЛИНА! Она же его будущая жена!  Возможно, он начал готовить почву для главенства. Да! Как все сложно закрутили…. И именно мы с Жаном им помеха! А он, мой муженек, глупый, сам дал им такую возможность! Так, тут, более — менее, понятно.  Вернусь к этому еще раз, но позже, когда все проверю».
Виен надо было немного времени, чтобы четко сконцентрироваться на следующем, оттеснить связь с прошлыми мыслями. Она закрыла глаза, отбросив голову назад, сделала несколько глубоких вдохов, задерживая воздух, полных выдохов. Очертила круг руками, словно чистя свою ауру и приступила:
«МИХАИЛ. Он правая рука Жана и всегда был правой рукой Ольги. Знает все тонкости. Вот же, он тройное «ДА»!»
Думай Виен, думай! А гном? Тут как не крути – мое больное воображение. Или наркотики. Это был не гном, а ребенок. Просто мне внушили, что это гном! Шапочка яркая, сапожки, кафтанчик, улыбка…… Но если наркотики, то получается…, что не они! Пить мне постоянно приносит Жан. И вода с горечью…. А таблетка! Господи, Жан!»
Виен резко захлопнула тетрадь.
— Да нет! Это сумасшествие. Он не может, нет, нет, не может! Это только в книгах мужья изощряются, доводя супруг до дурки…. Нет, он не мог. – прошлась по комнате, нервно кусая губу, затем перешла на указательный палец право руки. – В жизни  еще хуже! Нет, мне надо поговорить с мужем, все выяснить, или я действительно сойду с ума! Кстати, а где мой мобильный? – Сбежала по ступенькам вниз, не подумав даже запереть дверь, как она делала всегда, обезвредить свое убежище. Поискала трубку и не найдя, набрала с «городского»: — Прости, я на минутку.
«Я уже свободен, можешь говорить.» — отозвался муж.
— Телефон, ты не смотрел в машине?
«Забыл! Спасибо, что напомнила, все сделаю!»
— Целую! – Взгляд ее упал на аппетитные фрукты, заботливо приготовленные на столе их гостиной. Очень хотелось апельсинку, но муж разбаловал, чистить не захотела. Виноград – не то, любит, конечно, но не сейчас. Красные яблоки и лишь одно желтое. Потянула руку, тут же заулыбалась тому, что всплыла в голове сказка про Белоснежку и, увидела грушу. Большую, сочную, упругую, с розовеющим, словно со стыдливым румянцем, бочком. – Иди-ка сюда, дружок! А чего вы вообще все здесь томитесь? – Грызнула, положила на стол, взяла вазу и определила в холодильник. На ее место поставил цветы. – И зачем Жан выставил? – что ее привлекло за окном, не поняла, но села на подоконник, растворив створку, вкушала грушу, обливаясь соком. Вытирая подбородок и руки салфеткой, приговаривала вслух: — Вот это правильно я ем, со смаком! Но только что мне все горчит? Печень, или желчный? Вот тебе и здрасте. Пятьдесят лет не прошло, а болячки догонять стали. Где же мой любимый доктор?!       

 
 


© Copyright: Vilenna Gai, 13 октября 2015

Регистрационный номер № 000167244

Поделиться с друзьями:

Предыдущее произведение в разделе:
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: +1 Голосов: 1
Комментарии (1)
Добавить комментарий
Анна Магасумова # 14 октября 2015 в 22:01 +1
Нда...что же это происходит с Виен?
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев