Эссе и статьи

Циклы Кондратьева. Человечество Стоит на Пороге Глобальных Конфликтов, Мировых Войн и Революций. Ч.5

Добавлено: 9 августа 2022; Автор произведения:Максим Перфильев 84 просмотра
article298215.jpg

Первая Волна

Европейский Регион. Великая Французская Революция

От Москвы Обратно до Немана
 
В конце сентября великий полководец еще намеревался перезимовать в опустевшей и выгоревшей Москве. Но уцелевших зданий в городе осталось немного. Поэтому часть храмов и монастырей была использована для размещения солдат, а в некоторых даже были обустроены конюшни. За чистотой, естественно, особо никто не следил, поэтому многие святые места оказались осквернены. Церковная утварь, представлявшая какую-либо ценность – разграблена. Золотая и серебряная посуда вместе с крестами переплавлялась на месте. Иконы использовались в качестве дров. А в гробницах устроены туалеты. Но это к слову. Православные святыни не так чтобы очень волновали французов – наполовину католиков, наполовину атеистов. На самом деле больше всего Наполеона беспокоила дисциплина собственных солдат, которые все чаще предавались пьянству и различным бесчинствам. Без сражений и новых побед армия начинала разлагаться. Другой насущной проблемой оказалось обеспечение продовольствия и фуража. Отряды, отправлявшиеся на поиск съестных припасов, часто подвергались нападению как местных крестьян, так и русских солдат. Причем последние порой сжигали провиант прямо на мельницах, провоцируя голод, в том числе, и в самих деревнях.
 
Настоящей головной болью для Наполеона стали партизаны. Одни партизанские отряды создавались непосредственно при участии Кутузова и возглавлялись армейскими офицерами. Они вместе с казаками устраивали набеги на французские обозы, убивали фуражиров и курьеров, организовывали различные диверсии, и другими способами всячески портили жизнь оккупантам. Также занимались разведкой и устанавливали связи с местными крестьянами, чтобы обеспечить продовольствием собственные войска. Их действия носили систематический характер и координировались высшим командованием. Самым известным предводителем таких партизанских отрядов был Денис Давыдов – дворянин, мечтавший о воинской славе. Совсем другого типа были народные партизаны из числа местных крестьян или бежавших из плена русских солдат. Такие действовали локально и по обстоятельствам, зачастую защищая собственные деревни, а в качестве оружия использовали ружья и сабли, собранные с поля боя или отнятые у французов. Примечательно, что в начале вторжения Наполеона часть крестьян надеялась на то, что великий иноземный полководец дарует им освобождение от помещиков. Некоторые уже во время войны стали проявлять непокорность к своим хозяевам, особенно подходящую ко времени в условиях всеобщего хаоса. Судя по всему, Наполеон действительно рассматривал возможность спровоцировать в России крестьянское восстание, но так и не дошел до воплощения этой идеи. А, между тем, крестьяне вскоре столкнулись с мародерством и грабежом со стороны французов, и поэтому стали испытывать по отношению к ним негативные чувства. Так развернулось народное партизанское движение, всячески поощряемое властями. Война крестьян с Великой Армией отличалась особой жестокостью.
 
Кроме этого, не стоит забывать, что еще в начале вторжения Александр I издал манифест, призывающий горожан и крестьян вступать в военное ополчение. Свободные люди записывались туда добровольно. А крепостные направлялись помещиками. Ополченцев удалось набрать около 400 тысяч человек. Большая часть вооружалась примитивным холодным оружием – топорами и пиками. Но некоторые получали ружья. Их основной задачей было выполнение вспомогательных функций: возведение укреплений, охрана обозов, эвакуация раненных, сопровождение грузов и конвоирование пленных. Однако это позволило высвободить регулярные войска, которые в полной мере теперь могли быть использованы в сражениях. К тому же определенная доля ополченцев все-таки приняла участие в боевых действиях. Таким образом, война с Наполеоном приобретала характер народной освободительной борьбы против захватчиков, что сильно уменьшало шансы французов на победу. На всей огромной территории России интервентов не ждало ничего хорошего. Занять отдельные города они могли, но удержаться в них надолго были не в состоянии. Об этом говорил даже опыт Испании, которую, несмотря на более благоприятный климат и намного меньшие расстояния, так и не удалось полностью взять под контроль. 
 
Крестьяне, участвующие в партизанском движении и ополчении, надеялись, конечно, что царь дарует им за их заслуги перед Отечеством вольную от помещиков. Однако они были жестоко разочарованы. Россия как была рабской страной до войны, так и осталась ею после. Крестьян за людей, тем более, за граждан – не считали. Освобождение последовало только спустя полвека после поражения в Крымской Войне, когда ущербность социально-экономического строя России стала прямо-таки очевидной.
 
Как бы там ни было, а осенью 1812 г. партизаны и ополченцы просто вымотали солдат Великой Армии своими бесконечными диверсиями и нападениями. Находясь в выгоревшей Москве, испытывая проблемы с обеспечением, Наполеон все больше понимал, в каком непростом положении он оказался. Ко всему прочему он не знал, где находится русская армия. Кутузов поначалу повел ее на Рязань. Но затем основными силами в районе Кулаково свернул на запад, а по Рязанской дороге для отвлечения внимания был отправлен отряд казаков. Они увлекли за собой конницу Мюрата, на которую возлагалась задача преследования. И пока Мюрат шастал где-то в районе Бронниц – Кутузов прошел берегом реки Пахра через города Подольск и Красная Пахра, а в итоге остановился юго-западнее в селе Тарутино. Таким образом, французы потеряли армию Кутузова и не имели представления о ее местоположении. Этот маневр позже получил название – Тарутинский. Русские войска фактически брали под контроль Рязанскую, Тульскую и Калужскую дороги. То есть они отрезали Наполеона от богатых южных областей, не давая его фуражирам добывать продовольствие. К тому же, не зная точного расположения армии противника, великий полководец не мог решиться на захват Петербурга – ведь в этом случае рисковал получить врага у себя в тылу. В полной мере становилось очевидным классическое правило военной стратегии: главное не захват территории, а разгром живой силы противника.
 
Между тем, Кутузов не просто разбил в Тарутино лагерь, но создал там укрепленные позиции. Армия смогла отдохнуть и пополнила свои ряды,  вновь доведя общую численность войск до 120-130 тысяч человек. В октябре Мюрат нашел этот лагерь и расположился неподалеку. Наполеон снова послал к Кутузову парламентера с предложением мира. Но Кутузов указал на отсутствие у него полномочий и лишь пообещал довести информацию до сведения Александра I (тот все равно не ответил).
 
Пока два лагеря стояли друг напротив друга, Беннигсен обнаружил, что у Мюрата нет серьезной поддержки ближе, чем в Москве. Он подготовил план, в соответствии с которым намеревался ночью обойти левый фланг неприятеля, воспользовавшись густыми зарослями леса. А правый фланг французов должны были в это время атаковать другие генералы. План был хорош. Однако из всех четырех корпусов под командованием Остермана, Строганова, Багговута и Орлова-Денисова – только последний (кавалерийский) сумел к утру выйти на позицию. Он один, без поддержки товарищей, предпринял атаку, что привело к рассогласованности действий. Французы поначалу запаниковали. Но Мюрат сумел собрать их вместе и дать отпор русским войскам. В это время началась атака других частей на правый фланг противника. Однако и здесь Кутузов не проявил должного рвения, не пожелав слишком глубоко ввязываться в бой. В итоге армия Мюрата, конечно, потерпела поражение. И в целом, потеряв 4 тысячи человек и 38 орудий, отступила. Но ведь можно было бы добиться намного большего – использовав эффект неожиданности, полностью разгромить врага. А этого не произошло. Впрочем, и так результат сражения получился неплохим. Русские потеряли всего 1200 человек. Считается, что именно после Тарутинского Боя, произошедшего 18 октября, Наполеон принял окончательное решение оставить Москву. Значение этого события сложно переоценить. Но в то время Беннигсен, так и не сумевший реализовать свой план в полной мере, обвинил Кутузова в отсутствии поддержки. Из-за конфликта, разгоревшегося между ними, Беннигсен, к тому же еще и раненный, спустя месяц был отправлен в Калугу. И, вроде как, он молодец, и даже какую-то пользу принес Отчеству. Но Вселенная ему почему-то не благоволила. Наверное, Павел I на том свете козни против него строил всяческие.
 
Так или иначе, а Великая Армия захватчиков 21 октября оставила российскую столицу. Правда, предварительно взорвала часть Кремля и подожгла некоторые публичные здания. Как будто бы пожара, устроенного графом Растопчиным, было мало. Но даже это еще не было концом несчастий. В короткий период отсутствия властей в столице начался хаос. В город стеклись крестьяне, которые принялись грабить то, что не смогли унести французы. Все это, естественно, сопровождалось обильными возлияниями, драками, убийствами и прочим весельем на фоне горящих руин и раскиданных по улицам трупов. В общем, как обычно на Руси по праздникам принято. Сколько там людей погибло – сложно сказать, но дискотека выдалась нефиговая. К ней присоединились даже казаки, которые не прочь были с радостью друг друга шашками покромсать. Между прочим, кромсали и проспавших отступление французов, которые отстали от своей армии. Граф Бенкердорф, который въехал в город 22 октября, писал, что ему чуть ли не с боями приходилось восстанавливать порядок. Человеческих трупов из столицы он вывез около 12 тысяч, и еще столько же лошадиных. Скрепная ляпота.
 
Наполеон изначально думал по Старой Калужской Дороге дойти до Тарутинского лагеря и разгромить Кутузова. Однако в селе Троицкое передумал, видимо, испугавшись. И в итоге свернул севернее на Новую Калужскую Дорогу, обходя русскую армию. Уже тогда его войска были серьезно потрёпаны, множество лошадей погибло, и кавалерия была ослаблена, часть артиллерии брошена – поэтому ввязываться в крупное сражение он не захотел. При этом он пока еще не собирался полностью сворачивать кампанию в России. А планировал перезимовать где-нибудь в районе Смоленск-Могилев-Минск-Витебск, и весной возобновить наступление. Но сначала ему нужно было достать провиант. Поэтому он решил, обойдя русскую армию, в районе Боровска свернуть на юг в Калужскую Губернию, где еще было чем поживиться. Однако под Малоярославцем путь ему преградили отряды генералов Дохтурова и Раевского, а также казаки атамана Платова. Здесь утром 24 октября завязалось сражение, которое после полудня приняло весьма ожесточенный характер. Сам городок несколько раз переходил из рук в руки, и в конечном итоге был полностью сожжен. На его улицах валялись сотни обгоревших тел, оторванные руки, ноги и головы. Французам к вечеру все-таки удалось его занять. Но Кутузов расположился южнее полукругом и не пропустил войска Наполеона дальше. На следующий день великий полководец собрал военный совет, чтобы обсудить ситуацию. Мюрат утверждал, что может пробиться в Калугу. Но Наполеон скептически отнесся к этой затее. Кроме прочего, 25 октября на западе у Медыни его авангард был разгромлен ударившими из засады казаками. Император сам чуть было не попал в плен. Он все более осознавал, что инициатива перешла на сторону русских. Кутузов только под Малоярославцем собрал 90 тысяч солдат и 600 орудий, еще 20-30 тысяч могли подойти из Тарутино. Великая же Армия к тому времени насчитывала 70 тысяч бойцов, имела лишь 360 орудий и весьма ограниченный боезапас, а лошади были ослаблены недоеданием. Крупное сражение могло закончиться катастрофой, и выйти из России живым после него могло уже не получиться. В итоге от планов прорываться в Калугу Наполеон окончательно отказался. Он свернул обратно на север и через Боровск пошел на Можайск.
 
Бой под Малоярославцем стоил русской армии около 7000 солдат регулярного войска и неизвестное число ополченцев. Французы потеряли несколько меньше – около 5-6 тысяч. Но стратегическое значение битвы для армии Кутузова было огромным. Наполеон отказался от марша в богатые южные области России, и вынужден был возвращаться обратно по той же разоренной и выжженной дороге, по которой пришел в страну.
 
Ну, а чтобы Наполеон совсем не расслаблялся, русские войска следовали за его армией по пятам, и постоянно совершали на нее нападения. Сам Кутузов шел несколько южнее. Но партизанские отряды и казаки долбили французов с обеих сторон, изматывая противника и не позволяя ему собирать в деревнях провиант. Ряды Великой Армии сильно растянулись по дороге, что делало их уязвимыми для окружения и разгрома по частям. Так, например, под Вязьмой 3 ноября генерал Милорадович и атаман Платов отрезали корпус маршала Даву от основной армии, блокировав Смоленскую дорогу. Генерал Богарне и генерал Понятовский вынуждены были вернуться и отбить своих от русского авангарда. Состоялось сражение. После того, как все наполеоновские войска прошли через город, французы разрушили за собой мост, и двинулись дальше на запад. Но в этой битве они потеряли до 4 тысяч убитыми и раненными, а также более 3 тысяч пленными.  
 
Сражение под Вязьмой расстроило ряды Великой Армии. К тому времени уже начались первые заморозки, земля покрылась снегом. И к  постоянному голоду прибавился еще и леденящий холод. Французы брели по дорогам в расстроенном порядке, в одежде не по уставу, а некоторые солдаты и без оружия в руках. Все больше артиллерии приходилось оставлять позади себя. Участился падеж лошадей. Боеспособность многих отрядов упала практически до нуля. Правда, наполеоновская гвардия, сопровождающая самого императора, пока еще сохраняла ровный строй. Она весьма эффективно отгоняла нападающих партизан, и ее движущиеся колонны казались неприступными.
 
Вступая в Смоленск 8 ноября, французы надеялись, что найдут в городе продовольствие. Но его оказалось недостаточно, и на всех солдат не хватило. Наполеон даже начал расстреливать командиров, ответственных за поиск продуктов питания. Это не сильно помогало. Отряды фуражиров не могли обеспечить армию не потому, что ничего не делали, а потому, что терпели поражения от партизан и вооружившихся крестьян. Вскоре пришли и вовсе плохие новости: русские, хоть и не без труда, но выбили французов сначала из Полоцка (октябрь), а затем из Витебска (ноябрь). В последнем находилось много складов с припасами, которые теперь также были потеряны. Между тем, отдельные отряды, останавливающиеся в других городах, подвергались нападениям и вынуждены были сдаваться в плен или нести большие потери, отстав от своих товарищей.
 
Таким образом, по мере отступления из России Великая Армия все больше растворялась посреди бескрайних заснеженных просторов, сокращаясь в своем размере и теряя боевой настрой. На пути следования из Смоленска ряды солдат опять сильно растянулись. И в районе села Красное их решил атаковать Кутузов. Наполеоновская гвардия сумела пройти сквозь окружившие ее русские войска практически без потерь, даже разгромила казаков генерала Ожеровского, и 15 ноября вошла в Красное. Но пасынку императора Евгению Богарне повезло меньше. На пути к селу 16 числа его корпус был почти уничтожен, и лишь немногим удалось добраться до одноименного населенного пункта. В сложном положении оказался затем и корпус маршала Даву. Русские войска расположили артиллерию на пути следования французов и обстреливали их колонны. Узнав о больших потерях, Наполеон решил 17 ноября со своей гвардией выйти навстречу к Даву, чтобы отогнать русских и позволить маршалу добраться до села. Часть корпуса была таким образом спасена. Однако вскоре Наполеон узнал о том, что генерал Тормасов блокирует выходы из Красного в районе села Доброе. Великий полководец принял решение выдвинуться в западном направлении, чтобы не терять время и не оказаться в окружении. Кутузов избегал прямого столкновения с Наполеоном. Его стратегия заключалась в том, чтобы гнать Великую Армию обратно, но ни в коем случае не препятствовать ее движению, тем самым сберегая жизни собственных солдат (вероятно, он уже понял, что уход Наполеона из России является делом времени). Таким образом, французский император сохранил большую часть своей гвардии, остатки корпусов Богарне и маршала Даву, и направился далее по дороге на Оршу. Однако маршал Ней со своим корпусом 17 ноября еще только выдвинулся из Смоленска. Когда он 18 числа подошел к Красному, то обнаружил, что село уже занято Кутузовым. Он решил пробиваться и с 9000 солдат пошел в решительную штыковую атаку. Однако силы были не равны – путь ему преградил Милорадович с 12000 бойцов. Маршал вынужден был отступить в лес на север, где отбивался от многочисленных атак. Оказавшись в окружении, он получил предложение о почетной сдаче. Около 6 тысяч его солдат согласились. Но сам Ней с 3000 верными воинами предпочел уйти через едва замерзший Днепр. В конце концов, до ставки Наполеона с маршалом добрались только 800 человек, остальные утонули в реке или были убиты.
 
В итоге по результатам 4-дневных боев под селом Красное армия Наполеона понесла огромные потери: около 33 тысяч человек, из которых 13 тысяч было убито и ранено, а 20 тысяч сдалось в плен, также было потеряно более 200 артиллерийских стволов и практически все боеприпасы. Потери русских составили несколько тысяч человек. Наполеон уже был совершенно неспособен вести какие-то крупные сражения и мог лишь отступать, ожесточенно пробиваясь к границе. Кутузов старался ему не препятствовать. Его войска, следовавшие по разоренной местности, хоть и находились в лучшем состоянии, но также испытывали серьезные трудности, солдаты недоедали и были сильно утомлены.
 
Наполеон, подойдя 24 ноября к городу Борисову, узнал, что Минск также занят русскими войсками. Оказалось, что на южном фронте адмирал Чичагов и генерал Тормасов успели повыбивать из ключевых городов австрийские корпуса генерала Шварценберга, который не особенно-то и сопротивлялся. То есть, по сути, у французов не осталось теперь какого-либо тылового прикрытия. Но для выхода из России в любом случае нужно было двигаться на запад, и как можно скорее. Кутузов, преследовавший Великую Армию, несколько отстал от нее. И путь французам должен был преградить именно адмирал Чичагов. Его авангарду уже удалось занять Борисов, но затем русские были выбиты из города резервными силами маршала Удино, не участвовавшими в походе на Москву. Тем временем с севера с боями, прорывая французские заслоны, приближался и генерал Витгенштейн. К Наполеону тоже стекались подкрепления, которые при вторжении в Россию оставались для охраны и удержания логистического коридора. Сейчас, чтобы не быть окруженными с востока, севера и юга, остатки Великой Армии должны была переправиться через реку Березину.
 
Река не успела полностью замерзнуть, по ней лишь плыли отдельные льдины, причем порой немаленьких размеров. Выход на западный берег был затруднен из-за вязкости почвы. Необходимо было строить понтонные мосты. Наполеон сумел обмануть адмирала Чичагова, создав иллюзию переправы на юге от города Борисова, в то время как реальная переправа была организована на севере. Там и возводили два моста французские инженеры, стоя по плечи в ледяной воде (все погибнут от переохлаждения). Один мост предназначен был для людей, второй для артиллерии и маршальских карет. Первые в очереди шли боеспособные войсковые части. В конце ожидали раненные, больные и потерявшие оружие, а также гражданские лица. С 26 по 27 ноября переправа шла сравнительно организованно. Русские войска только подходили и вступали в бой с французскими заслонами. Начинался обстрел мостов. Однако во второй половине дня 27 ноября в плен сдался дивизионный генерал Партуно. Это потребовало обратной переброски на восточный берег дивизии маршала Виктора для обороны подходов. Утром 28 ноября стала разворачиваться активная фаза сражения, которая закончилась настоящей катастрофой. Приблизившиеся русские войска предприняли мощный артиллерийский обстрел. Собравшаяся на восточном берегу 40-тысячная толпа запаниковала и ринулась к мостам. Один из них не выдержал нагрузки и развалился. Множество людей оказались в воде вперемешку с поломанными бревнами, и были снесены течением. Те, кто остался на берегу, бросились вплавь, пытаясь пробраться между льдинами. Тем временем, русская артиллерия усиливала обстрел. И тот, кто не утонул в ледяной воде или не был раздавлен – погибал от разрывающихся снарядов. Дивизия Виктора, чтобы спастись, вынуждена была посреди всеобщей свалки силой, при помощи штыков, расчищать себе путь к уцелевшему мосту. Повозки были сброшены в реку. Когда же боеспособные части окончательно переправились на западный берег – мост был подожжен. В то время на восточном берегу еще оставалось много раненных, безоружных, и просто гражданских лиц, в том числе женщин с детьми, которые увязались за отступающей французской армией. Налетевшие отряды казаков принялись их убивать. В конечном итоге жертвами этой смертоносной переправы стали тысячи людей. Великая Армия потеряла около 20 тысяч комбатантов, которые могли держать в руках оружие. Еще 25-30 тысяч – небоеспособные солдаты или вовсе не военные люди. Пересечь Березину вместе с Наполеоном сумело не более 10 тысяч. Они отправились дальше к границе. Потери русских составили от 4000 до 10000 солдат.
 
После Березины Наполеону оставалось только бежать. Что он и делал с остатками своих войск, изредка устраивая привалы. К нему постепенно присоединялись отряды с других направлений, в том числе, и охранявшие коммуникации. Но в первых числах декабря грянули сильные морозы (ниже –20), которые стали выкашивать голодных и ослабленных солдат Великой Армии. Многие умирали прямо в ночных лагерях на стоянках. По воспоминаниям русских, преследовавших Наполеона, вся дорога от Березины была усеяна замерзшими трупами и полуживыми французами, занесенными снегом. Кое-кто прятался в повозках или в деревенских сараях, не в силах идти дальше. По некоторым данным наблюдались случаи каннибализма.
 
Наполеон сжигал за собой мосты и устраивал на дорогах завалы. А в деревнях Плещеницы и Молодечно приказал своим генералам держать какое-то время оборону. В городе Сморгонь великий полководец оставил общее руководство войсками маршалу Мюрату, а сам налегке с 200 наиболее верными гвардейцами усвистал в Париж собирать новую армию из стариков и подростков. Мюрат 8 декабря втащился в Вильнюс. Голодная и обмороженная толпа, которая была уже лишь частично вооруженной, разграбила все продовольственные магазины. Но поскольку русские войска уже наступали на пятки, то 11 числа французы вышли из города, оставив в местных госпиталях тысячи больных, не способных идти далее. От Вильнюса преследование осуществляли в основном казачьи отряды. Маршал Ней, как мог, в качестве арьергарда прикрывал бегство своих товарищей. Остатки артиллерии были брошены, императорская казна растаскана по карманам. Вечером 14 декабря арьергард Нея вошел в город Ковно (Каунас), пересек реку Неман и оказался в Варшавском Герцогстве. За ним последовали другие отставшие отряды. Вторжение Наполеона в Россию закончилось. Оно обернулось полным провалом. Из 610-тысячной Великой Армии лишь небольшая часть – 35 тысяч человек – смогла унести с собой руки и ноги обратно.
 
Поход Наполеона в Россию, безусловно, является крупным событием. Если говорить о количественных характеристиках, то нужно отметить, что число погибших французов в этой кампании оценивается примерно в 400 тыс. человек. Самих русских погибло около 200 тысяч. Великий полководец проиграл. Попытка подчинить своей воле Петербург истощила ресурсы Французской Империи, что впоследствии привело к ее краху. Но при этом стоит заметить, что в честном бою Россия была неспособна победить Наполеона. Русские войска отступали все время с момента вторжения вплоть до занятия французами Москвы и последовавшего пожара. И даже ранее в коалициях с другими государствами русские войска не могли справиться с полководческим гением Бонапарта и его весьма эффективной Великой Армией. Однако у Наполеона оказалось слабое место. Он был слишком амбициозен и поставил перед Францией откровенно непосильную задачу. Он не извлек уроков из партизанской войны в Испании, которую вел уже 5 лет. И в результате в России он столкнулся с еще более ожесточенной и губительной партизанской войной. Тактика выжженной земли, используемая противником; большие логистические издержки с утратой контроля над путями снабжения; неблагоприятный климат; сопротивление местного населения; а еще нелояльность отдельных корпусов, например, австрийских и прусских, которые были плохо замотивированы (количество дезертиров из Великой Армии составило более 100 тысяч человек) – все это смогло склонить чашу весов на сторону русской армии, и в итоге помогло одержать победу над великим полководцем. Если нельзя победить честно – значит, нужно побеждать хитростью. Видимо, такой урок должен был извлечь Наполеон Бонапарт из похода в Россию.
 
 
Война Шестой Коалиции и Поражение Наполеона
 
В конце декабря 1812 г. остатки французских войск бежали из пределов России. Император Александр I, несмотря на усталость своих солдат и возражения генералов, приказал начать Заграничный Поход. Австрийский и Прусский корпуса, воспользовавшись удачным моментом, фактически вышли из-под контроля Наполеона и отступили на запад в свои государства. Прусский генерал Йорк заключил мир с русскими даже вопреки воле своего короля Фридриха Вильгельма III. Тот поначалу разозлился и пообещал Йорку военный трибунал. Но, хорошо проанализировав настроения среди своего народа, решил, наоборот, порвать отношения с Парижем. В начале 1813 г. армия Кутузова вошла в Восточную Пруссию, не встречая сопротивления. Маршал Мюрат самовольно сдал командование пасынку Наполеона Евгению Богарне и улизнул к себе в Неаполь, королем которого он пока еще, вроде как, считался. Богарне пытался сдерживать русских хотя бы на рубеже реки Вислы, которая протекает через Варшаву и Гданьск. Поляки еще надеялись на поддержку Франции, чтобы сохранить Варшавское Герцогство. Но, в конце концов, Юзеф Понятовский вынужден был эвакуировать свои отряды вглубь Европы. Австрия также не препятствовала продвижению русских войск. Князь Шварценберг подписал с представителями Кутузова перемирие. Таким образом, Вена и Берлин отказали Наполеону в лояльности, что, в общем-то, было ожидаемо. Французская Империя рассыпалась на глазах.
 
Сам великий полководец спешно формировал в Париже новую армию. В нее были призваны рекруты младших и старших возрастов, которые до этого никогда не мобилизовывались. Также на службу привлекли резервистов. Были отозваны некоторые отряды из Испании.
 
Евгений Богарне отчаянно пытался остановить продвижение русских войск. Но без поддержки Пруссии и Австрии сделать это было крайне сложно. Берлин заключил с Петербургом 27-28 февраля Калишский Союзный Договор. В соответствии с ним территория Варшавского Герцогства подлежала разделу. Но главное то, что две армии обязались совместно действовать против Наполеона. В немецком обществе в это время как раз пробуждался патриотический дух. Молодежь становилась все более воинственной и желала отомстить Франции за все понесенные обиды, то есть взять реванш за те поражения последних лет, которые пришлось пережить Берлину. Напомню, что по результатам Тильзитского Мира, завершившего Четвертую Коалицию, Пруссия лишилась половины своей территории. Теперь же в стране фактически началось общенародное восстание против Парижа, что было очень кстати. Это позволило русской армии не останавливаться на штурме крепостей, размещенных на Висле, а просто брать их в осаду малыми силами и обходить. Они все равно оказывались заблокированными посреди Пруссии. Гарнизоны в некоторых из них сдались уже после поражения Наполеона.
 
Таким образом, в начале 1813 г. рубеж обороны довольно быстро смещался от Вислы к Одеру. И вскоре уже встал вопрос о выстраивании укреплений на Эльбе. По-настоящему упорные и тяжелые сражения начались в Саксонии. К апрелю Наполеон сумел собрать 120-тысячную армию, которая должна была соединиться с 45-тысячной армией Евгения Богарне. По численности эти силы превышали объединенные русско-прусские войска (92 тысячи). Но качественно уступали. Наполеон имел в два раза меньше артиллерийских орудий (350 против 656), а также испытывал затруднения с кавалерией (лошади потеряны в России), из-за чего страдала разведка. Тем не менее, его армия при его талантливом руководстве представляла собой достаточно грозную силу. Союзники решили разбить ее на марше, пока ее ряды были растянуты. К тому времени генерал-фельдмаршал Кутузов скончался от болезни, и командование объединенными войсками было передано генералу Витгенштейну.
 
Наполеон со своим штабом разместился в городке Лютцен, что недалеко от Лейпцига. Утром 2 мая возле самого Лейпцига началась перестрелка. Великий полководец поспешил к городу. Но основной удар последовал как раз по Лютцену со стороны Пегау, то есть фактически в тыл французской армии. Маршал Ней, как мог, отбивался с 50 тысячами своих солдат. У Витгенштейна была возможность разбить противника превосходящими силами. Но пока он мешкал, Наполеон сумел перенаправить свои войска. И в итоге к вечеру инициатива уже оказалась на его стороне. Собрав армию вместе, великий полководец разбил союзников. А к 19:00 был занят и Лейпциг, что могло грозить русским и пруссакам окружением. Поэтому они вынуждены были отойти на восток, обратно за Эльбу, фактически отдав Наполеону Дрезден.
 
Стороны понесли примерно одинаковые потери: по 20 тысяч убитыми и раненными, хотя у союзников нижняя оценка начинается с 12 тысяч. Причинами поражения считаются: нерасторопные действия самого Витгенштейна; его напряженные отношения с генералом Милорадовичем, 12-тысячный корпус которого стоял на юге под Цейсом и не был задействован; присутствие императора Александра I, сковывавшего действия главнокомандующего; и просто талантливое руководство Наполеона своими войсками на поле боя.
 
К середине мая русско-прусские войска заняли оборонительные позиции под Баутценом, что на востоке Саксонии. Благодаря прибывшим подкреплениям (сдалась крепость Торн на Висле) силы союзников даже немного возросли.  Столкновение с передовыми отрядами французов имели место быть еще 19 мая на севере от города (населенные пункты Кёнигсварте и Вайсиг). Но генеральное сражение произошло 20-21 числа. Союзная армия расположилась за Баутценом и за рекой Шпрее. Правый (северный) фланг ее был прикрыт болотами, а левый (южный) был прикрыт горами. Казалось бы, сама природа защищала русских и пруссаков. Но Вселенная пока еще была на стороне Наполеона. В первый день сражения его войска оттеснили противника еще дальше за Баутцен и Шпрее. А во второй день великий полководец нанес отвлекающий удар по левому (южному) флангу, поведя основное наступление на правый (северный) фланг. Витгенштейн объяснял Александру I суть этого обманного манёвра. Но тот, видимо, не понял, и еще больше усилил южный фланг. Тем временем маршал Ней, пусть и не без труда, но со второго раза начал прорывать русский правый фланг под командованием Барклая-де-Толи. Он выходил в тыл к прусскому генералу Блюхеру. И в соответствии с изначальным планом, дойдя до Гохкирх, мог обойти союзную армию, замкнув ее в кольцо. В конце концов, только организованное отступление спасло русских и пруссаков от окружения и полного разгрома. Впрочем, французы за два дня битвы потеряли в 1,5 раза больше людей, чем союзники (20 тысяч убитыми и раненными против 12-15 тысяч). Так что победа Наполеона была не столь однозначной.
 
Тем не менее, союзная армия с арьергардными боями отступала на восток, и даже готовилась перейти обратно через Одер. Это грозило разрывом между русскими и пруссаками, так как последние должны были бы остаться для защиты своей родины. Французы уже захватили Гамбург на Эльбе. Более того – предприняли попытку взять Берлин, хоть и неудачную. В то же время обе армии были сильно истощены, в рядах французов началось повальное дезертирство, а отдельные русские отряды в тылу Наполеона вот-вот намеревались атаковать Лейпциг со множеством складов. Поэтому великий полководец решил приостановить наступление, и 4 июня подписал Плейсвицкое Перемирие. Оно продолжалось до 11 августа (продлевалось 20 июля).
 
В двухмесячный период времени, пока не велись боевые действия, развернулась дипломатическая борьба за присоединение Австрии к коалиции. Наполеону выкатили условия: ликвидация Варшавского Герцогства с его последующим разделом союзниками; возвращение Иллирийских Провинций Австрии; передача Данцига (Гданьска) Пруссии; восстановление Ганзейских городов Гамбурга и Любека. Наполеон не захотел расставаться с завоеванными территориями, и условия не принял (по крайней мере, своевременно). Поэтому Вена дала свое согласие на вступление в союз. Дополнительную поддержку оказала Великобритания, которая субсидировала обеспечение объединенной армии. Был даже разработан общий план: избегать генерального сражения с самим Наполеоном (ввиду его полководческого гения), но разбить по частям его маршалов и тем самым ослабить французскую армию. Этот совет союзникам дали бывший наполеоновский маршал Бернадот, ставший наследником шведского престола, и бывший маршал Моро, обвиненный в заговоре (не безосновательно) и отправленный в ссылку в США. У такой тщеславной и нарциссичной личности как Наполеон, враги, конечно же, имелись. И союзники не упустили возможности воспользоваться их услугами. В конечном счете, перемирие обернулось для Бонапарта стратегической ошибкой. Русские и прусские войска не были разделены Одером, что лишило великого полководца возможности разбить их по частям. За это время обе армии получили подкрепления. А вступление Австрии в войну и вовсе создало количественный перевес в сторону союзников. Против Наполеона ополчилась и Швеция. И в итоге была собрана полноценная Шестая Коалиция, располагающая более чем 500-тысячной армией и 1380 орудиями. В то время как сам Бонапарт сумел собрать около 440 тыс. солдат и 1180 орудий.
 
Союзники разделили свои силы на три главные армии. Первая – Северная –  находилась в районе Берлина, она возглавлялась Бернадотом. Вторая – располагалась в Силезии, в юго-западной Польше на границе с Чехией, управлялась прусским генералом Блюхером. И третья – Богемская (южная) – была самой крупной, а командовал ею австрийский фельдмаршал Шварценберг. Таким образом, коалиционные войска как бы дугой окружали Наполеона, который разместился в укрепленных крепостях и городах на Эльбе – от Магдебурга до Дрездена, при этом несколько изолировано от основной группы оказался французский гарнизон в Гамбурге.
 
В августе Наполеон послал войска на Берлин. Однако, узнав о выдвижении генерала Блюхера из Силезии, решил, что это главная армия, и бросил основные силы против нее. Но Блюхер отступил, и в это время на Дрезден из Богемии вышел фельдмаршал Шварценберг. Наполеон, опасаясь за свой тыл, немедленно развернулся для возвращения к Дрездену. На Берлинском направлении был оставлен маршал Удино с 70-тысячной группировкой. Бернадот мог собрать против него до 150 тысяч человек, включая 29-тысячный русский корпус и шведский 24-тысячный. Именно так он и сделал. И 23 августа состоялась Битва при Гросберене. Пруссаки в упорных штыковых атаках под проливным дождем сумели выбить из этого городка саксонцев. Победа подняла боевой дух союзников. А Пруссия смогла заполучить много трофейного оружия, которым дополнительно вооружила свое ополчение – ландвер. Удино надеялся, что ему на помощь придут подкрепления из Гамбурга и Магдебурга, но этого не произошло. Он отступил к Виттенбергу и был заменен Бонапартом на маршала Нея.
 
Тем временем, в Силезии против Блюхера действовал наполеоновский маршал Макдональд, который должен был не допустить соединения противника с австрийскими войсками в Богемии. Французы численностью  80 тысяч человек расположились на берегу реки Кацбах, заняв удобную оборонительную позицию в лесах и на холмах. Однако, простояв под ливнем, Макдональд 26 августа решил переправиться на другой берег и пойти в атаку. Блюхер со своей 100-тысячной армией тоже начал наступление. И ему невероятно повезло, что Макдональд не захотел сидеть в обороне, а проявил инициативу. Это сражение также проходило во время ливня. Армия Блюхера обладала превосходством как в общем количестве войск, так и в кавалерии (14 тыс. против 6 тыс.), кроме того – имела 340 пушек против 200 у противника. Во время дождя это сыграло особую роль, так как ружья не могли быть использованы из-за промокшего пороха. В итоге французы вынуждены были бежать обратно за реку Кацбах, что оказалось не так-то просто сделать при ее разлившихся водах. Кульминацией битвы стал расстрел союзной артиллерией неприятельских солдат, пытавшихся в панике перебраться через единственный мост, на котором образовалась давка. Макдональд вынужден был отступать. Но еще в течение трех дней его преследовали русские и прусские войска. В итоге общие его потери составили 30 тысяч человек, из которых 18 тысяч – пленными. Союзники потеряли от 12 до 22 тысяч бойцов.
 
Несмотря на эти замечательные победы, до полного разгрома Наполеона было еще далеко. Генеральное сражение при Дрездене крупнейшая Богемская Армия проиграла. Дрезден являлся ключевым населенным пунктом во всей логистической системе Бонапарта. Поэтому когда он узнал о выдвижении в сторону этого города фельдмаршала Шварценберга – то, находясь на пути в Силезию, сразу же повернул обратно. Времени у него было немного. В тот же день, в который русские и пруссаки громили Макдональда на Кацбахе – то есть 26 августа – Богемская Армия начала штурм Дрездена. Ее силы оцениваются примерно в 170-230 тысяч человек (разница образуется из-за списочной численности и фактической на поле боя). Город защищал 30-тысячный корпус маршала Сен-Сира. Наполеон со своей 165-тысячной армией был на подходе. Он сначала хотел совершить обходной манёвр. Но из-за нехватки времени оставил его выполнение 30-тысячному корпусу Вандама. Сам же с основными силами бросился на помощь городскому гарнизону. Рано утром 26 числа объединенные русско-прусско-австрийские силы начали наступление. Оно было плохо скоординировано. Присутствие императоров опять обеспечило несогласованность действий. Когда же пришли известия о прибытии Наполеона – штурм решили приостановить. Но солдаты в это время уже вовсю прыгали по укрепленным позициям врага, приказы же об отмене атаки где-то затерялись. В итоге Наполеон со свежими передовыми силами вошел в город и начал весьма успешно отражать наступление. Союзники, дойдя до городской стены, к концу дня вынуждены были отступить обратно. А за ночь к Наполеону подошли отставшие войска, что еще больше увеличило его шансы на победу. С утра 27 августа французы принялись вытеснять противника из пригорода на обоих флангах. И опять же немалую роль сыграла непогода. Зарядивший проливной дождь сделал ружья почти бесполезными. В этих условиях кавалерия Мюрата сумела обойти австрийские позиции и провела неожиданные атаки. Конная артиллерия обращала противника в бегство, а выстроившихся в каре пехотинцев заставляла сдаться в плен. В дополнении ко всему пушечным ядром был убит бывший наполеоновский маршал Моро, находящийся при Александре I в качестве советника. Короче, ситуация была безрадостная. Союзникам удалось разве что потрепать отдалившиеся от города французские отряды, и остановить их дальнейшее продвижение, закрепившись на высотах. Но когда пришли сообщения о том, что 30-тысячный корпус Вандама (союзники со страху подумали, что 50-тысячный) совершает обходной манёвр – то фельдмаршал Шварценберг скомандовал общее отступление в Богемию. Потери коалиционной армии составили от 20 до 40 тысяч (более 20 тысяч пленными). Потери французов – около 10 тысяч.
 
Союзная армия отходила в Чехию тремя путями: через город Фрайберг (западный путь), по кратчайшей дороге через Альтенберг и через Пирну. Последний маршрут использовался в основном русскими, а также прусскими войсками. Однако Наполеон послал 35-тысячный корпус Вандама для преследования. Французы перекрыли русским самый восточный путь, и поэтому они вынуждены были тоже идти центральной дорогой через Альтенберг. Причем к Вандаму вскоре должны были присоединиться маршалы Сен-Сир и Мармон. И все вместе они могли окружить русско-прусские войска, зажав их на горных тропах. Ситуация усугублялась тем, что в русско-прусской колонне находились император Александр I и король Фридрих Вильгельм III. Даже если бы им удалось избежать пленения,  разгром отступающих союзников в любом случае весьма негативно сказался бы на общем настроении. Коалиция могла бы не пережить очередного поражения. Австрийский император, например, уже подумывал прекратить боевые действия. Но французский корпус Вандама был остановлен 16-тысячным отрядом Остермана-Толстого, который преградил ему дорогу в ущелье неподалеку от чешского города Кульм (Хлумец). Первые бои произошли еще 28 августа. А полноценное сражение развернулось 29 числа на дороге Кульм-Теплице. Сам генерал Остерман-Толстой был ранен ядром и лишился левой руки. Командование принял генерал Ермолов. Французам в какой-то момент удалось прорвать русский левый фланг, но затем они были отброшены штыковой контратакой обратно. Когда к вечеру основные русско-прусские войска вошли в Теплице, к Ермолову были посланы подкрепления. А на следующий день к месту сражения прибыл 35-тысячный прусский корпус генерала Клейста. Примечательно, что он шел позади французов, и, таким образом, Вандам оказался в окружении у противника, которого сам же и преследовал. Отряды Сен-Сира и Мармона где-то задержались, и не могли помочь своему товарищу. В итоге французам пришлось пробиваться назад через прусские войска. Лучше всего сделать это удалось кавалерийской бригаде, которая покрошила на своем пути противника и ускакала восвояси. А вот пехоте и артиллеристам повезло намного меньше. От 8 до 12 тысяч сдалось в плен, вместе с самим генералом Вандамом. Всего же французы потеряли примерно 17-22 тыс. человек. Русские потери оцениваются в 7000 солдат, у пруссаков было убито и ранено около 3000.
 
Двухдневное Сражение под Кульмом спасло отступающую объединенную армию Александра I и Фридриха Вильгельма III. Также можно сказать, что оно спасло Шестую Коалицию от распада. Таким образом, Наполеону не удалось извлечь всех выгод из своей победы при Дрездене. Он попытался снова напасть на Блюхера в Силезии, но тот разрушил за собой мосты. Союзники тем временем не давали Дрездену покоя, они захватили находящийся рядом с ним населенный пункт Пирна. Французская армия была утомлена, и на какое-то время боевые действия пришлось приостановить. Великий полководец принялся выстраивать оборону. А, между тем, на севере маршал Ней попытался сделать то, что не смог до него маршал Удино – захватить Берлин. С этой целью Ней послал к немецкой столице войска (60-70 тыс.). Пруссаки встретили его передовую итальянскую дивизию  утром 6 сентября у деревни Денневиц, которая находится где-то посередине между Берлином и Лейпцигом. Завязался бой. В течение дня Ней подводил к месту сражения все новые и новые силы. Польская кавалерия сумела на время прорваться сквозь пехоту противника, но почему-то ее отказалась поддержать вестфальская конница. В итоге Бернадот успешно отразил все нападения. А когда Ней, израсходовав резервы, начал перегруппировку и оголил свой левый фланг – прусский генерал Бюлов бросил в атаку свежие части. В конце концов, многонациональная армия маршала Нея побежала обратно к Лейпцигу, а, если точнее – к Торгау. Быстрее всех в первых рядах бежали саксонцы. Общие потери наполеоновских войск составили от 18 до 25 тысяч, из которых 10 тысяч – пленными. Бернадот потерял в целом около 10 тысяч человек. Стоит заметить, что Ней упомянул в своем рапорте о большом количестве дезертиров. Это вообще становилось серьезной проблемой для Наполеона. Многие солдаты из его вновь набранной армии отказывались воевать и самовольно оставляли свои позиции. Осенью число таких беглецов существенно возросло. Появились проблемы и с лояльностью членов Рейнского Союза. Крупнейшее государство – Бавария – тайком начало вести с Веной переговоры.
 
Битва под Лейпцигом
 
После нескольких недель передышки союзники составили новый план и возобновили боевые действия. Наполеон весь сентябрь укреплялся в Дрездене, который сделал своим опорным пунктом. Соответственно, нужно было его оттуда каким-то образом выковырять. Этим и занялись. Армия Блюхера выступила из Силезии, пересекла Эльбу и обошла Дрезден с севера. К ней должна была присоединиться армия Бернадота. С юга, также перейдя Эльбу, выдвинулась Богемская Армия. Таким образом, союзники окружили великого полководца и практически зашли к нему в тыл. Наполеон решил сначала разбить объединенные войска Блюхера и Бернадота. Он вышел к ним в направлении Лейпцига, оставив в Дрездене гарнизон. Однако Блюхер уклонился от боя. Согласно плану он и не должен был сражаться с Наполеоном в одиночку. На великого полководца предполагалось нападать объединенными силами всех трех армий. Собираться вместе они начали под Лейпцигом в середине октября. Бонапарт искал решающей битвы, во время которой он смог бы в полной мере проявить свой полководческий талант, как он любил делать. Но в этот раз он переоценил свои возможности. Союзники сконцентрировали на поле боя к 15 октября 200 тысяч человек. Наполеон имел в распоряжении 160-200 тысяч. Но к союзникам должны были еще подойти подкрепления, в частности, задерживалась Северная Армия Бернадота. Так что на третий день сражения у них уже было около 350 тысяч, а превосходство в артиллерии стало двукратным (1400 орудий против 700).
 
Наполеон расположил свои войска вокруг Лейпцига с трех сторон: северной, западной и южной. Причем на юге находились основные силы, что в целом соответствовало диспозиции противника. Командующий Богемской Армией Фельдмаршал Шварценберг, предложил обойти французов с юго-западной стороны, пробившись через Конневиц, и выйти на центральную дорогу. Однако местность была сложная для прохода – там сливались вместе несколько рек, образовывая топкие болота. Поэтому Богемская Армия разделилась. Командование главными силами отдали русскому генералу Барклаю-де-Толи, который должен был наступать с юго-востока. А Шварценберг с 35 тысячами мог попытаться выполнить свой изначальный план.
 
Утром 16 октября объединенная русско-прусская армия к югу от города артиллерийским огнем начала Битву при Лейпциге. Через некоторое время не без труда удалось захватить деревню Марклеберг (с четвертого раза), деревню Вахау и Либертвольквиц. Это всё – не доходя до Конневица. Причем Вахау вскоре была оставлена из-за мощного артобстрела со стороны французов. А бои на улицах Либертвольквица были настолько тяжелыми и кровопролитными, что истощили войска, и в итоге оттуда тоже пришлось уйти. Между тем, и фельдмаршал Шварценберг ничего не добился на юго-западном направлении. Да и на западе в районе Лиденау Австрийская Армия под командованием Дьюлаи не смогла продемонстрировать каких-либо результатов. Наступление союзников стало выдыхаться. И около трех часов дня Наполеон перешел в контратаку. Впрочем, его попытка пробить вражеский фронт в районе Вахау также не увенчалась успехом. В битвах на этом направлении стала очевидна важность позиций на Гюльденгоссе, находящейся южнее Вахау. Для их усиления Шварценберг послал дополнительные отряды. Тем временем, на севере от города Силезская Армия Блюхера, воспользовавшись наполеоновским контрнаступлением и перегруппировкой войск, смогла-таки прорвать французский фронт, захватив деревню Видерич. Но произошло это уже ближе к вечеру. Потери были большие. И сражение постепенно затихло.
 
На следующий день Блюхер сумел развить свой успех и занял еще несколько деревень: в частности, Ойтрич (Eutritzsch) и Голис. Таким образом, Силезская Армия, оттеснив французские войска, вплотную подошла к Лейпцигу. Но на других направлениях серьезных боевых действий не велось. К союзникам должен был прибыть корпус Беннигсена и Северная Армия Бернадота – в общей сложности более 100 тысяч человек. Наполеон осознавал, что время работает против него. Он послал сообщение об условиях заключения перемирия. Эти условия предполагали на удивление большие уступки: отказ от Голландии, Варшавского Герцогства, Италии, Испании и даже роспуск Рейнского Союза. Великий полководец требовал только вернуть захваченные англичанами колонии. Англичане в небольшом количестве в союзной армии присутствовали. На самом деле представители дождливого Лондона сопровождали и Кутузова при вторжении Наполеона в Россию. Что же касается нынешней ситуации, то союзники решили, что великий полководец почувствовал уязвимость собственного положения, и потому пошел на компромисс. Это отчасти было правдой. А, если так – то, значит, нужно было добивать.
 
В ночь на 18 октября Наполеон оставил прежние позиции и на всех направлениях отошел поближе к городу, таким образом, сузив кольцо обороны. К тому моменту он располагал примерно 150 000 боеспособных солдат. Союзники с учетом прибывших подкреплений имели численное превосходство, как минимум, в два раза. Они окружили французские войска почти со всех направлений, но сильнее всего с юга, востока и северо-востока. Наступление началось в 7 часов утра. Однако оно было не слишком хорошо скоординировано, поэтому сопровождалось некоторыми трудностями и большими потерями. Сперва на юге были взяты населенные пункты Дёлиц, Дёзен и Лёсниг. Удалось захватить даже Конневиц, о котором так мечтал фельдмаршал Шварценберг. Но маршал Удино сумел отбить этот город и отбросить союзные войска обратно. Ожесточенные бои развернулись за Пробстхайдер (чуть восточнее Конневица), который штурмовал Барклай-де-Толи. С обеих сторон были привлечены крупные артиллерийские силы. Но союзники не сумели пробить оборону элитных гвардейских частей. С востока после полудня в наступление перешли войска Беннигсена и Северная Армия Бернадота. Бывший французский маршал и нынешний кронпринц с большой неохотой посылал в атаку свои шведские отряды (берег силы для будущего захвата Норвегии). Тем не менее, удалось занять Паунсдорф, Хольцхаузен и Цукенхаузен. Здесь англичанами были использованы ракеты Конгрива. На севере также обнаружились успехи – был занят близко расположенный к Лейпцигу Шёнефельд (с.-в.). А вот затем для великого полководца произошло нечто страшное. На сторону союзников перебежали саксонцы, вюртембергцы и баденцы, примерно 15-20 тысяч человек. В итоге чаша весов окончательно склонилась не в пользу Наполеона. И к вечеру на северо-восточном направлении сложилась просто критическая ситуация – неприятель уже подступал к самому Лейпцигу. При этом боеприпасы были по большей части израсходованы. Только опустившиеся на поле боя сумерки смогли предотвратить разгром французской армии. Но сопротивляться сил уже не было. Поэтому ночью началось отступление в юго-западном направлении на Вайсенфельс.
 
Утро 19 октября выдалось туманным. Окутанные его густой пеленой французские войска спешно уходили из города. Маршал Ней и генерал Лористон обеспечивали прикрытие. Но ни союзники, ни сам Наполеон не были готовы к такому повороту событий. Первые не знали, что делать. А вторые знали, но не очень понимали – как именно. Необходимо было бежать. А вот как раз этот сценарий Наполеон и не продумал. Король Саксонии Фридрих Август I запросил о мире. Но к тому времени его дворец уже штурмовали русские войска. Они наседали с севера. А пруссаки с востока ломились в Гриммские Ворота. Сам великий полководец кое-как сумел выбраться из Лейпцига. Среди его солдат, оставшихся в городе, царила паника. Многие генералы и маршалы попали в плен или погибли в ожесточенных уличных боях. В неразберихе сапёры взорвали один из мостов, по которому еще должны были пройти 20 тысяч солдат. Но им уже не суждено было отступить. К полудню Лейпциг был полностью захвачен.
 
Последствия сражения были огромны. Наполеон фактически впервые потерпел крупное поражение. Его власть была подорвана. И Рейнский Союз тут же затрещал по швам. Вскоре из него вышла Бавария, присоединившись к Шестой Коалиции. А король Вестфалии – Жером Бонапарт, младший брат Наполеона – вынужден был бежать во Францию. С учетом измены саксонских, вюртембергских и баденских войск дальнейшее сохранение Союза смысла уже не имело. Чуть больше, чем через месяц, он официально был распущен. Его государства повернули свое оружие на Париж. В самой Пруссии начали активно сдаваться французские гарнизоны. Маршал Сен-Сир оставил Дрезден, в котором находилось множество припасов. Постреволюционеры также уходили из Нидерландов. Только в Гамбурге маршал Даву еще пытался отчаянно сопротивляться. Но всем уже было понятно: Наполеоновская Империя перестала существовать.
 
Под стать событию были и потери на поле боя. Сражение под Лейпцигом стало самым крупным не только во всей череде Наполеоновских Войн, но, похоже, и во всем 19 веке. В нем участвовало множество наций: французы, итальянцы, поляки, немцы, русские, англичане. Поэтому его еще называют Битвой Народов. Союзники потеряли за четыре дня около 54 тысяч убитыми и раненными. Бонапарт потерял около 40 тысяч убитыми и ранеными, еще около 30-40 тысяч попало в плен.
 
Сам великий полководец с арьергардными боями отступил на юго-запад, сначала к Вайсенфельсу, а затем и к Франкфурту. Его преследовали австро-баварские войска под командованием баварского князя Вреде. В паре десятков километров от Франкфурта у городка Ханау они преградили Наполеону путь. Вреде располагал 43 тысячами солдат. Он собирался сдерживать французов до тех пор, пока не подоспеют более крупные силы союзников. Бонапарт на момент 30 октября имел 17 тысяч. Еще чуть более 40 тысяч шли позади. Австро-баварские войска стояли на северном берегу речки Кинциг, которая в свою очередь протекает севернее Ханау. Французы, воспользовавшись прикрытием леса, подвели артиллерию, и под ее мощным огнем атаковали неприятеля – сначала кавалерийскими частями, затем пехотными. Австрийцы и баварцы по двум мостам отступили в город, и заняли новые позиции. На следующий день, 31 октября, Наполеон выбил отряды Вреде из самого города. Французы контролировали мосты, пока их обозы проходили дорогой на Франкфурт. Когда большая часть обозов уже прошла – Вреде предпринял контратаку, но ничего не добился. Наполеон вошел во Франкфурт в этот же день. Его потери составили от 5 до 15 тысяч. Вреде потерял около 9 тысяч человек. Через пару дней великий полководец перешел Рейн. А 5 ноября к реке подошли союзники. Они остановились, чтобы дать передохнуть своим войскам и собраться с силами. Немецкие земли были по большей части освобождены. За рекой уже находилась, собственно, Франция.
 
До конца года союзники выдавили французов из всех стран, которые умудрился подчинить себе Наполеон. Северная Армия Бернадота в декабре вошла в Данию. Та не имела возможности долго сопротивляться. Уже в январе 1814 г. был заключен Кильский Договор. Он завершал войну с Великобританией, а также предусматривал передачу Швеции Норвегии взамен Шведской Померании на континенте (последняя за деньги будет отдана Пруссии в 1816 г.). Норвегия, правда, возмутилась тем, что ее передают сюда-туда из рук в руки, как будто она вещь какая-нибудь. Прошла маленькая Шведско-Норвежская Войнушка. Но это уже мало кого интересовало. Союзники также вошли в Нидерланды, и там поднялось народное восстание против наполеоновской оккупации. В общем, отовсюду французов повыгоняли. Это потому, что они предали революционные идеи, и вместо либерализма начали утверждать империализм. За это их Всевидящее Око и покарало.
 
А что там у нас на Пиренейском Полуострове?
 
А там французский оккупационный контингент чувствовал себя все более и более неуверенно. После получения новостей об уничтожении в России Великой Армии надежды на подкрепления из Парижа растаяли, как неожиданно выпавший в июне снег. Меж тем, Веллингтон усилил свои объединенные англо-португальские войска до 80 тысяч. Ему готовы были помочь 50 тысяч солдат испанской регулярной армии, а также множество гверильясов, которые продолжали портить жизнь постреволюционерам. Гнездящийся в Мадриде Жозеф Бонапарт на момент вторжения своего братца в Россию располагал довольно внушительными силами – примерно 300-400 тысячами человек. Но они были раскиданы по всей стране, и часть из них была занята борьбой с партизанами, что отнимало много ресурсов. Поэтому когда Веллингтон в начале 1813 г. снова пересек границу и пошел в наступление – Жозефчик благоразумно предпочел оставить испанскую столицу и отошел на северо-восток, поближе к родной Франции, в город Витория. Однако обозы тащились медленно. И в июне Веллингтон Жозефчика догнал. Французы, имея в своем распоряжении 60-70 тысяч солдат, защищали подходы к городу, который являлся крупным дорожным узлом. Войска расположились в предместьях на южном берегу речки Саддора. Им предстояло обороняться против 82-тысячной объединенной англо-португало-испанской армии. Артур Уэлсли разделил свои силы на несколько больших колонн. Генералу Грэхэму, командовавшему левым флангом, он поручил отрезать врагу путь на северный Бильбао, а, затем и во французскую Байону. Тем временем, генерал Хилл, командовавший правым флангом, должен был занять южные высоты Пуэбло и зайти противнику в тыл. Центральной колонной командовал сам Веллингтон. Битва началась утром 21 июня. И на левом, и на правом фланге удалось достичь определенных результатов. Но успешнее всех была центральная колонна Уэлсли, которая отбросила французов на вторую линию обороны, прогнав их из деревни Ариньез. Во время второй атаки британская кавалерия смогла прорваться в тыл противника, после чего армия Жозефа оказалась окончательно дезорганизована. Началось всеобщее отступление к городу. Но улицы Витории были настолько забиты повозками с вещами, что войскам пришлось идти в обход, используя не самую лучшую восточную дорогу на Памплону. В итоге французы потеряли 8 тысяч человек, а также всю артиллерию и множество драгоценностей, включая сундук с деньгами. Веллингтон потерял около 5000 солдат. Но его войска занялись грабежом, обозов, поэтому полного разгрома не получилось, и противнику удалось уйти.
 
Тем не менее, было положено начало изгнанию французов с Пиренейского Полуострова. Если первая половина 1813 г. характеризовалась сравнительно небольшими битвами, то поражение Жозефа под Виторией стало по-настоящему крупным событием. После этого англичане принялись выбивать наполеоновских генералов из каждого города. И буквально через несколько дней оккупанты вынуждены были уйти из Бильбао. Причем вместе с французами к границе бежали также и лояльные Бонапартам испанцы. Так что отступление стало напоминать эвакуацию. Памплона уже 26 июня находилась в осаде. А 7 июля был осажден прибрежный город Сан-Себастьян. К концу месяца французы, кроме тех, что сидели в блокированных городах, фактически были вытеснены за пределы Испании. Наполеон поставил нового главнокомандующего – маршала Сульта – и приказал ему исправить ситуацию.
 
Сульт собрал остатки разбитых войск и соединил их в одну новую армию численностью 80 тысяч человек. Вместе с резервами в городе Байона, а также в устье реки Бидасоа он располагал примерно 100 тысячами бойцов. Но не все они должны были принять участие в сражениях. Сульту предстояло сначала преодолеть Пиренейские Горы, а затем деблокировать Памплону и Сан-Себастьян. 21-тысячный корпус графа Д’Эрлона должен был занять Перевал Майя  на севере границы. А 40-тысячная армия генерала Рейли (Рея) – Перевал Ронсеваль на юго-востоке. В свою очередь Артур Уэлсли растянул  войска по всей приграничной полосе. Он, естественно, ожидал нападения и особенно следил за перевалами. Но в итоге не уследил.
 
Французы после перехода через Майя и Ронсеваль должны были соединиться у Памплоны, чтобы общими силами освободить своих товарищей сначала в этом городе, а затем в Сан-Себастьяне. Для графа Д’Эрлона это означало также дополнительный переход через Перевал Велат на юге. Одновременное наступление двух отрядов началось 25 июля. И, в общем-то, обоим удалось добиться на своих направлениях определенного успеха: с боями оттеснить британцев и занять перевалы. Однако дальнейшее продвижение было трудным. Веллингтон, хоть и допустил прорыв противника, но все же сумел собрать войска у деревни Сорорен (Сораурен), окруженной Пиренейскими Горами и расположенной на севере от Памплоны. Здесь 27-31 июля состоялось в некотором роде генеральное сражение. Французам так и не удалось пробиться дальше на юг. Потеряв 4000 человек убитыми и раненными, Сульт вынужден был отступить обратно. Уходил он долиной реки Бидасоа, и 2 августа пересек испано-французскую границу. Всего с 25 июля он потерял около 12,5 тысяч убитыми и раненными – вдвое больше Веллингтона. А все его неудачное наступление с последующим отступлением так и называется – Битва при Пиренеях.
 
Через месяц маршал Сульт повторил свою попытку пробиться на испанскую территорию. В этот раз со стороны побережья вблизи устья реки Бидасоа. Поначалу атака развивалась успешно. Его 18-тысячный корпус принялся форсировать реку и даже сумел захватить приграничный город Ирун. Однако дальнейшее продвижение было затруднено особенностью местности. Переход водной преграды расстроил боевые порядки. А в это время испанский генерал Мануэль Фрейре оперативно занял господствующие высоты и сумел отбросить французов обратно. Сульт, потеряв 4000 убитыми и раненными, снова вынужден был отступить. Причем во время этого отступления началась гроза, и 10 тысяч солдат из-за разлившихся вод Бидасоа вынуждены были пройти вверх по реке, чтобы воспользоваться мостом в Вере. Этот мост охранялся британским отрядом из 70 человек. И пока шел дождь, он вполне успешно сдерживал французов, у которых промокли мушкеты и порох (сами британцы находились в укрытии). Только утром 1 сентября, когда дождь прекратился, постреволюционеры смогли прорваться в свою постреволюционную Францию. На этом попытки Сульта изменить ситуацию в Испании закончились. Французская армия больше не могла ничего сделать. Тем более что 31 августа английский генерал Томас Грэхэм осуществил штурм Сан-Себастьяна и, в конце концов, сумел захватить город. Правда, гарнизон укрылся в крепости на холме. Но к 8 сентября, видя свое безвыходное положение, он принял решение сдаться. Эта победа англичан была омрачена разграблением города и насилием, которое они устроили, добравшись до винных погребов.
 
К началу октября Веллингтон уже готов был сам перейти границу и напасть на Сульта. Как и полагается настоящему англичанину, он тщательно спланировал свою операцию. Сульт ошибочно думал, что его позиции естественным образом лучше всего защищены в устье реки Бидасоа. Поэтому основные войска он разместил вверх по течению. Однако Веллингтон, пообщавшись с местными рыбаками, выяснил, что именно в устье во время отлива глубина реки в некоторых местах составляет всего 1,2 метра. Ближайший отлив должен был наблюдаться 7 октября. В этот день на территории Наполеоновской Франции торжественно открылся второй фронт. Ленточек и шариков не было. Но зато салюта было в избытке. Пока одна дивизия Генри Клинтона совершала обманный манёвр, продвигаясь по Перевалу Майя – главные силы Артура Уэлсли перешли реку северо-западнее в районе Бехоби. Они довольно быстро захватили город Андай и гору Ларрун. Конечно же, маршал Сульт успел осознать свою ошибку, но, к счастью, не успел отреагировать. Британцы, португальцы и злые испанцы – общей численностью в 89 тысяч человек – принялись шастать по французской земле, чувствуя себя, как дома. Только решительные меры Веллингтона защитили местных жителей от разграбления.
 
Примерно через три недели в самой Испании сдалась осажденная Памплона. Солдаты гарнизона страдали от голода и уже начинали травиться корнями ядовитых растений. Сопротивляться дальше не имело смысла, и 1 ноября французы вышли из города, сложив оружие. Таким образом, страна была полностью освобождена от наполеоновских оккупантов. И Веллингтон мог дополнительно усилить свою наступающую во Франции армию. Сульт за месяц успел добежать лишь до речки Нивель, в устье которой располагается город Сен-Жан-де-Люз (на берегу моря). Маршал растянул свое 60-тысячное войско чуть ли не по всему руслу. И Артур Уэлсли готовился в каком-нибудь удобном месте прорвать его оборону. На рассвете 10 ноября состоялось сражение. Британо-португало-испанская армия захватила мост в Амоце, разрезав силы противника надвое. Потеряв более 4350 человек убитыми и раненными, Сульт вынужден был бежать дальше.
 
К декабрю Веллингтон допинал маршала Сульта до Байоны – того самого французского города, в котором Наполеон принудил королевскую семью и всех ее любовников подписать отречение от трона. Байона стоит в устье сравнительно крупной реки Адур, впадающей в море. На западе – побережье Бискайского Залива. А на востоке – еще одна речка под названием Нив, которая течет перпендикулярно Адуру. Веллингтону было необходимо захватить сам город и затем форсировать Адур. Он решился разделить свои силы: левое крыло расположил на западе от Нив, а правое – на востоке. Это было весьма опасно, и обычно такие действия богами войны наказывались. Две группировки, отделенные друг от друга водной преградой, не могли в случае чего придти друг другу на помощь. А Сульт имел возможность быстро перебрасывать свои войска по улицам города, и был способен разбить армию противника по частям. Тем более что силы были примерно равны: 62 тысячи у Сульта и 64 тысячи у Веллингтона. Видимо, поэтому руководство обеими крыльями Веллингтон поручил своим генералам: Джон Хоул командовал западным крылом, Роланд Хилл – восточным. А сам Уэлсли командовал резервом. Сражение началось 9 декабря. И два дня шли достаточно упорные бои. Причем во второй день Сульт перешел в контратаку. Но какого-то существенного результата ни одна из сторон не достигла. Только ночью два батальона Сульта – голландский и франкфуртский – узнав о поражении Наполеона под Лейпцигом, перебежали к британцам. Еще один батальон из Бадена пришлось на всякий случай разоружить. Таким образом, армия Сульта сократилась, а Веллингтона –  увеличилась. Но в течение следующих двух дней активных боевых действий не предпринималось. А вот 12 декабря боги войны пробудились и, раздраженные рискованным манёвром Веллингтона, решили его покарать. В районе Вильфранка понтонный мост между западным и восточным берегом Нив неожиданно смыло течением. Сульт, не долго думая, сконцентрировал войска на востоке и бодренько направился громить корпус Роланда Хилла. То есть произошло именно то, что обычно происходит в таких случаях. Генерал Хилл держался молодцом и несколько часов стойко отражал атаки неприятеля, который в три раза превосходил его собственные войска. Но потом подоспел Веллингтон со своим резервом. И французы отказались дальше вести боевые действия. Сульт вынужден был отступить, понеся к тому же потери большие, чем англичане. Похоже, что на стороне Артура Уэлсли какой-то особый бог войны оказался. А, может, и богиня даже. Неизвестно, чем они там занимались, но в последующие два месяца море штормило и шли проливные дожди. Только во второй половине февраля 1814 г. возобновились боевые действия.
 
Армия Сульта, защищающая юго-западные области империи, все больше и больше разлагалась. Веллингтон очень боялся, что поведение его собственных солдат может спровоцировать партизанскую войну. Поэтому жестко реагировал на любые случаи грабежа и насилия. Он даже отослал назад большинство испанских отрядов, чтобы избежать конфликтов с местным населением. Но, возможно, все это было излишним. Южные области Франции населяли баски. И они подвергались грабежам со стороны самих же французов. Хотя проблемой было не только нарушение дисциплины. Постреволюционеры все чаще отказывались воевать и просто начинали дезертировать. Вдобавок ко всему Наполеон отозвал у Сульта кое-какие отряды, ибо самому ему приходилось выстраивать оборону против союзников на другом конце страны.
 
В середине февраля Артур Уэлсли разделил свои войска на две части. Корпус Хоула пересек реку Адур с запада от Байоны и блокировал городской гарнизон. А сам Веллингтон погнался за Сультом, оттесняя его на восток. В итоге 27 февраля у города Ортез на реке Гав де По состоялось сражение. Превосходящими силами (44 тысячи против 36 тысяч) союзники разбили французов и принудили к отступлению, которое превратилось в беспорядочное бегство. Дальше Сульту предстояло определиться с путями отхода: идти далеко на север к Бордо, имеющему выход к морю, или же продолжать продвигаться восточным направлением к Тулузе. Сначала он пошел на Сен-Север, видимо, выбрав первый вариант, но затем резко повернул на восток. Это немного смутило Веллингтона. Впрочем, тот пребывал в состоянии смущения недолго. Он снова разделил войска, отправив Уильяма Бересфорда с двумя дивизиями на оккупацию Бордо, а сам погнался с основными силами за Сультом. В конце концов, он умудрился поймать обоих зайцев, причем одного прямо-таки за уши. Ну, точно ему какая-то богиня войны помогала.
 
Конечно, Уэлсли не разделял бы свои войска, если бы не учитывал всех рисков. В действительности он просто мог себе это позволить. Его армия получала подкрепления. И после вторжения во Францию она выросла до 100 тыс. человек. Сульт, даже соединившись с другими отрядами, покинувшими Испанию, ничем не мог скомпенсировать численное превосходство противника. Ему оставалось только бегать от Веллингтона и водить его кругами, не позволяя углубиться в центральные районы страны. Даже случаи, когда британцы испытывали какие-то затруднения с форсированием рек, не удавалось полноценно использовать. В марте Бересфорд без особого труда захватил Бордо. А после этого присоединился к Уэлсли в погоне за Сультом.
 
Французский маршал, добравшись в апреле до Тулузы, решил дать бой. Город испещрен реками (главной из которых является Гаронна), их притоками и каналами. Это обуславливает наличие множества мостов как в центре, так и в предместьях. Поэтому сражение 10-го числа проходило весьма ожесточенно. Испанские войска два раза были обращены французами в бегство. Англичанам в первый раз удалось вернуть их обратно в строй. Но во второй раз они, видимо, просто уже махнули рукой от усталости (пусть бегут). В конце концов, солдаты Веллингтона захватили ключевые высоты и вынудили французов запереться внутри города. На следующий день Сульт решил оставить Тулузу. Союзники вошли в нее утром 12 апреля.
 
Маршал Сульт мог бы и дальше бегать от объединенной британо-португало-испанской армии. Но вскоре из Парижа пришли новости, которым он поначалу не поверил. Удостоверившись все-таки в правдивости информации, он 17 апреля отдал приказ о полном прекращении боевых действий.


© Copyright: Максим Перфильев, 9 августа 2022

Регистрационный номер № 000298215

Поделиться с друзьями:

Циклы Кондратьева. Человечество Стоит на Пороге Глобальных Конфликтов, Мировых Войн и Революций. Ч.4
Предыдущее произведение в разделе:
Циклы Кондратьева. Человечество Стоит на Пороге Глобальных Конфликтов, Мировых Войн и Революций. Ч.6
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: 0 Голосов: 0
Комментарии (0)
Добавить комментарий

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий