Эссе и статьи

О ПЬЕСЕ А. АРБУЗОВА «ЖЕСТОКИЕ ИГРЫ»

Добавлено: 21 декабря 2021; Автор произведения:Лина Яковлева 589 просмотров
article295115.jpg

     В театре имени Моссовета осуществлена постановка спектакля по пьесе Алексея Арбузова «Жестокие игры».
     Я не видела спектакля. Но чем больше я смотрю и читаю интервью об этой постановке, тем больше копится у меня недоумение.
     Оказывается, постановщики и артисты долго гадали, почему пьеса называется «Жестокие игры». Спектакль определяют как «шок», «ожог». Судя по картинкам-фото со спектакля, герои в некоторых сценах предстают перед зрителями попросту в белье. У Арбузова нет таких сцен. Декорации спектакля включают лежащую на полу огромную ёлку, комлем повернутую к зрителю. У Арбузова предфинальные сцены изображают подготовку к празднованию Нового Года, и героиня пьесы Неля приносит в дом нормальную, обыкновенную ёлочку, которую друзья затем наряжают обыкновенными елочными игрушками, стремясь создать атмосферу весёлого сказочного праздника – как было в детстве у каждого из них…
     Трудно понять, почему и зачем постановщикам потребовалось всё перечисленное выше. Я не буду стараться отгадать эти загадки. Я обращусь не к спектаклю, а к тексту пьесы А. Арбузова, чтобы вместе с её автором поразмышлять над вопросами, поднятыми в пьесе.
     Пьеса создана в 1978 году. Сразу скажу, что существенной роли её «советское» происхождение не играет, разве что отдельные детали быта позволят постановщику воспроизвести на сцене реалии советской эпохи, но это не суть важно. Суть важно то, что она воспроизводит в качестве авторской позиции те взгляды, те моральные принципы и категории, которые всегда приветствовались и пропагандировались в любом нормальном человеческом обществе, центром морали и этики которого является воспитание добрых чувств и бережного отношения людей друг к другу. Проблемы, поставленные в ней, – из разряда «вечных». Речь идёт о рано пережитом предательстве и реакции на него, о доверии и обмане доверия, о дружбе, о любви и восприятии этого чувства разными людьми, о разных способах воспитания в семье, о том, как формируется у человека знание о жизни и людях, как приходит мудрость и понимание, что в жизни главное, и что – нет, без чего нельзя обойтись никому и никогда. И самое интересное, что все эти проблемы связаны со взаимоотношениями родителей и детей.
     Проблема «отцов и детей» в постановке её Арбузовым состоит не в появлении поколения эгоистичной молодёжи, равнодушной к родителям и ко всему в жизни, не в непонимании друг друга «детьми» и «отцами», а в недоверии «детей» к «отцам», спровоцированном самими «отцами», в ненужности детей своим родителям, в эгоизме родителей и в оставленности детей. Всё остальное у Арбузова – следствия родительского эгоизма. Вплоть до попыток вчерашнего ребёнка судить родителей в своём сердце и совершать опрометчивые поступки. Цепная реакция… И, подчеркну ещё раз, речь в пьесе – не о каком-либо «потерянном поколении» одиноких молодых людей, а о бездумной жизни некоторых весьма конкретных взрослых (независимо от эпохи, в которую они живут, и от принадлежности к тому или иному поколению), таких, которые своим образом жизни и приёмами воспитания отдаляют от себя детей, обрекая их на горечь переживаний и ошибок.
     Пьесе предпослан эпиграф:
     «Потом он подрос… Ходил на прогулку… и шел между нами, дав каждому ручку, зная, что мы поддержим и научим его уму-разуму, чувствуя нашу нежность и даже любовь...» (Эдвард Олби. Не боюсь Вирджинии Вулф).
     Этот эпиграф напрямую связан со смыслом пьесы, с авторскими представлениями о том, какой должна быть в идеале семья и как много значит для каждого её члена доверие друг к другу, а особенно – для ребёнка доверие к родителям и уверенность в их непрестанной любви, заботе, поддержке, тепле и родственности по отношению к ребёнку.
     Уверенность в том, что его папа и мама никогда его не бросят, что они – сильные, заботливые, умные, добрые люди, любящие его, способные всегда защитить его и дать нужный совет, свойственна каждому ребёнку. До тех пор, пока он однажды не убедится в обратном и не ощутит себя обманутым и брошенным. Слава Богу, это приходится пережить не всем.
     Способы предать различны, но объединены самим предательством. Оно всегда жестоко. Тяжки страдания преданного, тяжки обычно и последствия перенесённого страдания.
     Откуда в названии пьесы взялось слово «игры»?
     Игра, игрушки – это то, что предлагается детям сначала их родителями. Родители покупают игрушки, учат ребёнка играть, играют с ним, рассказывают сказки. В последующих своих действиях – пока что игровых – ребёнок следует примеру взрослых, подражает родителям, а потом уже придумывает свои игры.
С течением времени игры и игрушки меняются, приспосабливаются к новым потребностям. Возраст играющих диктует специфику игр. В новом значении – забав, занятий, тех событий, которые требуются человеку для того, чтобы потешить себя, усладить свою натуру.
      Играющий всегда ведёт себя как ребёнок, не правда ли? Сама способность играть характеризует человека как сохранившего в себе детскость. В детстве человек увлекается, стремится к тому, чтобы игра доставила ему удовольствие. Ради игры он забывает обо всём, о делах и вещах серьёзных. В детстве человек не знает жизни, для него жизнь – то, что с ним происходит в данный момент. Игра, например.
     Взрослея, человек обретает способность здраво судить о сущем, анализировать и контролировать свои действия, соотносить свои потребности и интересы с таковыми у окружающих, порой жертвовать своими потребностями и интересами ради других людей. У него формируется чувство долга. Его действиями начинают руководить рассудок, любовь к близким, ответственность.
     Так ли? Во всяком случае, всегда ли так?
     В пьесе слово «игра» употребляется в тексте (в репликах определённых персонажей, что важно) по отношению к девушке Неле. «Брось игры, а то убьёшься», – говорит ей Маша Земцова. Но тут же оказывается, что характеристику играющего человека относит она и к себе.
«М а ш а. Понятно. Всё играем, играем — наиграться никак не можем.
Н е л я. Вы о ком?
М а ш а. О себе тоже».
И она же – о себе:
«М а ш а. Закончились игры. Начудила я в жизни, хватит»…
Маше Земцовой 39 лет.
     Так персонаж-взрослый в арбузовской пьесе сам переносит понятие играющего на себя. Это важно взять на заметку…
     Собственно, в пьесе нет детей, если иметь в виду возраст ( за исключением крохотули Леси Земцовой, которая не играет в сюжете самостоятельной роли). Здесь действуют молодые люди: парни 20 и девушки 18 и 19 лет.
     Поначалу именно они производят впечатление жестоких, бессердечных, равнодушных к окружающим людей.
     Кай Леонидов живёт одиноко, уходит из вуза, пытается развить в себе способности художника.
     Терентий Константинов, ушедший из дома, отвергает попытки отца вернуть сына и расположить его к себе.
     Никита Лихачёв пользуется благосклонностью девушек, крутит романы, не думая о чувствах и о будущем своих пассий.
     Провинциалка Неля уходит из дома, меняет пристанища, становится любовницей Никиты, уезжает в Сибирь, похищает маленькую дочку Земцовых, является с ней опять в Москву, где у неё нет ни дома, ни родных, ни средств к существованию; простужает девочку в дороге…
     Но постепенно мы узнаём их совсем с другой стороны. А главное, узнаём то, что объединяет всех этих молодых людей пережитое каждым их них в детстве или в юности предательство взрослых. И не каких-нибудь посторонних им людей, а их собственных родителей.
     Кай даёт приют в своей квартире оказавшейся бесприютной провинциалке Неле. Не требуя с неё денежной платы и отказываясь от платы «натурой», предложенной самою Нелей. Он даёт в своей квартире возможность отцу Терентия для встреч с сыном. Он собирает и принимает у себя своих друзей со всеми их бедами и проблемами. Он вызывает Никиту к себе, когда у него вновь, через год, появляется Неля, приехавшая с маленьким ребёнком: он оставляет Никиту и Нелю в Новый Год наедине в своей квартире, понимая, что им нужно снова найти путь друг к другу.
     Терентий предлагает вернувшейся с ребёнком Неле выйти за него замуж – стремится облегчить её долю. Жалея отца, он всё-таки возвратится к нему.
     Никита тревожится об исчезнувшей Неле и рад оказаться отцом её ребёнка. Его оскорбляет отрицание Нелей его отцовства и нежелание сказать, «кто он» – тот, «другой»… "Другого", между прочим, не было. Только позже узнает это Никита, как и то, что привезённый Нелей ребёнок — это дочка Миши и Маши Земцовых. 
     А ещё мы узнаём о молодых людях следующее.
«К а й (в отчаянии).… Какие мы были счастливые в детстве. Разве не помнишь… Новый год в нашем доме… Под елкой всегда лежали подарки… и отец показывал фокусы… и мама пела… Они так любили друг друга. И все было разрушено в один день! И когда она уехала, отец поглядел на меня и сказал: «Ты похож на свою мать, погляди в зеркало — точная копия!». И он отшвырнул меня в угол. Вот тогда все кончилось: я перестал любить всех. И мне никого не стало жалко. Я перестал любить всех».
     Безусловно, разводы часто встречаются в жизни. Но чем можно оправдать поступок отца Кая? Чем можно оправдать тот факт, что ни в жизни собственного отца, ни в новой семье матери Каю не нашлось места?
     А вот сцена прихода к Каю отчима:
«В дверях показывается Олег Павлович, ему сорок три года, но он моложав на вид, а кроме того, чисто выбрит, свеж, доброжелателен.
О л е г  П а в л о в и ч. Не ожидал? (Весело.) А это я.
К а й. Добрый день, Олег Павлович.
О л е г  П а в л о в и ч. Все по-прежнему не закрываешь двери.
К а й. Чистая случайность, Олег Павлович.
О л е г  П а в л о в и ч. Ой ли? Шутник. Но пугайся не слишком: в Москве я всего на два дня. Зашел на несколько минут — в кабинете порыться надо, а ночевать у родителей буду, скучают старики.
К а й. Что поделаешь, Олег Павлович.
О л е г  П а в л о в и ч. Ну а ты как без нас? (Взглянул на девицу.) Все о'кей? На взгляд, ты, правда, не ахти. Много занимаешься?
К а й. День и ночь в трудах. (Кивнул на девицу.) К сессии готовимся.
О л е г  П а в л о в и ч. Ну… ни пуха ни пера.
К а й (вдруг резко крикнул). К черту!
О л е г  П а в л о в и ч (вздрогнул, затем улыбнулся). Звонко. Даже испугал. Значит, в институте все в порядке?
К а й. Нормально.
О л е г  П а в л о в и ч. Надя беспокоится, как ты без нас, часто во сне видит. (Ставит на стол пакет.) Вот здесь разные дары от нее. Развлекайся.
К а й. Весьма благодарен, Олег Павлович.
О л е г  П а в л о в и ч. Очень просила, чтобы я с тобой вечер провел, но у меня как-то нынче не складывается… Хотя на футбол мы могли бы пойти вместе...
К а й. Очень признателен, Олег Павлович. Но теперь я не хожу туда.
О л е г  П а в л о в и ч. Почему?
К а й (близко подошел к отчиму, очень серьезно). Перестал понимать, ради чего они все время отнимают мяч друг у друга.
О л е г  П а в л о в и ч (смущенно). Шутник. (Удаляется в соседнюю комнату.)
К а й. Ну как он? Впечатляет?
Д е в и ц а. Очень пиджак хорошо сшит. Он кто?
К а й. Юноша сорока трех. Женат на одной моей старой знакомой. Любовь с первого взгляда — представляешь? И вот все вокруг гибнет в пламени, и по утрам она готовит ему непрожаренные бифштексы, и он, не жуя, глотает кровавое мясо.
Д е в и ц а. Ты шиз.
К а й. Наверно. Но пиджак у него сшит по норме. А этот галстук немыслимо серого, адского цвета! И эта рубашка в чуть заметную крапинку! А еще так недавно, лет пятнадцать назад, он бесновался, видимо, на вечерах Евтушенко. О, что с тобой стало, гордое поколение Политехнического! Как яростно начищены теперь твои ботинки.
О л е г  П а в л о в и ч (возвращается). Все сошлось, то, что искал, обнаружено. Ну рад, что все у тебя в порядке. Смотри не забывай маму… (Радостно.) Кстати!.. Маразм все-таки дичайший… Письмо!.. Чуть не увез обратно в Исландию.
К а й (быстро распечатывает письмо). На машинке… (Повышая голос.) Оно напечатано на машинке!
О л е г  П а в л о в и ч (недоумевая). И что же?
К а й (не сразу). Все в порядке, Олег Павлович. Счастливого пути.
О л е г  П а в л о в и ч. Будь здоров, дорогой. (Целует его.) Учись хорошенько. (Весело кивнув девице.) Ариведерчи. (Уходит.)».
     Комментарии излишни… Уместно провести лишь одну параллель. Почему у персонажа такое странное имя: Кай? Он объясняет однажды: мама назвала Юликом. Кай Юлий Цезарь – известное всем сочетание имён одного из великих поры античности. Следовательно, "Кай" — самоироничный вариант "Юлика", наверняка придуманный самим подросшим Юликом. Но для нас важно другое: Каем звали и персонажа сказки Х. К. Андерсена «Снежная королева» – помните, мальчику в глаз попала льдинка от разбитого зеркала и дошла до сердца? Имя арбузовского персонажа подчёркивает «привнесённость» льда в его облик замороженного юноши – нет, не «отморозка», отнюдь… А ещё можно вспомнить слово "неприкаянный" — корень слова перекликается с именем молодого человека...
     История Терентия становится известна нам со слов его отца:
«К о н с т а н т и н о в. А вы его не осуждайте. Не стою того. Он у меня молчалив с детства: не рассказывал об отце в подробностях. А может, стоило.
Т е р е н т и й. Поздно теперь уж.
К о н с т а н т и н о в. А я скажу. Пил я нещадно. С пятилетнего возраста ночью на улицу выгонял. Он со страха в сарае рассвета ждал, только к утру на топчанчик свой прокрадывался. И в зимнее время не щадил. Жена вот не выдержала. Померла. Не то с горя, не то от кулаков моих. Они вон у меня какие. Глядите. Не зря слесарь. Вот тогда и он дом оставил. Проснулся я утром однажды, поглядел вокруг… один.
Взглянул на Терентия, тот налил себе водки в стакан. Выпил. Медленно опустился на колени. Его плечи вздрагивают.
Здоровы будьте. (Уходит.)».
     Не правда ли, история повторяется?
     А вот сведения о Никитиной семье:
«Н и к и т а. (Кричит.) Кай, Нелька спрашивает: почему мы приходим к тебе?
К а й. Никто не знает. Чушь какая-то.
Н и к и т а. В том-то и дело. Вот, например, я… хожу сюда, что, по существу, конечно, изумительно. У меня образцовая семья — уйма народа! — братья, сестры, племянники, родители. Даже прадедушка живет, между прочим, был террористом: убил какого-то губернатора. Словом, масса разнообразнейшего народа, и все живы, все здоровы, все перспективны.
Н е л я. Что же ты домой не стремишься?
Н и к и т а. А смысла не имеет. Все равно, кроме прадедушки, никого дома не застанешь. И обедают все в разное время.
Н е л я. Почему?
Н и к и т а. Потому что у нас бездельников нет, все делом заняты. Чертовски прогрессивные потому что. Мы даже неделями не видим друг друга. Однажды младшая сестра просыпается и говорит мне: слушай, парень, а как тебя зовут?
Н е л я (смеется). Выдумываешь.
Н и к и т а. Обобщаю. Мы летом иногда видимся. По воскресеньям. Вот тут и выясняется, что дела у всех идут отличнейшим образом».
      За занятостью старшего поколения и прочих обитателей Никитиного дома просматривается полное равнодушие друг к другу.
     Прошлое Нели выясняется в её разговоре с Мишей Земцовым, человеком доброй души, любящим мужем и отцом, самоотверженным врачом, знающим цену любви, дружбе, человеческому участию и доброму слову.
«Н е л я. Хотите, лучше я вам тихонько одна станцую? У меня такой номер есть, для знатоков, «Вышел гусь погулять» называется. Я еще в седьмом классе с ним выступала… Аккомпанемента нет, так что я сама подпевать буду. (Танцует свой несколько удивительный танец.) Ну вот в таком роде, дальше еще интереснее — только позабыла. После этого танца на меня многие с восхищением смотрели. (Задумалась.) Отец вот недоволен был — костюмчик порвал танцевальный, побил сильно… а мать на неделю без туфель заперла. Серьезные были люди. Очень меня воспитывали. Любили потому что — так они объясняли мне. Перечеркнули юность, в общем. А я радоваться хотела… Знаете, Миша, я с детства безумно радоваться хотела — чтобы погода была всегда хорошая и повсюду музыка играла, фестивали шли и шествия… И чтобы вокруг все были добрые, веселые и радовались друг дружке. А они все зачеркнули, следили неотступно. (Усмехнулась.) Недоследили только. Когда я уж в десятом классе была, уехали на неделю, одну оставили… Вот тогда я словно в бездну кинулась, все себе позволила… Не оглядываясь — назло им.
М и ш к а (негромко). А дальше что же?
Н е л я. А мало хорошего, в общем. Летом расплачиваться пришлось… После выпускных вскоре увезли меня… (Задумчиво.) Наверно, девочка должна была родиться. Не случилось — родители пресекли. Вот после всего и убежала из дома. (Вспыхнула.) Не стерпела несвободы.
М и ш к а. А парнишка твой?
Н е л я. Гуляет где-нибудь. Я, когда вещи собрала, к нему прибежала. Октябрь уж наступил, холода… «Бежим вместе», — говорю. А он мне отвечает весело в общем: «Уйди ты от меня...». Когда я эти слова вспоминаю, мне умереть хочется, Миша… (Повторяет.) «Уйди ты от меня...» Я на это часто потом наталкивалась. Ведь так поверить хочется, что есть настоящее: и нежность и дружба… А я живу, живу, живу, а так и не встречаю».
     Только в Кае, его друзьях да в Мише Земцове встретила Неля участие к себе, дружеское отношение и сердечность. Удивительно ли то, что именно к Каю и его друзьям вернулась она из своих новых скитаний и привезла похищенную дочку Земцовых?
     Да и сам поступок Нели, связанный с похищением Леси, получает у Арбузова логичную мотивацию. Весёлая жизнь "играющих людей" поглотила не только мать и отчима Кая Леонидова, но и Машу Земцову. Недаром Машу и отчима Кая объединяет мотив танцев. Танцорами идут они по жизни, хотя отчасти "под прикрытием" "деловитости" (Маша) и "требований суровой необходимости" (отъезд матери и отчима Кая в Исландию — "по работе").
     Маша не зря говорила о собственных «играх». Она, взрослая женщина, будучи старше Михаила, за которого вышла замуж, она, жена и мать, ощущает приоритет «дела» (она геолог), работы над семьёй и заботами о муже и о дочери; кроме того, она даже не скрывает от мужа увлечение другим мужчиной. После гибели Михаила она фактически перекладывает заботу о собственной дочери, не достигшей ещё года, на Нелю. Да, Маша выросла в детском доме; наверно, неоткуда было возникнуть чувству семьи и пониманию долга семейного человека – жены, матери, хранительницы очага. Но любовь? Но материнство? Неля сочла Лесю сиротой и, сама испытав горечь от отсутствия родительского тепла, не захотела такой же участи для девочки, к которой привязалась и которая была дочкой Миши, памятью о нём и его щедром сердце. Уж что-что, а любовь и заботу она могла обеспечить девочке, хотя и труднейшую судьбу – тоже…
     Может быть, и можно пройти по жизни, танцуя и ИГРАЯ, но расплата настигнет — рано или поздно.
     Характерно объяснение Нели с приехавшей вслед за ней в Москву Машей:
«Н е л я (тихо). Вы ее оставили… бросили просто. Я считала, не нужна она вам.
М а ш а. Вдумайся, что говоришь-то? (Помолчав.) На что рассчитывала?
Н е л я (беспомощно). Я думала… а вдруг вы меня не найдете.
М а ш а. Нашла. Не поленилась. (Пристально смотрит на нее.) Бессердечная ведь ты.
Н е л я. А я полагала, вы бессердечная»…
      «Бессердечная» Неля берёт на себя все хозяйственные заботы и хлопоты в квартире Кая, готовит, убирает, бегает за продуктами, ласково зовёт Терентия "Тёрочкой", Никиту "Бубенчиком",  а Кая почему-то "Лодочкой"; участливо относится к отцу Терентия, именуя его дядей Серёжей, и благодарно принимает из его рук подарки для Терентия, к которым тот относится с прохладцей. «Разве не великое счастье, что тебя такой человек полюбит, как Миша?», – говорит она Маше, вспоминая Михаила, и слова её звучат упрёком Земцовой. –  «За что другим счастье, а мне беда и обман? Уж так разве я вас хуже? Я добрая. Заботливая...». Её потянуло к смешливому Никите, но ей не хочется любви-подачки, любви на час, ей хочется семьи, верности и счастья. «От кого она Москву покинула — вникал? – упрекает Никиту Терентий. – Она веселая была… Как ласточка… Заботилась о нас обо всех. Радостью была. Ее Кай пальцем не тронул. А ты?.. Все дрожал: ребенка она тебе родит. А она, может, с ним сейчас Бог знает где бедствует. Ты когда узнавать о ней решился? Приснилась она ему, видишь ли… Ты добрый… Ты очень у нас добрый, если это нетрудно тебе».
     «Жил в расчете на чудо… Надеялся — кто-то придет, явится, возникнет… и я поделюсь, – оправдывается Никита. – Никто не явился. Незачем! А любимая семья? Ха-ха!.. Они души во мне не чаяли, если у них было на это свободное время. С детства был предназначен на первые роли! Я и тени сомнения у них не вызывал — настолько они были заняты собой». Много приходится ему передумать, чтобы начать понимать, что в Неле ему послано то чудо и то счастье, о которых он мечтал. И понять это ему помогают друзья – Кай и Терентий.
     Молодые люди сами преодолевают жизнь, сами, на своём опыте, познают цену ошибок и заблуждений. Оказавшись без дружеской помощи, заботы и поддержки со стороны родителей, они трепыхаются в этой жизни сами, упрямо ища любви и дружбы, участия и заботы, храня это в собственных сердцах и делясь с теми, кому это нужно. Они рвутся к родственности и семье, и находят всё это лишь друг в друге. Они ненавидят равнодушие и бессердечие и совершают опрометчивые, но объяснимые шаги в борьбе против эгоизма и жестокого равнодушия. Беда в том, что, по известной поговорке, «благими намерениями вымощена дорога в ад». Молодых людей «заносит»… Кай сознаётся, что когда-то убил кошку («потому, что она была похожа на одну женщину»). Как не догадаться, что речь идёт о его собственной матери, даже письмо сыну настучавшей на машинке… Неля ввергает в испытания сиротства и нищенства чужого ребёнка. А могло быть и хуже… Взрослыми были предложены им жестокие игры, в которых дети стали брошенными из равнодушия игрушками, и, по цепной реакции, они — дети — продолжают эти игры
, вовлекая в них чужие судьбы и жизни.
     Не всё потеряно, однако, хочет верить драматург. Взрослые, осознав вину и ответственность, делают шаги к сближению с детьми, познав растерянность и горечь отвергнутости собственным ребёнком. Опомнилась Маша, задним числом ощутив вину перед любившим её мужем, разыскала дочку. Остерегла от игр Нелю, и так уже обжёгшуюся на "веселье" и "танцах". Не надеется заслужить прощение сына Константинов, но упорно приходит к Каю хотя бы повидаться с Терентием. Только после публичного раскаяния отца сдаётся Терентий, пытается вновь поверить в возможность утраченного в детстве счастья и возвращается в родительский дом. Перед смертью всё-таки посылает жену на поиски дочери отец Нели, желая «простить» и «попросить прощения»: ведь, может быть, не будь тиранства вместо взаимопонимания со стороны родителей – не совершила бы ошибки Неля, рванувшаяся жить «в полную силу», когда случайно оказалась «на воле»; а поведи себя родители как старшие друзья и добрые советчики, то и, совершив ту ошибку, смогла бы она пережить её с гораздо меньшими потерями для себя и для семьи.
     Нелина мать разыскала дочкины следы в Москве, но уже не застала её здесь.
«М а т ь   Н е л и. Обиделась… За что — не пойму. Суетливая. (Помолчав.) Вот адресок оставляю, если узнаете о чем. (Передает записочку Никите.) Спасибо вам. (Идет к входной двери, открыла ее, на пороге.) Помирает, наверно, муж мой. Очень велел Леночку отыскать… «Хочу, — говорит, — простить ей все и сам прощения попрошу; только бы увидеть напоследки». Когда Леночка из дома ушла, проклял ее, не велел искать… Суровый человек был. Верующий. Может, как лучше хотел? А вышло — помыслить страшно. Что ее в жизни-то ждет?.. Простите… (Уходит.)»
      После смерти мужа она всё-таки нашла дочь. «Отец умер, мать домой вернуться просит», – слышим мы в от Нели в финальной сцене.
     Утраченное доверие восстанавливается с трудом…
     Верит ли автор пьесы в торжество добра и справедливости?
     Повороты судеб персонажей как будто свидетельствуют об этом. Но — не всех. Кай остаётся в прежнем положении и статусе. В Новогодье он покидает свою квартиру и уходит в ночь на улицу, любоваться светом, ёлкой и праздником в своём окне: в квартире у него Неля с Никитой… А он сам — по-прежнему только воскрешает в памяти "сказку детства", он всё ещё ждёт чуда. Несмотря на вечно открытые двери его квартиры, не родители вспоминают его и возвращаются к нему, а друзья, которых он согрел своей душой.
     Да и возможно ли чудо в его волшебном, сказочном статусе, то есть взявшееся ниоткуда, возникшее само по себе на радость жаждущему его человеку? Тем более — в настолько запущенных обстоятельствах "жестоких игр", в которые давно включились "дети", уже повзрослевшие в процессе этих "игр"? Вспомните, трое друзей и Неля собрались праздновать Новый Год, нарядив ёлочку, чтобы всё было "как в детстве". А праздник скомкан приездом Маши Земцовой, которая забирает дочку и не разрешает Неле даже проститься с Лесей. Жестокая реальность вторгается в сказку, придуманную Нелей.
     Выходит, творить чудо можно только собственными руками человеку самому? А как быть тогда с "классификацией" Нелиного поступка с Лесей? Не каждую сказку, следовательно, можно переносить в жизнь? А как отличить одну от другой? Как вывести свои поступки (совершённые в остром желании блага и чуда) за круг жестоких игр, или, иначе сказать, исключить их из жестоких игр?
     Что же такое воспитывается в семье — нормальной, доброй семье, — что потом ведёт человека по жизни и что далеко не всегда может сформироваться потом, уже за пределами этой семьи, если в детстве человек был её лишён или она была у него всего лишь чем-то вроде пародии на семью?
     Нормальное, здоровое видение вещей, поступков, представлений о жизни?
     Может быть. Всё-таки ведь удалось Каю сохранить в себе под видимостью "замороженности" доброе, тёплое сердце — не зря же вспоминает он о том, как они были счастливы в детстве, пока не рухнула семья… "А потом я перестал всех любить". Значит, дело в любви друг к другу, в подлинной, искренней любви, царящей в семье и согревающей всех членов семьи, — согревающей и формирующей отношение человека к миру и людям, поселяющей в нём подлинную теплоту души?
    То есть когда не играют в родителей и детей, в семью, в воспитание детей, а живут подлинной жизнью, ведомые тёплым, добрым, любящим сердцем, а родители к тому же  — ещё чувствами долга и ответственности (перед кем? перед собой? перед ребёнком?)?
     Тут есть над чем подумать...
     Можно не согласиться с арбузовским видением проблемы «отцов и детей». Но то, что драматург в качестве важнейшего предложил нам именно такой аспект этой проблемы – факт. Арбузов не касается проблем влияния на ребёнка со стороны школы, вуза, "улицы". Он занят проблемами семьи, он уверен, что начало всему в жизни человека кладётся в семье. Остальное — сопутствующее. 
     Выводы зритель должен делать сам, как и размышлять над предложенными ему вопросами.
     Нет в пьесе никакого одинокого и "потерянного" поколения молодёжи. Здесь поднята тема ответственности взрослых за своих детей; здесь показана взаимосвязь поступков конкретных «играющих» взрослых  с поступками их конкретных детей. А обобщены тут, так сказать, варианты игр: от «молодожёнов», откупившихся квартирой и финансами от ребёнка из первой семьи и не нашедших возможности вписать его в свою дальнейшую судьбу, до игры в сурового "добродетельного" родителя, не испытывающего потребности в доверии собственного ребёнка, в духовной близости с ним, в душевности, и не формирующего в нём этого доверия…
     Актуальна ли пьеса нынче? Безусловно.


© Copyright: Лина Яковлева, 21 декабря 2021

Регистрационный номер № 000295115

Поделиться с друзьями:

Предыдущее произведение в разделе:
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: 0 Голосов: 0
Комментарии (0)
Добавить комментарий

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий