Поэмы

СТРАННИК (мистическая фэнтази-баллада)

Добавлено: 25 января 2013; Автор произведения:Александр Николаев 913 просмотров
article8646.jpg

 

 

 

 

С Т Р А Н Н И К

(мистическая фэнтази-баллада)

ПРОЛОГ

ПРИЗРАЧНЫЙ ГОСТЬ

 

Восьмого призрачного гостя

Не ждал я в тишине пролеска.

Пришел он, белый свет чехвостя,

Незванно, как туман, без всплеска.

Из хмари, моросящей стыло,

Под крики сойки изумлённой,

Он криво усмехнулся: «Мило!

Ну и в кого ты так влюблённый?»

Не ожидал подобной встречи,

Ведь шел я в лес не к разговорам,

В холодный, заскорузлый вечер
Мне только грусть плела узоры.

И что ответить мне посланцу

Судьбы, туманной и безбрежной?

Что я, как мальчик с пыльным ранцем

Несу портфель девчонки нежной?

Я промолчал, и так всё ясно,

Да и ответ ему не нужен,

В глазах лишь полыхнуло красным

И голос захрипел, простужен.

«Ты столько лет искал ответы,

Кидая в ночь и сны вопросы,

Вот я пришел к тебе, но где ты?

Я здесь, а ты ушел за рОсы!

И вовсе не нужны советы,
Тебе решать, куда стремиться,
Ты сам себе даёшь обеты,
Лишь знай, по новой не родиться!

И не вернуть то, что случилось,

Ошибки не исправить, точно…»

Тропинка тихо заклубилась,

Белёсо так, так непорочно!

Я знаю, не вернуть утраты,
И прошлым жить не так приятно,

Готов удваивать затраты

И оплатить. Не безвозвратно

Ушли любовь и вдохновенье.

Я верю, всё ещё вернётся,

Пока сердечное веленье

Мечты, как парусник, коснётся.

Придут эмоций взрывы ярко,
Уже пришли, скажу точнее,

И телу снова стало жарко,

А тучи разбрелись, мрачнея.

И луч осенний, бледный, тонкий

Пробился сквозь веков завесу,

На шее озарил иконку

И зайчик устремился к лесу.

Погас, истаяв, взгляд пришельца,

А сам он обратился в птицу,

И бросил ввысь воронье тельце.

Вот он! Над памятью кружится…

Закат залился киноварью,

Пылает свет и гладит пятна,

И тот, кто стал небесной тварью,

Уже не прилетит обратно.

И ладно, рассмотрю, где небыль.

Он прав, советы мне ни к чёрту,

Пусть гаснет фиолетом небо,

Пойду вперёд, к мечте, упёрто!

Дела так призрачно творятся,

И было ль это всё, не знаю.

В душе своей бы разобраться,

В себе, от краю и до краю…

 

ГЛАВА 1

1

Вот, девятый мой призрак-странник,
Он в туман белый свет укутал,
Не враждебен тот маг-изгнанник,
Но меня до конца запутал.
Как бы я распрощался с прошлым,
И его беспробудным чванством,
А кувшин от той встречи горший,
Я наполнил до дна упрямством.
Не пытался, как все, быть смирным,
Под указкой чужой закрыться,
Если воин, то только мирный,
А не крот, чтоб в нору зарыться.
Но хрипит снова горло мехом,
Той гармошки, где листья прелы,
И с натужным недобрым смехом
Из бойниц его глаз бьют стрелы.
И не ластятся сны-приблуды,
И слова валунами трутся,
Тяжело и скрипуче чудо,
Только мысли, как тряпки, рвутся…

2
Он пришел неспроста сегодня,
Понял я, что-то там случилось,
В этом мире, немом, исподнем,
Связь с которым опять пробилась.
И поведал мне гость внезапный,
Что отмечен печатью древней
Путь во мгле, под еловой лапой,
Что писаньям замшелым внемлет.
И на этой дороге длинной,
Что стремится сквозь тьму пробиться,
Есть завет колдовской, старинный,
Ключ к двери, что должна открыться.
Дверь – портал меж двумя мирами,
Единицам дано коснуться,
И отмечен лишь я дарами,
Но во мне надо им проснуться.
Я не понял его, откуда
Вдруг взялись у меня таланты,
Не с рожденья ж, такое будет,
Просто так не даются гранты.
Странник честно сказал: «Не знаю»
Я поверил ему, иначе
Не пришел бы ко мне, как к краю,
Он и сам, видно, озадачен.

3
Забежала луна за тучу,
Лес вокруг стал ещё туманней,
Я в мозгах кашу баламучу,
Вот попал, ведь теперь я крайний…
Только надо ли мне всё это?
Отчего на душе так скверно?
И вдруг понял – Да, Да! Поэты

Для того рождены, наверно,
Чтоб не вирши слагать о Чуде
На уютном диване будней,
Не притащит никто на блюде
Им Мечту. Оттого паскудней
Стало мне. Пусть я малодушен,
И к комфорту привычка вяжет,
Мир вокруг невозможно скучен,
Случай мне мог не выпасть даже.
Шанс открыть что-то столь другое,
Что не видел ни в снах, ни в яви,
Раз Судьба мне сулит благое,
Упущу этот шанс едва ли…

4
Понял маг, что борьба с собою
У меня завершилась – сдался.
Красноту зачернили брови,
Голос вновь в голове раздался.
Лишь теперь понял я, что слышу
Все слова его запредельно,
И снесло откровенно крышу -
Точно, голос и рот раздельно.
«Мы, волхвы, маги древней Веры,
Не ушедшей, совсем, но скрытой,
Помнят нас лишь в берлогах беры,
И столбы кое-где зарыты.
Капищ старых, мощей всесильных
Не осталось почти на свете,
Только много камней могильных,
Над которыми стонет ветер».
Раскорячились сучья-руки,
Клюка в них, как змея, забилась,
В бестолковой, тягучей муке
Указала мне Путь, открылась!
Под еловой тяжёлой лапой,
В слабом синем дурном сияньи
(Стой, сказал я себе, не драпай!)
Я увидел кристалла грани…

5
Невозможно облечь словами,
Неземной он был, это ясно,
Между мёртвыми головами
Он смотрелся как ночь, ужасно.
Формы, чуждые восприятью,
Черно-красный, как преисподняя.
Не спешил он раскрыть объятья,
Словно глазом разил голодным.
Жаждет крови и искупленья,
Понял я - жертвоприношений,
Не услышит богов веленья,
Сам он бог, и ждёт подношений.
Что мне дать ему? Волхв качнулся:
«Не спеши, сам тебе покажет…
Лишь настроится…». Мир погнулся,
Вдруг пахнуло озоном даже…

6
Закачалось в глазах, вскружило,
Рябью тени костров завились,
Завертелось всё, закружилось,
Мысли все в голове забились.
Истекло время тёмных пятен,
Растеклось лужей стылой ртути,
Стон вокруг стал теперь понятен,
Растворилось всё в этой мути.
Наконец, прервалось круженье,
И воронка остановилась,
Непрестанное брызг движенье,
Словно снова в кристалл закрылось.
Отразилось в немом свеченьи,
Будто с самого дна колодца,
Чьё-то тёмное дуновенье,
И в душе начало колоться…

7

Всё пропало вокруг бесстрастно –

Тёмный лес, старый маг, круг света.

Чернота охватила властно,

Чувства все растерялись где-то.

Обнажились и вскрылись нервы,

Слепота привела к прозренью,

Догадался, что я не первый

Был сюда приведён к спасенью.

И те головы, что остались

Навсегда охранять – безумцы,

Что надеялись, не боялись,

Все безбожники, вольнодумцы.

Но не принял кристалл их муки,

Не прошли они тест-проверку,

В темноте оживали звуки,

Что на грани слышны, поверху…

Над сознаньем остались мысли,

Ни боязни, ни слёз, ни боли,

Будь что будет! Слова повисли.

От моей не зависит воли,

Примет этот незримый мастер

Мою душу и тело, или

Вдруг закончится мой фломастер,

Исписав краску всю, до пыли.

8

Заворочалось жерновами

Что-то грозное и большое,

Еле слышимыми словами,

И не ухом, скорей душою,

Прозвучал в глубине, как скрежет,

Как алмаз по стеклу, до жути,

Что мой слух, как бумагу, режет,

Тонкий стон, и пронзил до сути.

«Ты проверку прошёл», - бесстрастен

Металлический голос, давит,

Как машина. Как меч опасен,

Мою сущность огранкой правит.

Отпустило немного нервы,

Дрожь в руках уместилась даже,

А в глазах засверкали червы,

Из колоды сердец пропажа.

Стук в груди ощущаться начал,

Что пропал как бы, не был слышен,

Я уж думал, совсем утрачен.

Нет, курилка, живём и дышим!

9

Пред чистилищем этим строгим

Промелькнули года, как спицы,

И не знаю, кто эти боги,

Но пред ними я, как синица

У горы вышиной до неба,

Не взлететь, не успеть, не вскрикнуть.

Накрошите бедняжке хлеба,

Чтоб не смела потом и пикнуть.

Голос смолк, тишина раскрылась

Какофонией, треском вспышек.

То, что долго в коробке рылось

Черепной моей, молча вышло.

Ветви молний, блестя безбожно,

Озарили вновь лес и камень.

Исказилось всё невозможно,

Или мне изменяет память?

Но не тот это лес, уж точно!

Это парк, тут дорожки, клумбы,

Чисто всё и так непорочно,

Изваянья стоят на тумбах.

Сникли брызги и гром раскатов,

Просветлело, как свет включился.

И в лучах золотых заката

Я прозрением облучился...

10

Получилось, завет исполнен,

Старый мир не имеет власти

Надо мною теперь. Наполнен

Добротой новый мир. Запястье

Охватило нежданно что-то,

Что молочной рекой струилось,

Как холодный туман с болота,

А потом камнем обратилось.

Тёмно-красный браслет опутал

Мою руку, зажав до боли,

Мысли снова смешал, запутал,

Но не в силах лишить он воли.

Да, тяжёл он.  И цвет неясен,

На кристалла кусок похожий,

Своим видом не больно красен.

И не снять его, только с кожей.

Рассмотрел, покрутив, детально,

Из камней он, застёжек нету,

Старой медью скреплён сакрально,

Как положено быть браслету.

Не простой, это точно, ясно,

Что не зря мне его надели.

А, вот надпись бежит на красном,

Как неон на крутом отеле.

Только это не буквы, знаки,

Галки, точки и закорючки,

Ярко-красные, словно раки,

И шипастые, как колючки.

Но, раз кто-то их мне рисует,

Что-то значат они, уверен,

Этот Кто-то чуть поколдует

И узнаю, где ключ от Двери…

11

Стоп! А может браслет – тот ключик?

Если я загремел в немилость,

Просто бросить меня без взбучки

В этой милой стране на милость

Неизвестным пока хозяйкам

И хозяевам парка-леса,

Этим птицам, кротам-зазнайкам…

Вон, копает под пнём, повеса…

Да не крот это, человечек!

На меня даже чуть похожий,

Только ростом он в пару свечек

И с такой неказистой рожей.

«Что ты хаешь меня, скиталец!

На себя посмотри, убогий, -

Запищал карлик, вскинув палец, -

Не велик я, и что ж?  В дороге

Истрепался совсем немного.

Внешний вид мой вполне пристойный,

Здесь никто не метёт пороги,

Чтобы встретить меня достойно!

И ходы не почистят, мыши,

Землеройки и проча пакость.

Нет, чтоб сделать ходы повыше,

Тоже мне мудрецы, однакось…»

12

Говор странный, язык могучий,

Так уверен в себе, знать, местный.

Вот кто нужен мне в этой куче,

Где завяз я, как в липком тесте.

Ведь ответов не стало больше,

Где я, что я, зачем – вопросы…

Может быть недалёко, в Польше,

Но, скорее, попал за росы…

Говорю я: «Привет, хозяин

Сих владений, лесов и парков.

Разреши обратиться, барин,

Я проездом здесь, по запарке

Маг-бродяга закинул, дескать,

Разберёшься тут сам, не мальчик.

Только это не плюшки трескать,

Информации мне б канальчик».

Отряхнулся тот, бровки сдвинул:

«Ты ж в браслете, спроси, он скажет.

А, не можешь пока? Знать, сгинул

Переводчик в программе даже.

В переходе случались сбои,

И не раз, обходилось как-то,

Но теперь вот одни пробои,

Это магии тёмной фактор.

Вектор сил сдвинул фазу, видно,

Что творите вы там такого?

И ни грамма ведь вам не стыдно,

Ничего нет у вас святого…

Ладно, старых богов не чтите,

Но зачем же напрасно тыкать

Кнопки.  Дурь там у вас в почёте,

Нет, чтоб взять и добро заныкать».

13

Сотни лет уже нет ни капли,

И магический дождь не льётся,

Все запасы воды иссякли,

Чудом Хаос сдержать даётся.

За храненье её в ответе

Те волхвы, что тебе знакомы.

А не станет воды на Свете,

Мир не выйдет уже из комы.

Мало магов с запасом древних

Заклинаний и доброй Силы,

Равновесия шар чуть держат,

Лезет, прёт чернота могилы...

Мир спасать не тебе, конечно,

Но попал сюда не случайно,

Выбирал эту муть беспечно,

Но пришел, так бейся отчаянно.

Если Камень-Врата впустили,

Значит, есть в тебе что-то, точно,

И не думай, что краски сгустили,

Просто нынче всё тут не прочно.

Ладно, к делу! Помочь ты можешь.

Нам, волхвам, этот Путь не ходен,

Только людям, чей век моложе,

Много вас, но не каждый годен.

Древний маг безотчётной мощи,

По иному глядящий в вещи,

Спрятал воду в сосновой роще,

Назывался Олег он – Вещий!

Раньше горы там были, норы,

Скалы сгинули, лес поднялся,

И исчезли от всех запоры,

Только магии след остался.

По нему и дойти удастся

До пещеры, где вход вмурован,

Только чистой душе поддастся,

Потому и не обворован.

В той пещере бывал я, только

Как и сотни других, не видел,

Где тот путь, и немного горько,

Ведь и мухи я не обидел.

14

Ну, да ладно, завет дал Вещий,

Если трудно настолько будет,

Если тьма мир захватит в клещи,

То придут вам  на помощь люди.

А точнее один, не лучший,

А простой, но прямой душою,

Не герой, но намного круче,

Не покрытый сует паршою.

Пурпур-Камень его пропустит,

Если он пригодиться сможет,

Но браслет лишь его допустит,

А волхвы ему песню сложат.

И проводят его до места,

И оставят ему свободу,

Выбирать, из того ль он теста,

Чтоб дойти, поклонившись Роду.

Вот ты здесь, каменюка рада,

И браслет на руке змеится,

И решать тебе нынче надо –

До конца…или возвратиться?»

15

А раздумывал я недолго:

«Что тут скажешь, пришёл, так бейся,

Пусть далёко родная Волга,

Не сбегу назад, не надейся!

Расскажи только мне про это

Место, схожее видом с Раем,

Про себя не забудь, ответы

Мне помогут дойти до Края.

Только честно, и без обмана,

Я враньё разглядеть сумею,

Не рисуй из себя шамана,

Не к лицу это чародею…»

16

Засмеялся малыш: «Красавчик…

Разгадал ты мою породу,

Толь глаза у тебя – буравчик,

То ли стар я, чтоб пенить воду.

Маг я древний, Хранитель хода

Меж мирами, твоим и нашим

Миром магии, суть свободы,

Он по времени сдвинут дальше.

Не родился Христос тут вовсе,

Нет ни Будд, ни Аллахов тоже,

Пантеон Рода здесь, зато все

Боги ясны и мир моложе.

Тут магический дождь нередок,

Льёт он часто, без заклинаний,

Оттого мой далёкий предок

Стал предвестником этих знаний.

А зовут меня Мраком люди,

Можешь звать меня так же, если

Не поджаришь меня на блюде,

Да шучу я, теперь мы вместе.

Ну, а связь у Миров прямая,

Если что-то у вас случится,

Отразится у нас, до края,

Новой вспышкой Беды родится.

Потому и так схожи братья,

Маги наши, волхвы - их кратно,

За собой не могу их брать я

Для пути туда и обратно.

Только мне тут проход остался

И тебе, раз браслет получен,

И пока ты совсем не сдался,
Мы отправимся к Чёрной туче.

Так гора называлась, где ты

И покажешь себя, уверен,

И узнаем мы все ответы,

И откроем для Света двери».

17

Мрак не врал, это очевидно.

Нам недолго стоять на месте,

Очень нужен ему я, видно,

Послужить Миру сможем вместе.

 

 

ГЛАВА 2

 

1

Как-то разом туман качнулся,

Я такой же недавно помню,

В сумрак парк тихо окунулся,

А старик стал со мною в ровню.

Перестал я всему дивиться,

В мире магий не то бывает.

«Позабудет вдруг маг явиться,

Что мне делать, никто не знает»,-

Так сказал я ему. По росту

Чуть пониже меня, однако,

Но пошире, кому-то просто,

А мне добрым казалось знаком.

Оказался он благовидным,

Мудрецом с белою бородкой,

С хитрецою, почти невидной,

И с неслышной совсем походкой.

Отвечал мне он: «Не нарушу

Я законов и правил здешних,

И не брошу тебя, хоть трушу

Перед силою древних грешных!

Их дорога с трудом доступна,

В вашем мире совсем не вИдна,

Камень может нас совокупно

Распылить, это очевидно,

При попытке настроить место

Для явленья на карте вашей.

Вот, гляди, обозначен крЕстом

На ней пункт назначенья… Кашель

Вдруг скрутил мудреца, размазал

По лицу синеву, румянец

Схлынул с щёк его как-то сразу,

И слетел с него разом глянец.

На колени упал, за клюку

Лишь цепляясь, из сил последних

Протянул мне немую руку,

Я схватил её. Слышу бредни…

2

«Это Древние, Силы Мрака,

За тобою идут, за нами.

Скоро будет большая драка,

Мы уходим, скорее в камень…

Еле-еле держу прибытье

Я их с той стороны, где Ящер,

Без настройки уйдём в убытье,

Помоги мне немного, пращур!»

Потащил я, как мог, не лёгкий

Оказался мой старец хилый,

Хрип и стоны сквозили в лёгких,

Как бы он не сыграл в могилу…

А вокруг всё темнело, чёрным

Вихрем стая ворон промчалась.

Наконец, под зелёным дёрном

Каменюка чуть показалась.

Воздух стал, как дыханье, спёртым,

Стая снова кружит над нами,

Если б не был таким упёртым,

Там, где были, клубилось пламя.

Интересно, успел подумать,

Не горит же ничто реально,

А потом оставалось плюнуть,

В этом мире всё ненормально.

Еле дышит старик, и ноги

По земле борозду прорыли,

Где ж вы местные силы-боги,

Неужели про нас забыли?

3

Мы дошли, вихри злые мечут

Тени молний над старой елью,

Душу грохот и вой калечат,

Мысли вертятся каруселью.

Оклемался немного старец,

Только голос почти не слышен,

Указал его длинный палец,

На меня, а потом повыше…

Догадался я, Камень может

Одного только кинуть разом,

Только мне-то плевать, по коже

Словно грозным скользнуло глазом.

Вовсе времени нет, всё ясно,

Скоро будет совсем погибель,

А кристалл становился красным,

Словно вынут из печки тигель.

И браслет наливался кровью,

Тёмной, масляной и тревожной,

Не способствует то здоровью,

Но уйти одному – не можно!

Я не брошу теперь скитальца,

Пусть на части все жилы рвутся,

Снова в сердце кольнуло жальце

Страха. Нет, лишь вдвоём вернуться!

Взял я на руки старца резко,

И откуда вдруг сил хватило,

Спину выпрямил, так, до треска,

И на камень…Тут накатило…

4

В мире нет столько чёрных пятен,

Что сейчас предо мной промчали,

Путь назад уже невозвратен,

Ну и что ж! Никакой печали.

А  старик уж обмяк и замер,

Чую, дышит, знать быть спасенью,

А вокруг, как урла из камер
Пляшут, корчатся рожи тенью.

Не достать им теперь нас, вихрь

Закружился и сплёл воронку,

Утянул нас в теченье лихо,

Только вопли летят вдогонку.

Стало тихо и невесомо,

Темнота оттянула веки,

Словно впали внезапно в кому,

Но не черви мы – человеки!

Продираясь сквозь звёзды, дышим!

На краях и бровях сознанья,

Я кричу, пусть меня услышит

Неустроенность Мирозданья.

Вдруг боднуло, тряхнуло, смяло,

Ничего не понять, не внемлю?

Над крутою горой подняло,

И воткнуло нас носом в землю…

От удара отбило чувства

На секунду, потом проснулись.

В голове оказалось пусто,

Лишь одно - Мы домой вернулись!

 

ГЛАВА 3

1

Вот травинка ноздрю кольнула,

Я чихнул, повернувшись к солнцу,

Где-то птица хвостом вильнула,

Напоив криком синь до донца.

Не осталось ни капли силы

В моём теле, избитом, вялом,

От земли веет духом милым,

Пахнет мощно пеньком корявым.

Это дом, промелькнуло в мыслях,

Это Родина, та, что снилась,

Руки разом плетьми повисли,

И глаза в тот же миг закрылись.

2

Сколько спал я, лишь ветер знает,

Он хранил сон мой, как находку,

Вот уж утро над лесом тает,

Солнце греет меня в охотку.

Потянувшись, раскинув плечи,

Чуя дрожь от травы колючей,

Понял я, что уже излечен,

И пора нам к той Чёрной туче.

3

Где же маг мой? Смотрю в округе,

Вон, недвижен лежит, на ложе,

Словно в очень неровном круге,

Из камней этот Круг проложен.

Стоунхэндж прямо, не иначе,

Вспомнил вдруг из глубин картину,

Подошел я к нему, не прячась,

Повернул старика на спину.

Не очнулся мой бедолага,

Но не помер, неровно дышит,

Оттащил я его к оврагу,

От камней просто стылью пышет.

4

Тень упрямо брела за нами,

Истукан не хотел сдаваться,

Ну уж хватит сорить дарами,

Тут самим бы подразобраться.

Где мы? Видно, что осень машет

Нам листвою на рыжем клёне,

Кто же Путь мне теперь укажет,

Карты нет, даже пусть палёной.

Без карманов накидка мага,

И за поясом только ножик,

Из поклажи одна отвага,

И браслет на руке. Похоже

Остаётся дождаться ночи.
Развести бы костёр, нет спичек.

А желудок уж пищи хочет,

И в уме появился блинчик…

Да красивый такой, шипящий,

Подрумяненным боком свёрнут,

Ну а рядом костёр горящий,

Вот! И чёрт меня что ли дёрнул?

5

Полыхнуло вдруг что-то ярко,

Мой браслет отозвался красным,

Вдруг ноге моей стало жарко,

Вот костер, сковородка с маслом.

Чудеса да и только, явно

Постарался браслет – не маг же.

Голова повернулась плавно:

«Ты не прав, я включился так же!»

Это ж радость, старик очнулся,

И еда, и костёр, отлично!

Мрак привстал, только покачнулся

И добавил: « Поспал прилично!»

Мы поели, воды хватило

Из ручья, что в овражке мчался,

День скатился в закат, затмило,

А вопрос, как и был, остался…

 

 

ГЛАВА 4

 

1

Что же делать, куда идти нам?

Задаю я вопросы магу.

«За камнями там лес старинный,

Там проявишь свою отвагу.

Я не знаю, как смог ты, чудом.

Так браслет твой сработал точно,

Разбираться мы после будем,

Но засели теперь мы прочно

В вашем Мире земном, хоть ладно

Недалече уж лес, за кручей,

Что глядится так неприглядно,

Называется Чёрной тучей».

2

Посмотрел я за камни, горы

В темноте проступали мрачно,

Солнце село, закрыло шторы,

Что-то ухало рядом смачно.

Холодать стало резко, тени

Удлинились и смяли время,

Оно словно просилось в сени,

Словно скинуть хотело бремя.

Но избушек вокруг не видно,

Никого. Если разобраться,

То нисколечко не обидно,
Надо попросту добираться.

3

Встали мы, словно по команде,

Затушили костёр волшебный,

А остатки скормили банде

Воробьёв, вот и им обедня.

Ветер резко подул, незримо

Ощущение вдруг возникло,

Не одни мы, и где-то мимо

Отзвучали шаги, поникло

Солнце Ночи, ушло за тучу,

Темнота зазвенела плешью,

Собираю гляделки в кучу,

Ничего не видать за брешью

Меж камнями, где шаг слыхали.

Маг застыл мой, и молча дышит,

Вдруг две капли заполыхали
Впереди, то глаза над тишью.

4

В голове прозвенело мятой,

Вспомнил я этот взгляд глубокий,

Это Странник тот мой, девятый,

Что призвал меня в Путь далёкий.

Как он здесь оказался? Странно.

А хотя, для волхвов не чудо

Очутиться в небесной манне

И Жар-птицу подать на блюде.

Удивляться не стоит, значит,

Суждено было так случиться,

Только что-то он больно мрачен

И молчит всё, лишь взор лучится.

5

Подошли мы к нему несмело,

Подобрались поближе тени,

Он взмахнул бородой умело

И уселся на камень древний.

Мы стоим перед ним и внемлем

Тем словам, что без губ понятны,

А старик мой как будто дремлет,

Только вышли на коже пятна.

Говорит тот, что кинут жребий,

И Судьба нам его послала,

Упасти нас от всех отребий,

И дойти до Свечного Вала,

За которым наш путь продлится,

А его завершится доля,

И останется лишь молиться,

Чтобы Рода свершилась Воля.

Ведь за Валом в горе пещера,

Вход открыть только маги могут,

А потом не поможет Вера,

Лишь Браслет нам и Бог в подмогу.

6

«Почему же один ты, Брат мой?-

Вдруг спросил мой сопутник резко-

Не поможет нам силой ратной

Вся братва, что за тем подлеском?»

Потемнели глаза Скитальца,

Гнев накрыл нас волной удушья,

Он уткнулся в нас грозным пальцем

И глаза как залило тушью!

7

«Ты глазаст, тех миров посланец,

Или видишь не только ими,

Да, там группа моя, их танец

Смерти будет хранить незримо

Ваши души от Преисподни,

Что послала своих уродов,

Против них ты совсем не годен,

И не будет повторных родов.

Этот парень с тобой, он крайний,

Кто способен открыть заслонку,

Молодой он ещё, да ранний,

Он найдёт для двери маслёнку.

Больше нету у нас попыток,

И не будет назад дороги,

Сила магов идёт в убыток,

Переходы закрыли боги.

Да постигнет нас лишь Удача,

Не отринемся с миром в Хаос,

Устоять и дойти задача,

Только мало волхвов осталось.

Так не стойте, вперёд и быстро,

Злые Силы не спят, не дремлют,

Пока есть в ваших душах искры,

Пусть они только Свету внемлют!»

8

По дороге идти не сложно,

А попробуй пойти без оной,

Поломать тут все ноги можно,

Иль сорваться с тропинки горной.

Но идём мы, во тьме пустынной

Ни луны, ни звезды колючей,

По дорожке кривой и длинной,

Всё по краю, над самой кручей.

Странник только торопит, резко

Палки стук его раздается,

Камни падают с гулким треском,

Обойти все не удаётся.

На тропинке туман клубится,

Застилает глаза, жмёт уши,

Не летают тут даже птицы,

Звуки вязнут, как в вате. «Слушай!-

Мрака голос раздался рядом,-

Я не вижу игры Браслета,

Всё скольжу по нему я взглядом,

Тёмен он, непорядок это!

Должен он наливаться краской,

Той багровой, как кровь и сажа,

Он обязан нам быть указкой,

Путеводной звездою даже…»

9

Отвечает Посланник нервный:

«Далеко мы, себя не мучай,

И поверь, этот раз не первый,

Что иду я до Чёрной Тучи»

Долго шли мы, уж ночь кончалась,

И забрезжило светом утро,

А дорожка всё так же мчалась,

Ни конца и ни края, мутно…

Наконец, показались горы,

Настоящие, это ясно,

Не высокие косогоры,

А огромные, в свете красном.

Вот и Вал тот Свечной, отроги.

Почему его так прозвали?

Свечки в ряд повтыкали боги,

А потом все ушли, устали.

Целый ряд этих гор пред нами,

Склоны, пропасти, лес, отвалы,

Если будем плутать тут сами,

Можно год обходить все скалы.

10

Знает точно наш волхв дорогу,

Он не медлит, идёт упрямо,

И к скале видом с носорога

Нас ведёт, обходя все ямы.

А в камнях там проход невидный

Ниоткуда, с одной лишь точки,

Вот теперь нам уже не стыдно,

Что нас старец ведёт, как дочек.

Там темно, сыро и прохладно,

Льёт вода по стене, по юшке,

Хоть не в кручу влезать, и ладно,

Мы вползаем в ту щель на брюшке.

11

Только влезли мы, шорох слышим,

Маг снаружи пока остался,

От натуги так сипло дышит,

Грохот, скрип тут вокруг раздался.

«Уходите, - кричит,  нельзя мне

С вами больше идти».  О камни

Застучали, как стрелы перья,

Жутких птиц, что пришли за нами.

Чёрных тварей застило небо,

Мерзкий запах и крики-скрипы,

Затыкать бы носы нам трэба,

Только в горле одни лишь хрипы.

Бьют о скалы немые стрелы,

Мощно, много, их тьма, их туча,

Искры сыплются белы-белы,

Руки мага искрят колюче.

Помогают ему ребята,

Те что шли по пятам незримо,

Только мало их, другов Брата,

И колючки их чаще мимо.

12

«Всё, уходим, - сипит мне в спину

Мрак и просто ревёт, - Не в тире!

Не поможем, а просто сгинем,

И надежды не станет в Мире».

И уходим мы в тьму и копоть,

От друзей, что воюют с Тьмою,

Нам недолго осталось топать,

Ведь Браслет запылал собою,

Красным, тонким, немым, тревожным,

Он не ярок пока, но светит,

Что казалось нам невозможным,

Всё возможно, лишь мы в ответе…

 

ГЛАВА 5

 

1

По извилистой горной речке

Вышли мы из прохода в чащу.

Здесь так странно, жара, как в печке,

Сразу мы задышали чаще.

Очень влажно, туман, как вата,

Под ногами лишь мох и камни,

А за дальней скалой горбатой

Пар клубится. Источник, плавни?

Мы к скале подошли поближе,

Стало жарко невыносимо,

Кипяток увидали ниже,

А дорожка уводит мимо.

Поглядели на это чудо,

Из камней бьёт ручей повсюду,

И стекает всё в пруд, как в блюдо,

Всё парит, непривычно люду.

Обошли по тропинке кучу

И ушли понемногу дальше.

Лес раскинул сухие сучья,

Здесь понятно всё и без фальши.

Нас Браслет уводил в глубинку,

Там где пни, буреломы, ямы.

Не противимся, по старинке

Всё шагаем как компас, прямо.

2

Недотрогой грустила воля,

Подустали мы чтоль, едва ли,

Раз уж выпала наша доля,

Значит, будем идти до края…

А браслет полыхает красным,

Жмёт мне руку и тянет в гору,

Что сквозь листья глядит неясным,

Таким вечным и злым укором.

Вот избушка, такая малость,

На опушке, у самой кручи,

И рукою подать осталось

До немыслимой Чёрной Тучи.

Она давит, она ломает,

На виски и на плечи разом,

И надежда незримо тает,

На нас смотрит тяжёлым глазом.

3

Мы к избушке добрались, дверца

Распахнулась с убогим скрипом,

И вдруг разом кольнуло в сердце,

Горло спёрло шипучим хрипом.

Показалась избы хозяйка,

В косу русую вязь вплетая,

И запела вдруг балалайка,

В глубине моей. Где, не знаю…

От красы защемило душу,

Взгляд небесный истому дарит,

И застыл я, хоть и не трушу,

Зато волхв мой словами жарит.

«Свет Алёнушка, мил-девица,

Все приветы тебе и папе,

Помоги нам двоим, сестрица,

Мы по делу, а дело в шляпе,

Что над нами нависла мощно!

То гора, и наш путь кудлатый

К ней ведёт, денно или нощно...

Мы устали считать заплаты».

4

Опустила краса ресницы,

Вот слеза от глухой потери:

«Вот уж год, как мне папа снится,

Сгинул он в той горе, в пещере…»

«Как случилось такое, что вдруг

Потянуло его, ведь знал же?»

«Приходил волхв, сказал, что рвёт Круг,

И запутал папаню фальшью…

А потом его просто бросил

Умирать под глухим знаменьем,

Так что папа ушёл за росы,

Те, что только грозят забвеньем.

Не открылся им вход, то ясно,

Лишь ударило пламя жутко,

Опалило вокруг всё красным,

Я нашла его через сутки…

Не сказал ничего он, видишь,

Гордым был и таким остался,

Прошептал он мне только: «Индиш…»,

И на ручках моих скончался…

И теперь я одна на свете,

И вы первые, кого вижу…

Я сейчас за отца в ответе,

А волхвов просто ненавижу!»

5

- Как же ты прожила? - Охотой,

И собака отца – то чудо,

Если б я вдруг сказала, лопай,

Она съела бы вас без блюда…

Волкодав, серо-чёрной масти,

Злобен, дик и тебя, скиталец,

Он бы враз разодрал на части,

Только б я подняла свой палец.

А спасло, что пришёл ты с другом,

На волхва вовсе не похожим,

Хоть не рожи в нём нет, ни кожи,

Просто парень, тебя моложе.

Но признал его пёс, а значит

Неспроста всё и не напрасно,

Пожелает пусть Род Удачи,

Мы идём вместе, и прекрасно…

6

«Я не волхв, и ты знаешь тоже,

Что волхвам сюда не добраться,

Ты же помнишь меня, моложе

Лишь была ты тогда, я с братцем

Приходил, и отец твой милый

Нас водил в ту пещеру, знаться…

Нету брата теперь, могилы

На Пути стали разрастаться…

Опиши ты того пришельца,

Из себя как, что плёл, поганец?

Опознать я смогу умельца,

Как бы он не вилял, засранец…

Извини за слова глухие,

Я отца знал почти полжизни,

Другом был он в года лихие,

Позже справим немую тризну…

Только с нами идти не думай,

Не девичьих забот тут дело,

Накорми лучше нас без шума,

И пойдем мы к пещере смело…»

7

Бровки та подняла невольно:

«Без меня не дойти вам, братцы!

Нет дороги теперь привольной,

Только я помогу добраться.

А тот был из себя малюська,

Старичок с грязно-красным носом,

Постоянно и мелко труся,

Всё отца донимал допросом.

И клюкой на песке рисуя

Закорючки и заморочки,

Моисея бубнил и всуе

Поминал из Талмуда строчки.

Тряс бородкой седой, колючей,

Что-то мямлил о кошке белой,

И чертил всё клешнёй трясучей

На полу круг кусочком мела».

8

«Всё, я понял, кто это, Студень,

Так прозвали его, бродяга,

Путь до мага безмерно труден,

А еврей только корчил мага.

Научиться хотел, всё разом,

Не трудясь, лишь водой волшебной

Окатиться, и серым сглазом

Обладал он, так непотребно…

Вот что только могло подвинуть

Помогать ему в этом деле,

Глаз застлать, и суметь отринуть

Страх и немощь в отцовском теле.

Мне найти его – проще нету,

Только вот, как исполним Волю,

Отдадим свой зарок завету,

И накормим поганца солью…

Чтож, веди нас, лишь сделай милость,

Накорми, напои с дороги,

Как ни странно, но вдруг случилось,

Я натёр с непривычки ноги…»

9

А язык как присох, но взгляд мой

Пожирал её  лик, дурманил,

А Алёнушка безоглядно

Нас кормила лишь кашей манной.

Извинялась, что нет мясного,

Всю неделю стояла слякоть,

А я тихо смеялся, снова

Выгрызая из хлеба мякоть.

И вкуснее не ел ни разу,

Всё спасибил и улыбался,

От такого дуреешь сразу,

Хоть дуреть вовсе не старался.

Она просто запала в душу,

Как-то в миг, только лишь увидел,

Её поступь, осанка…Грушу

Съел с костями, чтоб не обидеть.

Так прекрасна она, как сказка,

Росту среднего, взгляд лиловый,

И в лицо мне метнулась краска,

Как ко мне обратилась словом:

«Кто ты, парень, откуда с магом?

Что покинул в стране нездешней?»

Я ответил: « Неспешным шагом

Так Судьбина свела. Нас, грешных

Повела за собой, решенье

Принимали уже по ходу,

А теперь мы идём с терпеньем

Для того, чтоб открыть ту воду,

Что в лесах и горах осталась,

Не себе, не волхвам, а людям,

Чтобы лучше им стало малость,

Пусть потом и немило судят».

10

«Ты уверен, что тот, кто нужен,

Чтобы камни открыть и скалы?

Ты же с магией так недружен,

А костей там лежит немало…»

Я сказал не спеша, подумав:

«Не уверен, конечно, вовсе,

Но браслет дался мне без шума,

За попытку немного просят…»

Призадумалась мил-девица:

«Да, не будет теперь возврата…

Ладно, солнышко уж садится,

Спите, утром покинем хату».

 

ГЛАВА 6

 

1

Свет набросил рассвет холодный,

Как накидку, прозрачной шалью,

Тишь скользит, как вампир голодный,

Укрывая тропу вуалью.

Мы бредём по цепочке мелкой,

Впереди мокрый пёс огромный,

С ним Алёнушка рядом белкой

Скачет, в крепкой одёжке, скромной.

А за нею наш маг плетётся,

Он устал и натёрты ноги,

Но упрям, и как волк крадётся

По немой и слепой дороге.

Я конец замыкаю цепи,

За плечами рюкзак с припасом,

А туман мне гляделки слепит,

Или пот… Не упасть бы часом.

Склоны резкие, падать долго,

Скалы рвут лоскутками небо,

Эх, и где ж ты, родная Волга,

Там просторы…и море хлеба.

2

Непонятен туман, клубится,

Как живая стена, аж пляшет.

«Так недолго нам всем убиться,-

Мрак ворчит и руками машет,-

Это происки Силы злобной,

Извести нас хотят до срока».

Камни катятся стуком дробным,

Звук доносится издалёка…

Но всё ближе и громче, гулко...

Быстро, к скалам, под козырёчек!

Мы и так уж под ним, прогулка

Не пошла так легко, дружочек.

Камнепад валит лес на гребне,

Страшен гул и пылища следом,

Маг склонился в глухом молебне,

Я его укрываю пледом.

3

Вот над нами уже крошится

Серый камень и плачут сосны,

С щепкой пыль пеленой ложится,

Завалило раскатом грозным.

И Алёнка ко мне прижалась,

Невзначай, но как сладко в сердце,

И, как будто, всё там осталось,

За глухой и коварной дверцей.

Встреча глаз, мысли тонко рвутся,

Шум в ушах и не оторваться,

И пускай где-то скалы трутся,

Как приятно душой прижаться.

Миг прошёл, пелена упала,

Взгляд Алёна смущенно прячет,

Но ведь искра меж нами встряла,

И теперь будет всё иначе…

Этот миг изменил картину,

И сложились в одно кусочки,

Я теперь её не покину,

Не смогу без неё…и точка!

4

Камнепад обошёл нас, значит,

Живы будем и путь не бросим,

Отряхнулись…Вот незадача…
Где ж тропинка меж гулких сосен?

И деревьев теперь не видно,

Пыль осела, одна лишь яма…

И до боли, до слёз обидно,

Нет дороги ни в зад, ни прямо.

Мрак поднялся с колен: «Напасти

Отвести смог я лишь отчасти,

Силы Хаоса шлют ненастья,

Устояли мы, просто счастье!

Со скалы этой древней слезем,

Волкодав чует Путь, укажет,

Ведь недолго осталось, влезем,

Пусть узлом целый свет завяжут».

5

Но Алёна вздохнула: «Слушай!

Ты не понял ещё, хоть старый,

Эти горы я знаю лучше,

Это происки древней Мары!

Мне отец рассказал, когда-то

Завалило его в ущелье,

Когда шёл он, слегка поддатый,

От друзей, отмечал Крещенье.

С той поры и хромать стал, Мара

Заманила его в берлогу,

Ни за что оказалась кара,

Мог погибнуть, сломал лишь ногу.

То она ему пыль пустила,

Заманила во тьму, как зайку,

И глаза, как туман, застИла,

И смеялась потом, зазнайка…

А спасло батю лишь колечко,

Что от деда одно осталось,

Оно вспыхнуло вдруг, как свечка,

Тьма рассеялась, разбежалась.

Смех треклятой старухи сгинул,

И дорогу отец увидел,

И недуг серый мозг покинул…

С той поры Мару ненавидел.

Только больше кольца не стало,

Оно вспыхнуло, раз, и нету…

Эта ведьма теперь достала,

Так и хочет нас сжить со свету»

6

Смех старухи, визгливый, тонкий,

Ниоткуда возник, но рядом.

То писклявый, как у ребёнка,

То шипящий змеиным ядом…

Он впивался, как слепни в уши,

Нагонял все ночные страхи,

Мял в трясучке людские души,

Мигом взмокли на нас рубахи.

Мир притих, и стемнело разом,

Вдруг кольнуло мне что-то в руку.

О! Браслет наливался Глазом

И вдруг вспыхнул, снимая муку.

Ясным днём озарил и ярким

Огоньком растревожил мраки,

Вот такие у нас подарки,

Ну, а всё остальное, враки…

Вот тропинка, и лес далече,

Тот, заветный, куда стремимся,

Приключеньями обеспечен

Этот Путь, но, костьми ложимся,

А дойдём, теперь точно. Ясен

Стал расклад, мы одни, с Браслетом,

Против этой гадючьей массы,

Что ж, понятно, пройдём и это!

7

Волкодав ощетинил гриву,

Рявкнул мощно, пугая эхо,

Как бы нехотя, и лениво

Нам кивнул, вот была потеха.

И попёрли мы быстро, ловко,

И откуда вдруг силы взялись,

Проявляя всю снасть, сноровку,

Позабыв позади усталость.

Мары смех уж давно не слышен,

Мы в поту, ноги на пределе,

И всё выше ползём, всё выше

По горе. Живы мы, мы в деле!

«Передышку устроить надо»,-

Вдруг взмолился старик в запарке,

Оглядел нас тяжёлым взглядом,

И упал, где стоял. Мы в спарке.

8

Нам награда не стала лишней.

Я лежал, и понять пытался,

Не оставил, видать Всевышний,

Этот Мир, как он ни старался.

Мы сто раз могли просто сгинуть,

Без следа, без кровавой лужи,

Собирался б он нас покинуть,

Всё бы стало опять ненужным.

Но Браслет осветил дорогу,

Живы мы, хоть натужно дышим,

Не оставим наш путь к отрогу,

Голос Божий лишь сердцем слыша.

Откровений не ждём от Рода,

Он по мелким делам не встрянет,

Такова его мать – природа,

Сам решай, коль ума достанет…

 

ГЛАВА 7

 

1

Под небесной тяжёлой массой

Все придавлены безоглядно,

Не совсем великаньей расой

Были мы рождены, и ладно.

Волей нашей сильны, стремленьем,

До итога дойти, до точки,

И не божьим идём веленьем,

Тут у каждого заморочки.

Мраку, ясно, нужна водица,

Чтобы связь меж мирами встала.

Мне, видать, суждено родиться,

Чтоб добраться до пьедестала,

Нет, не трона, а монумента

Добрых Сил над деяньем мрака,

Уж немного до постамента,

Вон, клубится вход, как клоака.

Вот что нужно Алёне милой,

Тут вопрос, ведь сама ввязалась,

Отговаривал Мрак, но силой
Она с нами Узлом связалась.

2

Но не справиться б нам с дорогой,

И Браслет был бы лишь помехой,

Она нам пояснила строго,

Был обвал и мосточек съехал

В пропасть гулкую, вход завален,

Ни тропинки, ни хода, круча…

Только мишка ревёт, нахален,

Весь громадный и взбаламучен.

Как в пещеру попал, неясно,

Но живёт там уже полгода,

Он устроился там прекрасно,

А вот нам не видать и хода.

С Волкодавом облазив гору,

За неделю смогли убраться,

Отыскали в глубинке нОру,

Но двоим было не пробраться.

Там булыжником лаз придавлен,

И Алёнке с её ладошкой

Век горбатиться, так оставлен

Был тот ход под скалою ложкой.

И найдёт лишь она, известно,

Лазить нам бы двоим годами,

Не найти  это чудо-место,

Так что кланяйтесь Милой Даме.

3

Ладно, позже мы разберёмся,

Кто, зачем и куда стремится,

А теперь пред ущельем трёмся,

А над нами медведь глумится.

Нет моста, лишь хвосты повисли,

В середине скалы дырища,

В ней рычит и бормочет гризли,

А уж запах…Мог быть почище.

Между нами провал дороги,

Стенки острые, не взобраться,

По отвесу тут, что ли, боги

Размечали? Нам не добраться.

Метров тридцать, а может, сорок,

В обе стороны дна не видно,

А ведь нам и часочек дорог,

Тут задержка, как ни обидно.

4

Лес кругом вековой, сосновый,

Тот, заветный, что помнил Вещий,

Но прорезан разломом новым,

И скрипит, и гудит зловеще

Горный ветер, сгоняя тучи.

Он свистел, как разбойник-леший,

Пока мы обошли полкручи

Неспешащей походкой пешей.

Лишь смогли перебраться, встали,

Перевал перед нами снова,

Мы теперь так уже устали,

Что уснули, упав, без крова.

Волкодав, вот кто наш охранник,

И во сне загрызёт любого,

Пусть тот будет бродяга, странник,

Пожелал бы чего худого….

5

Я проснулся, Алёна рядом,

К моей потной груди прижалась,

Окатила лиловым взглядом,

Словно свечка заколыхалось

Пламя в наших сердцах богато,

Обжигая и плавя души,

Отливая тугое злато,

Заливая теплом… «Послушай!

Ты мила мне, краса-девица,-

Прошептал я ей, тонко, внятно,-

Что бы ни довелось случиться,

Я люблю тебя, Алл, понятно?»

Она молча кивнула, мило

Улыбнулась, обнЯла томно:

«Ты же тоже мне мил, громила!»

И глаза опустила скромно.

6

«Кхе!» - раздался вдруг кашель мага,

Он не дал поцелую сбыться,

И, собравшись, вперёд, отвага

Наполняла, и ветер в лица.

Наконец, вот скала та, ложкой,

Лаз под ней каменюкой сдавлен,

Поднатужились мы немножко,

Вот и всё, а ведь ход оплавлен…

«Расскажи, как нашла отца ты,

Моя милая, обгоревшим?, -

В закоулке, уже двадцатом,

Мрак спросил, на уступ присевший.

«Да, до кости порой, одежды

Не осталось почти, весь красный.

А скажи, есть теперь надежда

Нам не встретить конец ужасный?»

«Есть, конечно, Браслет поможет,

Да и сами мы все не промах,

Вдруг о нас и былины сложат,

О путях наших, переломах…»

7

Путь Браслет освещал едва ли,

Стал он тусклой звездой, кровавой,

Стенки вдруг разошлись, пропали,

Пол лишь виден, залитый лавой.

Волкодав вдруг застыл, прижался,

Словно прыгнуть надумал резко,

Тут такой громкий рык раздался,

Загудел мощный свод, до треска.

И пахнуло на нас огромным

И настолько вонючим смрадом,

Что закрыли носы невольно,

Вот так пакость, тут нам не рады…

Это гризли, отлип от входа,

Света чуточку нам прибавив,

И потопал на нас, урода

Вот такого мы не видали…

8

Не успели мы даже вскрикнуть,

Волкодав резво вскинул гриву,

И, пока враг пытался вникнуть,

Предъявил он медведю ксиву.

В глотку мощно тому вцепился,

Повалил, вот в клубке кружатся,

Пёс в ярёмную вену впился,

Капли крови, как дождь ложатся.

Но силён этот зверь, могучий,

Не пронять его так, не просто

Стал он стражем у Чёрной Тучи,

Он поднялся, с телегу ростом.

Волкодава сорвал, отбросил,

Тот застыл на минутку, бедный,

Тут и маг наш ответом бросил

Ему в рожу свой шарик бледный.

Опалил ему шерсть, оплавил,

На полшага назад откинул,

Мрак добавочный шарик вставил,

И ещё, после ножик вынул…

Ошарашен медведь немножко,

Но недолго, вот рыкнул, вякнул,

И на мага вдруг прыгнул кошкой,

Смять хотел, ну а маг лишь крякнул.

9

Вырос меч из ножа, как в сказке,

Загорелся нездешней силой,

Прочертил боевой указкой,

Зверю путь указав к могиле.

Лишь умения не хватило,

Знать не часто за ножик брался,

Или близко уж слишком было,

Я потом уже разобрался.

В общем, смял он беднягу-мага,

Меч к ногам моим откатился,

Я собрал в кучку мощь-отвагу

И в защитника обратился.

А кому защищать девицу,

Как не мне, хоть держу впервые,

Я железку в руках, как птицу,

Но сработали вековые,

Видно, навыки предков, дедов…

Я махнул тем мечом коряво,

Словно вовсе не пообедав,

Но воткнул в эту мразь. Дыряво

Стало в шкуре медведя, сочно

Расплескались кусочки плоти,

Размахнулся ещё раз, точно!

Я задел его на излёте…

10

Отскочил от меня зверюга,

Я гоню его к свету, входу,

Отступает, рычит подлюга,

Я молюсь, наступая, Роду,

Чтобы силушки мне хватило,

Не уменья, его и нету,

Чтобы чудище не убило,

А его разметать по свету…

Не услышал меня, похоже,

Древний бог, меч тихонько хрустнул.

«Всё, - подумать успел,- похоже

Щас порубят меня в капусту».

Разлетелась в куски железка,

Свет от искорок расплескался,

Хорошо хоть медведь от блеска

В этом сразу не разобрался.

В этот миг, что казался годом,

Спас нас тот, про кого забыли,

Волкодав, вопреки природе,

Всё ещё оказался в силе.

В холку впился медведю сзади,

Тот качнулся назад, скатились,

Они к краю скалы, в засаде

Был наш третий, покуда бились.

Завертелись они в пылище,

Рыки, стоны, и шерсти клоки,

Вдруг затихло, чуть стало чище,

Я гляжу, никого, лишь блоки

Из огромных камней, как крыша,

Над пустынной дырой наружу,

Кто-то в спину мне слёзно дышит,

То Алёна, прижалась к мужу…

Обнимает меня несмело,

Горько слёзы по другу льются,

И дрожит от рыданий тело,

А слова в горле комом трутся.

 

ГЛАВА 8

 

1

Обнялись мы, стоим над ямой,

Куда сгинул наш друг с медведем,

Всё, теперь нам осталось прямо

За водой, до конца доедем!

В глубине Мрак чихает, стонет,

Жив, курилка, и слава Богу,

И, хотя нас никто не гонит,

Мы спешим. Подгибая ногу

Маг встаёт, пальцем тычет в стену,

Там рисунок белеет, кошка!

Припадая рукой к колену

Приближается к ней немножко.

Мы за ним, молча смотрим, лаком

Стены рядом покрыты, что ли?

Нет, горело здесь что-то, шлаком

Пол усыпан. И вдруг до боли

Руку стиснула мне Алёнка:

«Здесь отца я нашла, смеркалось…»

На глазах снова мути плёнка,

Но не плачет, слёз не осталось.

2

И прижалась ко мне, родная,

И к груди головой приникла:

«С той поры и совсем одна я…»

«Я смотрю, ты совсем поникла, -

Отвечаю я ей негромко, -

Не одна ты, со мной, навеки!

И дойдём мы до самой кромки,

Мы ведь люди, мы человеки!»

Посмотрел на нас Мрак с укором:

«Хватит плакать и речи ладить! -

И занятно, с таким задором

Стал руками по кошке гладить -

Это вовсе не кошка, братцы,

Белым Барсом она зовётся,

Мы сумели сюда добраться,

Вход найти только остаётся».

3

Это символ Олега, древний,

Вещий ход им и обозначил,

Все искали его, поверь мне,

Не нашёл ни один. Дурачил,

Видно всех он своей картинкой,

Завещал только чистым сердцем

Вход открыть… Вот, под паутинкой,

Вроде мне показалась дверца!

Нет, с отцом мы твоим, Алёна,

С братом, мощной ведьмячьей стати,

Всю неделю искали дённо,

Да и нощно, поверь мне. Кстати,

Что покажет нам друг прелестный

Твой Браслет, может, где-то жарче…»

Мы водили им бесполезно,

И ни грамма не стал он ярче…

4

Маг утих, мы присели с милой,

Ноги еле держали, кашей

В голове только рык постылый,

Да собаки рычанье нашей.

И уснули мы враз, обнявшись,

В темноте наступившей ночи,

И лишь Мрак только, разогнавшись,

Стенку мял, словно спать не хочет.

Полыхнуло вдруг что-то смутно,

Или мне лишь во сне приснилось,

Нет, глаза продирая мутно,

Вижу, стенка вдруг отвалилась…

И оттуда пахнуло склизким

Дымом синим, как жаром двинет,

Мощным голосом, гулким, низким

Мрака словно бы половинит…

5

«Кто тревожит мой сон напрасно,

Снова ты, червячок безродный?

Не умнеешь ты вовсе, ясно,

Видно вовсе ты стал негодный.

Чистоты в твоём сердце нету,

И корыстны творишь ты знаки,

Пепел твой пусть летит по свету,

Как того, кто принёс лишь враки».

Мрак кричать захотел бы, видно,

Но не слушал его тот, Вещий,

Это было так очевидно,

Для него тот ненужней вещи.

Вспыхнул свет, темнота пропала,

Вспыхнул Мрак, трепеща, как свечка,

Волшебством всё вокруг витало,

Я вскочил, не совсем овечка.

«Стой! Зачем ты? Нас было трое!

Столько мук потерпели стойко,

Чтобы людям помочь, устроить

От Могучего Зла прослойку!»

6

Мрак сгорел уже, только кости

Ветерок обметает сажей…

«Мы пришли к тебе с миром, в гости! –

Я кричу, - помоги нам, княже!!!»

Голос, было затихший, рыкнул:

«Кто ещё тут пришёл глумиться,

Вот никак к вам я не привыкну,

Мелкий люд нонче стал родиться»

Молча, за руки, к свету ближе

Мы с Алёной, и жизнь на плахе,

Голове не склониться ниже,

Ворот взмок на моей рубахе.

Но девица вверх смотрит стойко,

Силы воли у ней хватает,

Голосок её льётся бойко:

«Вещий, Светлый Мир тихо тает!

Силы Зла захватили массы,

И волхвам не сдержать атаку,

Мы, наследники древней расы,

Мы пришли поклониться знаку,

Что оставил ты нам с водою,

Что изменит расклад, возможно,

Отпусти её в мир, с бедою

С твоей помощью сладить можно».

7

Смяк огонь, словно промокашка,

Только стылая тень осталась,

Для Того мы, видать, букашки,

Человечьего не осталось.

Нет, опять разгорелось пламя,

В мозг мне острым гвоздём кольнуло,

Полетело, зарделось знамя,

Будто в шёлк меня завернуло.

Но не выпустил я Алёнку,

Она крепче ко мне прижалась,

Мокрой дланью сметаю плёнку,

А душа кулаками сжалась…

«На, смотри в моё сердце, Вещий,

Нету в нём никакой корысти,

Не себе мы пытаем вещи,

Для людёв будем камень грызти,

Не застил чтоб их разум Тьмою,

Светлым чувствам была подмога,

Своей кровью, клянусь, умою,

Если надо, личину Бога…»

8

«Не клянись, - прогремело властно, -

Вижу, есть ещё Верность в Мире.

Убедить вы хотите страстно,

Что Земля далеко не ВИрий?

И без вас это знаю точно,

Вам скажу лишь одно, возможно,

Светлой речкой омоет сочно

Маг-вода, только осторожно!

Равновесие – вещь такая,

Очень хрупкая, жизнь Игра,

Поутихнет Зло, допускаю,

Но достаточно ль в вас Добра?

Ведь магический Дождь прольётся,

Он для всех, для царей и нищих,

И не праведник лишь напьётся,

Ты уверен, Мир станет чище?»

9

Аж мурашки пошли по коже…

Тут Алёнушка встрепенулась:

«Лишь Господь быть уверен может,

Благодать-то нас не коснулась.

И придётся тебе проверить,

Или просто нас уничтожить,

Распахнуть для истока двери,

Или мрачных уродов множить!

За тобою решенье, ясно!

Ты Грядущее видишь, Вещий,

И известно тебе прекрасно,

Что сегодняшний вид зловещий…»

«Хорошо, - отзвенело в уши, -

Вижу искренность вашу ярко.

И Любовь ваши греет души,

Потому только жди подарка…»

10

Заворочалось где-то тяжко,

В глубине раздаются трески,

Словно мчащая в даль упряжка,

Стук копыт набегает резкий!

И пахнуло нам в ноздри мокрым,

Незнакомый то запах, стылый,

Размахнулся глубокий рокот,

Замечательный, не постылый.

«Забегайте скорей в чертоги,

А не то смоет вас!» - он крикнул.

Замочить не успели ноги,

За спиной только камень скрипнул.

За стеной водопадом хлещет

В тусклый мир холодна водица,

Здесь же только лампадка блещет,

Всё же свет, точно пригодится.

 

ГЛАВА 9

 

1

В темноте только контур, плиты,

На которых стоит огромный,

В два-три роста моих, отлитый,

Медный памятник, с виду скромный.

Просто парень с клюкой, в накидке,

Волос длинный, глаза пустые,

По моей небольшой прикидке,

Сам Олег, тени лишь густые…

Вдруг недобрым, колючим светом

Загорелись глаза, кровавым,

Точно, волхв! Мне не быть поэтом,

Я их видел в другой оправе…

В голове его голос слышен,

Это как-то уже не ново,

Только стал он немножко выше,

Не вибрирует больше слово.

2

«Скоро-быстро вода сольётся

И впитается в землю жарко,

Кто успеет, пускай напьётся,

Да и вам не мешала б чарка.

И изменится что-то точно,

Станет чуточку ярче, чище,

Что шаталось, то станет прочно,

Душ омоется пепелище.

Все волхвы подойти сумеют,

Я уже разрешил им браться,

И нагадить теперь не смеют,

Силам тёмным не подобраться.

Заговор лёг на эту воду,

Сам его я составил, сделал,

Чтоб не лезли, не зная броду,

Не писали Судьбину мелом.

Не по силам себе оставить,

Овладеть одному ей, разом,

И соблазна не станет править

Самому лишь, моргая глазом…

Вы добились своих желаний,

Уходите, живите строго,

И любите без приказаний,

Будет скатертью вам дорога!»

3

«Погоди, не спеши, Могучий,

Расскажи хоть о том, что было

По дороге до Чёрной Тучи,

Пока всё это не остыло, -

Я сказал в ожиданьи томном, -

У нас столько теперь сомнений,

Друг нам Мрак или просто Тёмный,

Как вернуться в мой край осенний?»

«Хорошо…Вы того достойны,

Чтоб узнать, чтобы разобраться.

Что ж, присядьте теперь спокойно,

И услышьте. Откуда взяться?

4

Ладно, лучше начать сначала.

Все волхвы моей веры, братья,

Только много теперь печали,

Не могу и сам разобрать я,

Почему разделилось племя,

На приверженцев старых правил,

И на новых деяний бремя,

Этот мир я давно оставил.

Тот Портал получился чудом,

Камень красный совсем не здешний,

Стал он Идолом, Чудом-Юдом,

И твой Мрак, то его приспешник.

Он свалился из тёмной ночи,

И открылся портал внезапно,

Часть волхвов, до чудес охочих,

Улетели в тот Парк, но клапан

Вдруг закрылся, и те, кто выжил

В Мире Магии, там остались,

Только Мрак был к Порталу ближе,

Да и брат его, те мотались

То туда, то сюда, без правил,

Без браслетов и испытаний,

Это он вас, людей, направил

На прокладку дорог, метаний

Было много за семь столетий,

Душ положено без разбору,

Никого Камень не приметил,

Черепов лишь нагрудил гору.

Лишь тебя как-то он отметил,

Не случайно то вышло, всё же,

И волхвы те, которых встретил,

Долго ждали тебя, и тоже

Сомневались, меняли лица,

Испытанья тебе давали,

И открылись тебе границы,

Те, которых не доставали.

5

Почему же вдруг ты? Так как-то…

Может, есть в тебе где-то жилка

Той настройки на чудо-фактор,

Та неведомая пружинка,

Что включилась в настройку,

Встала, завелась и открыла ящик,

Всем задала головомойку,

Пусть теперь дробно воет Ящер.

И Браслет твой, что так краснеет,

Мощен, только ты неумейка,

Он давить на людей умеет,

И кончается батарейка…

Только раз лишь сгодиться может,

И домой вас двоих доставить,

А потом просто в камень, всё же

Он помог вам обоим, да ведь?

6

«Да, - ответил я, - есть немного,

Но палить зачем было Мрака?

Одна выпала нам дорога,

Одна с Тьмою досталась драка.

И отца погубил Алёны,

Тот ведь просто пришёл, проведать,

Или ты от всех удалённый,

Дашь гостям лишь огня отведать?»

«Молод ты, очень мало знаешь…

В Мире Магии Тёмным Силам

Стало тесно уже, понимаешь,

И Земля очень их манила…

А Портал Путь открыл бы ярко

И нахлынула злая куча,

Захлестнула в объятьях жарко

И свернула в седую тучу.

Тут Расклад поменялся б точно,

Хаос стал много круче сразу,

Не вмешайся бы я так срочно,

Уж не выжечь потом заразу.

Ну, а Мрак не стал слушать даже,

Он волхвам дать хотел прорыва,

Пусть теперь будет чёрной сажей,

Улетающей вниз с обрыва.

7

До него приходил тот нищий,

Старичок в полинялой шляпе,

Пентаграммы чертил почище

Мудрецов, что твердили папе:

«Не води никого, не надо,

Знать, где древняя мощь таится».

Он Хранителем был от Взгляда,

От того, кому в Ночь не спится.

Убедил его как-то этот

Горе-маг, что хотел халявы,

Он всего нахватался где-то,

Нахлебался дурной отравы.

Наказал я его, понятно,

А отец в луч попал случайно,

Пока этот горел занятно,

С ним сгорела немая тайна

Про еврейский язык тот, древний,

Идиш, кажется, назывался,

Кабаллистики тёр он кремни,

Вход открыл, только пошептался…

8

Всё. Сказал я не для продажи!

Уходите, не хмурьте брови.

Не пустил на порог бы даже,

Коль не видел в глазах Любови!

Пусть она только миром правит,

Пусть не будет для вас границ,

Попросите Браслет, он справит,

И помчитесь быстрее птиц!»

И потухли глаза, и голос,

Эхом гулким умчался прочь,

Понял я, что теперь не холост

И родит мне Алёнка дочь.

Вещий спит, лишь на миг позволил

Мне увидеть грядущий век,

И хоть вечный он, маг и боле,

Но, по-прежнему, человек…

9

Всё случилось, как в дивной сказке,

И Браслет нас унёс домой,

И исчез, без следа-указки,

Что нам делать теперь с собой.

Но всё было, живой участник

Тех событий и дней лихих,

Всё со мною, навек, мой праздник,

Ты, Алёнушка…Мир притих…

 

ЭПИЛОГ

 

 

Десятый гость ждать не заставил,

Как только мы вернулись, тут же,

Возник в пролеске, и уставил

Глаза на нас кроваво, в луже

Его совсем не отражало,

Теперь понятно всё, конечно,

Не зря же время пробежало,

И не смотрю на мир беспечно.

«Край пробежал для встречи нашей,

И не увидимся мы боле,

Ты разобрались с пышной кашей,

Пускай немного поневоле.

Но не жалей, немного в мире

Людей, кто в курсе и в обойме,

Смотри на вещи много шире…»

И в леса очутился пройме.

Туман такой же был, как раньше,

И ель разлапистая тоже,

Не стало только этой фальши,

Зато и я не стал моложе.

Фигура тонко удалилась,

Алёнушка ко мне прильнула,

Картинка тихо исказилась

И в душу прутиком кольнула.

Вздохну я глубже воздух мятный,

Стряхну усталость с плеч дороги,

Мир снова искренний, понятный,

И мы вдвоём, и люди-боги!

 

 

 

Александр Николаев

г.Чебоксары

02.02.2013

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


© Copyright: Александр Николаев, 25 января 2013

Регистрационный номер № 000008646

Поделиться с друзьями:

Предательство убийственно...
Предыдущее произведение в разделе:
Следующее произведение в разделе:
Рейтинг: +3 Голосов: 3
Комментарии (8)
Добавить комментарий
Ольга Заря # 26 января 2013 в 00:32 +1
Злые Силы не спят, не дремлют,
Пока есть в ваших душах искры,
Пусть они только Свету внемлют!»
--------------------------------
Какой бурный полёт фантазии! молодцом! 96e8083299cc50995a2306a32c5734ad
Александр Николаев # 26 января 2013 в 00:41 0
Спасибо тебе огромное, очень приятно!
0 # 26 января 2013 в 11:36 0
Саня, я уже давно тебе сказала, что поэма получается отличной и интересной.Несмотря не накоторые неровности рифмы, читается "запоем", сюжет интересен и притягателен. Ждем прдолжение. И пусть Аленушка полюбит ЛГ!
Александр Николаев # 26 января 2013 в 22:25 0
Спасибо, я постараюсь в ближайшее время завершить, а уж с Алёнушкой...пока сам не знаю.
Наталья Боровик # 26 января 2013 в 22:38 +1
Спасибо за приглашение. Читала с упоением, очень увлекательно! Жду продолжения!
Александр Николаев # 27 января 2013 в 20:08 0
Чему я искренне и безусловно рад. Спасибо!!!
0 # 4 февраля 2013 в 22:27 +1
И мы вдвоём, и люди-боги! Люди - Боги скорее всего Аленушка и ЛГ))) Жаль, что браслет исчез. Лучше бы исполнял их желания)))
Александр Николаев # 4 февраля 2013 в 23:11 0
СПАСИБО!!! Сказка заканчивается, а жизнь продолжается, на новом этапе!
И желания придётся исполнять самому!
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев